3+1=...
Шрифт:
Марина: Твоему отцу это по карману.
Потому что Андрей сделает для своих сыновей все.
Она переключилась на чат с Касей. А там были жалобы на то, что в школе задали учить стих про осень, и просьба сегодня послушать юного декламатора. Разве могла Марина отказаться? Если это зависит от нее — она мальчиков ни за что не бросит. Уже не сможет. Хотя Марина ступает на опасную дорожку, очень опасную. Где риски — не только ее душевное благополучие, но и судьбы двух мальчишек, к которым жизнь и так была не очень справедлива
Марина снова легла на спинку скамейки, прикрыла глаза. И перед внутренним взглядом вдруг появилась совершенно отчетливая картинка.
Дом. Тот самый дом, который построит Андрей. Который он ей тогда нарисовал. А рядом — сам Андрей, Демьян и Касьян. Но и не только. А еще там она, Марина. И коляска с кем-то маленьким, новорожденным. И все туда заглядывают, в эту коляску, и счастливо улыбаются. А потом фантазия, уже ничем не сдерживаемая, понеслась дальше. Откуда-то появляется собака — хаски, как мечтает Кася. Андрей обнимает Марину, целует в щеку и шепчет: «Спасибо за дочь, любимая». И мальчишки тоже обнимают ее с двух сторон и называют мамой.
Какой ужас. Какой кошмар. Все такое настолько ненастоящее — как в телевизионной рекламе майонеза. В реальной жизни не бывает такого. Реальная жизнь — это то, что произойдет сегодня вечером. Что бы это ни было и как это ни произойдет — это и есть реальная жизнь.
Марина открыла глаза и встала со скамейки. Ну, здравствуй, реальная жизнь. Я ненадолго отходила.
— С тобой Татарников полностью рассчитался?
— Да.
— Ну и отлично, — Андрей выкладывал продукты на стол. — А то он немного не в адеквате. Утверждал, что собирается жениться на тебе — в таком он восторге.
Марина смотрела на гору продуктов на столе.
— Я лично не собираюсь за него замуж.
— Разумеется, — Андрей выставил на стол последнее оставшееся — бутылку молока. — Кто же ему разрешит. Но ты у меня умница. Сам себе завидую.
Будто не с ней это происходит. Не ее обнимает и прижимает к себе Андрей. Не ее целует он в макушку, а потом в висок.
Если бы не то, что случилось, сейчас бы они уже смаковали детали этого дела по земле. А потом бы обсуждали, что делать с брекетами Демьяна, и где лучше ставить, и какие где специалисты, какие предпочтительнее клиники, и что там вообще за нюансы. Марина носила брекеты практически все студенчество, но за это время технологии, скорее всего, значительно ушли вперед.
А потом бы пришел Кася — может быть, даже не один, а с братом. И Марина бы стала проверять, как выучено стихотворение про осень. А Андрей и Демьян бы…
Хватит фантазировать. Это все было бы, если бы не… Хреновая формула. Будто Марина жалеет о том, что произошло. Нет. Ни в коем случае нет. Не жалеет.
— Андрей, нам надо поговорить.
— Ага, давай. Демка говорил, что ты в брекетах шаришь? В мое время за брекеты в школе чморили. Я поэтому ему и сказал, чтоб сам решал. Я заставлять не буду. Правда, врач говорит, что надо
Да, почисти. В моем положении гранат полезен. Наверное. Как и черника.
— Андрей, я беременна.
Глава 12
— Как это?
— Природа все предусмотрела, Андрей.
Разговор начался не очень. Какие-то идиотские фразы. Все не то. Марина нутром чувствовала, что ничем хорошим этот разговор не кончится. А, значит, затягивать не надо. Но почему-то молчала.
Андрей медленно опустился на стул.
— Ты же говорила, что… что не можешь иметь детей.
— Получается, я тебя обманула.
Ты ведь к этому выводу рано или поздно сам придешь. Так давай лучше я тебе озвучу. Превентивно.
Андрей вздохнул — гулко и шумно.
— А можно мне каких-то еще… подробностей?
Марина встала и принялась разбирать продукты. Может, она уже и не имеет никакого права на эти продукты. Но руки занять необходимо.
— Если я тебя и обманула, то не специально. Просто… Просто я так решила. Что бесплодна. Потому что мы с Митей не могли зачать ребенка. А от другой женщины у него родился ребенок. Значит, проблема во мне.
Андрей тряхнул головой, будто ему вода в ухо попала — раз, другой.
— Ничего не понимаю.
— Ни у кого проблем не было — ни у меня, ни у Мити. У нас просто была генетическая несовместимость.
— Чего?!
На столе больше ничего не осталось. И нечем занять руки. Разве что только чайник включить. Заварить чай. Хоть чем-то занять руки.
— Врач сказала, что такое бывает. С иммунитетом это связано. Сами по себе мы каждый — здоров и может иметь детей. А вместе — нет. Поэтому у Мити родился ребенок от другой женщины. А у меня… от тебя. Вот.
— Охренеть.
И тишина. Ну да, Андрей. Охренеть. Охреневай. Я эту стадию уже прошла. Твоя очередь.
Андрей молчал, глядя с завидным упорством в поверхность стола. А Марина молчать не могла.
— Я понимаю. Это неожиданно. Понимаю, что в твои планы еще один ребенок не входит. Я помню. Ты мне об этом прямо сказал. Я, правда, все понимаю, Андрей.
— Ты до хрена чего понимаешь, Марин. Но почему-то решила, что не можешь иметь детей, не имея четкого медицинского заключения на этот счет.
Резко, будто выкачали каким-то супер-насосом, в Марине кончился весь воздух. Он куда-то делся. И горит все внутри.
Значит, все-таки нет, Андрей? Совсем нет? Сразу нет? «Нет» окончательное и без шансов?
— Вообще-то, я рассказала тебе все. Все подробности. Ничего не пропустила. И ты точно так же, как и я, знал, что окончательного диагноза на тот момент не было. Просто… просто я на основании тех фактов решила, что бесплодна. Только думала, что причина лежит где-то глубже. Но выяснять ее мне тогда совсем не хотелось. Ты выслушал эту историю. И ты пришел ровно к таким же выводам, разве нет?!