3+1=...
Шрифт:
— С чего бы? С двух бутылок пива?
— А их было всего две?
— Ну да. И обе при тебе. А потом я пошел готовить ужин. Мне же одна добрая тетя велела накормить детей.
Марина оценила едкую иронию. Но не собиралась принимать ее на свой счет.
— Как у мальчика травма?
— Да что ему будет. Заживет как на собаке.
— Службы опеки на тебя нет! — вырвалось у Марины.
— Отчего же нет? Есть. И она почему-то считает, что у нас все в порядке.
Марина покосилась на Андрея.
— Правда? К вам приходила опека?
— Приходила. Почему-то посчитали, что я вполне справляюсь с воспитанием двух отморозков. А могли бы проявить милосердие и забрать их в детский дом. Но у меня по жизни с везением не очень, поэтому они до сих пор со мной.
Марина снова покосилась на Андрея. Она не могла понять, он говорит серьезно или это такая злая ирония? Что в его словах?
— На дорогу смотри, — рассеял ее сомнения он.
Конечно, это ирония. Скорее всего, как средство защиты. Что она к нему пристала, в конце концов? Что она о нем знает?
— Если я была резка — извини.
— Ты понятия не имеешь, что такое быть резкой.
— А ты имеешь?
— Я имею.
Вот и как извиняться перед таким человеком?! В профессиональной среде Марину считали достаточно резким человеком. Но не для Андрея-мокрая-майка.
Ну что же, раз мы не очень заботимся о чувствах собеседника… А ехать еще полчаса минимум…
— А где мать мальчиков?
Андрей отогнул солнцезащитный козырек.
— Хочешь встретиться и поговорить о нюансах воспитания ее сыновей?
Это прозвучало как-то… Как-то интонационно совсем иначе. То ли криком, то ли угрожающим шепотом, то ли вообще скрежетом зубов.
— А… Ну… я, собственно… Нет… Наверное, нет, — Марина неожиданно для себя растерялась.
— Ну и правильно. Нечего туда торопиться.
— Куда?
— Туда.
Она поняла с запозданием в несколько секунд. Туда. Туда. Получается, Андрей — вдовец. А мама мальчиков — умерла. Какой кошмар.
— Извини. Пожалуйста, извини.
— На дорогу смотри.
— Это твоя новая, что ли?
— С хера ли?
— А чего? Породистая деваха. И мозги явно на месте.
— Мне на хрена такая? Не мой фасон.
— Ну да. Тебе надо попроще и одноразовых.
— Сань, я тебе машину пригнал на починку, а не голову.
Марина кашлянула. Делать и дальше вид, что ее тут нет, нельзя.
— Часов в пять завтра все будет готово, — автомеханик по имени Саня со слегка смущенным видом усиленно трепал в руках грязно-оранжевую тряпку.
— Лады, — кивнул Андрей. По его виду было неясно, понял ли он, что Марина слышала их разговор, или нет. Впрочем, даже если и понял, что она слышал, похоже, его это ни капли не волнует. — Завтра тогда приедем. — А потом хлопнул
— Я вызову такси, — Марина достала из кармана смартфон.
— Конечно, — он смерил ее еще одним оценивающим «не-по-мужски-а-вообще» взглядом. — Вызови. Такси. Кто, если не ты.
В такси они ехали молча. И в такси Андрей сидел спокойно и не ерзал. Наверное, потому, что за рулем был мужик — по габаритам примерно такой, как Андрей. Выйдя из такси, они попрощались коротким «До завтра» и каждый пошел к своему дому и к своему подъезду.
И суббота покатилась своим чередом с бытовыми вопросами, сериалом, пиццей — суббота же, читмил! Только перед сном Марина позволила себе вспомнить Андрея. И их разговор в машине. И его слова про мать мальчиков.
Наверное, эта женщина была его женой. Но даже если и нет. Каково это — жить с человеком, иметь с ним двоих детей — ваших совместных детей. И потерять этого человека. Навсегда.
Марина не могла представить. Когда она потеряла Митю — она месяца два просто корчилась от боли. А ведь Митя не умер. Просто предал ее. А тут…
А тут непонятно что. Наверняка какая-то непростая история. Наверняка. Настолько непростая, что все это объяснимо — и его рев, и грубоватость, и чувство юмора на грани с издевкой. Но от таких непростых людей лучше держаться подальше. Вот заберет завтра машину — и все.
В воскресенье в районе четырех часов дня ей пришло лаконичное сообщение:
Андрей-мокрая-майка: Машина готова.
Марина: Мне выходить?
Андрей-мокрая-майка: Если готова ехать. Я на улице у своего подъезда. Поедем на моей.
Глава 2
Андрея она обнаружила рядом с брутальным, черным и невероятно грязным джипом. Но даже под слоем грязи был отчетливо заметен скотч — и на фаре, и на бампере.
— И вправду скотчемобиль.
— А то. Еще и ступица сегодня загремела — левая задняя. Поедем с оркестром. Садись.
Марина с сомнением смотрела на ручку двери. Она была тоже вся в грязи. Как машину открывать-то?
— А, пардон, — Андрей подошел и встал рядом. Нос снова уловил ментоловый запах. Андрей положил пальцы на ручку и дернул на себя дверь. — Прошу, мадам. Карета подана.
Когда Марина села на переднее пассажирское сиденье, Андрей захлопнул за ней дверь. И через стекло она видела, как он демонстративно вытирает руку о джоггеры — в этот раз черные.