365
Шрифт:
Потом начиналась привычка.
…Игорь подвернулся ей под руку удачно. Вера любила деньги, у него они были — зарплата в несколько тысяч иностранной валюты, откладываемая на депозит с завидной регулярностью, потому что куда тратиться-то. Вере нравились высокие — Игорь под это более чем подпадал, — блондины, и хотя блондином он не был, видно, она решила закрыть на этот факт глаза. Игорю нравились понимающие. У него с этим были проблемы; отец и сестра считали медицину единственным возможным призванием, мама… Мама, как и Вера, витала в облаках и полагала его занятие особым видом лени. Для бабушки,
Он ведь упоминал уже, что полностью пошёл в бабку?
Эта машина — единственное его крупное капиталовложение за последние годы, — смущала Веру тем, что не имела продолжения в виде квартиры и предложения руки и сердца. Но Игорь не был глуп и не приходил домой пьяным, чтобы повестись на уговоры или намёки. И она просто тихо ненавидела съёмное жильё, столь ярко контрастирующее с более-менее дорогим авто.
— Ольшанский, я знаю, что ты там, — раздражённо заметила Вера из-за двери, и Игорь скривился. Сначала они нравились друг другу, теперь в Вере его раздражал даже голос. И её деланная хрупкость, достигаемая вечными диетами, в которых против собственной воли он тоже участвовал, и это блондинистое каре, и короткие юбки, и туфли-"копытца", как смеялись друзья, и кроссовки под платья. Она металась из крайности в крайность, и только в одном не меняла своего положения.
Она всё ещё считала, что его работа была самым простым в мире делом, а он просто притворялся уставшим.
— И что, что ты знаешь? — Игорь вздохнул. Регина могла сколько угодно петь об ответственной должности, и синяки под глазами от этого никуда не пропадали. Ему действительно пора бы озаботиться состоянием собственного отдыха.
— Ты опять где-то шлялся.
Он неохотно надавил на дверную ручку и вышел к Вере в коридор. Она стояла, завернувшись в атласный халат дикого алого цвета, скрестив руки на груди и вперив сердитый взгляд примерно в его правое лёгкое.
— Я шлялся на работе, — устало промолвил он. — У нас был дедлайн. Ты прекрасно знаешь, что я не мог уйти раньше, иначе давно бы уже это сделал.
Нет, не сделал. С каждым днём Игорь всё с большим удовольствием оставался там, в тёплом уютном офисе, где ни одна живая душа не называла его лентяем или идиотом.
— Мы сегодня забираем наши путёвки, — ядовито напомнила Вера. — Нам на девять в агентство. Ты помнишь?
— В девять я буду спать. И мне всё равно, куда нам, — покачал головой он.
— Тогда отдай ключи от машины.
Он перевёл взгляд на Веру. Всколоченные волосы, отсутствие косметики — благо, на ночь она её смывала, — не шли ей на пользу.
— Нет, — Игорь вздохнул. Пора научиться использовать это слово по отношению к ней почаще, иначе всё закончится стихийным бедствием.
— Я не буду трястись в общественном транспорте. Если ты хочешь нормально провести отпуск…
Что ж, рано или поздно ему пришлось бы сказать ей эту неприятную и довольно неотложную правду.
— Я никуда не еду, — сообщил он. Если б был не таким сонным, наверное, заметил бы сквозящее в собственном голосе равнодушие, но в эту секунду единственным, о чём он мог думать, являлась только кровать. — Нам дали новый проект, — Игорь снизошёл до
Вера выразительно шмыгнула носом, словно планировала разрыдаться сию секунду, но Игорь не чувствовал себя должным утешать её. Это всё равно не искренне. Почему они не едут в отпуск в какое-нибудь фешенебельное место? Почему он не хочет поднапрячься и купить квартиру в центре города или где-нибудь около того? Почему он позволил себе авто, а она до сих пор без машины? Почему они не поженились? Почему он приходит домой так поздно, что можно делать на той работе?
Эх, Вера-Вера…
— Если ты думаешь, — она сжала зубы, — что имеешь право вот так со мной говорить… И что эта твоя подачка!..
— Вера, — он попытался сосредоточить на ней свой взгляд, но после долгих часов работы всё плыло перед глазами. Наверное, скоро вместо неё он будет видеть только сплошные строчки кода, и не сказать, чтобы это было такое уж неприятное зрелище. Может быть, даже лучше, чем сейчас. — Не действуй мне на нервы. Иди спать.
— Я с тобой в одну постель не лягу! — взвизгнула она, хотя обычно старалась останавливать истерики ещё на подходе, и Игорь вдруг подумал, что Вера не то чтобы была плохая — она просто совершенно ему не подходила. А он ей. Ей бы принца с мыслями попроще, и было б замечательно. Или кого-то, кто чуть хуже считает часы своего бездумно потраченного времени.
А ещё поймал себя на мысли, что, как ни крути, у него нет настроения лежать на коротком чужом диване на съёмной квартире. И что всё это пора уже давно заканчивать.
— Соседей разбудишь, пожилые же люди, — буркнул Игорь. — И мне абсолютно всё равно, куда ты ляжешь.
Что б там Вера не прошипела ему в спину, он того не слышал. Всё-таки, во время дедлайна любимой женщиной программиста становится подушка.
Жаль всё-таки, что Вера не в силах была дойти до этой мысли.
363
5 мая 2017 годa
Пятница
На завтрак Вера всегда готовила яичницу. Вчера он банально проспал её кулинарный шедевр. Сегодня — смотрел с раздражением на жёлтую массу, явно недожаренную, валявшуюся — потому что словом "лежать" это назвать было невозможно, — пятном на его тарелке. Есть не хотелось, и не потому, что Игорь страдал отсутствием аппетита; он не помнил, когда в последний раз Вера готовила хоть что-то, кроме проклятых яиц по одинаковому рецепту. И получалось у неё каждый раз по-своему невкусно.
— Я решила, — она отошла от плиты, держа в руках стакан с кефиром — опять диета? — что нам с тобой всё-таки надо помириться.
Игорь вздохнул. Он полагал, что они не ссорились, скорее оставили своё раздражение в состоянии паузы.
— Я даже не буду ждать от тебя извинений, — продолжила она. — И, если ты попросишь свою начальницу…
— Я никуда не поеду, — отрезал он. — И сказал тебе уже: бери кого хочешь.
— Ты однажды меня доведёшь! — Вера скрестила руки на груди. — Мы запланировали отпуск. А твоя работа, твоя Регина…