57 Граней
Шрифт:
Он нажал другую кнопку. И на потолке загорелась та самая подсветка.
— О, как красиво! — искренне удивилась Хаджин.
— Вот, а ты не хочешь, — заметил Шин. — Давай, заказывай.
— А и закажу! — воскликнула Бин и бархатным тоном продолжила. — Чин Джон-сси. Мне неловко просить, но…
— Да я-то не против, — хмыкнул мужчина. — Если вам нужно…
— Я буду вам признательна! — обаятельно улыбнулась Хаджин. — Только… Мне бы светлый салон.
— Да как скажете, — пожал плечами Чин Джон Ци. — Любой каприз. Только немного дольше
— Мне не срочно, Чин Джон-сси, — улыбнулась снова Хаджин.
— Ладно, — кивнул мужчина.
— И, Чин Джон, — заговорил Шин. — В этот раз не надо тратить свои деньги.
— Да просто не хотелось дёргать по пустякам, — и мужчина… слегка смутился. — И Кён-ним… Не надо… Ну, доплачивать. Я хочу, чтобы это был подарок госпоже Сюн.
Шин усмехнулся.
— Конечно, — кивнул он. — Но госпоже Бин дарить не надо, хорошо?
— А почему это? — возмутилась Хаджин, оборачиваясь. — В смысле… Ну, я тоже хочу, чтобы мне мужчины дарили подарки!
— Потому что я против, — спокойно и слегка насмешливо ответил Шин. — Такой ответ вас устроит, госпожа Бин?
Хаджин несколько мгновений смотрела на парня. Потом хмыкнула.
— Собственник, — еле слышно пробормотала женщина.
— Чин Джон, давайте отвезём эту девушку домой, — произнёс Шин. — Она сегодня очень много работала и почти не спала.
— Да, конечно, — с готовностью кивнул мужчина. — Прошу!
— Ох, как бы мне дотерпеть-то до кроватки! — воскликнула Бин. — В таких-то шикарных условиях! Шин, в следующий раз поедем, а не полетим.
— Ну, это как карты лягут, — усмехнулся Шин. — Подождите меня немного. Мне нужно позвонить.
Чин Джон Ци кивнул и пошёл обходить машину.
— Вот это правильно, — ехидным тоном заметила Хаджин. — А то друг… Ли, он же очень… друг.
— Спасибо за внимание и заботу, Хаджин, — иронично ответил Шин. — Присаживайся. Я скоро.
И отошёл за корму машины. Они сейчас находились на стоянке, около аэропорта (Шин не хотел, чтобы увидели, на чём он по небу рассекает).
— Доброе утро, Со И, — губы невольно раздвинулись, когда он услышал ЕЁ голос.
— Доброе, Шин, — ответила женщина. — У тебя всё решилось? В смысле, положительно?
— О-о, более чем, — ответил Шин. — Вышло даже лучше, чем я рассчитывал.
— Хм. Шин, надеюсь, мы ничего не узнаем… из новостей? Например, из криминальной хроники?
— Со И, я чту закон и вообще не склонен к насилию, — слегка укорил парень. — Мне печально, что ты так обо мне думаешь.
— Да-да, а то я же с памятью-то поссорилась, — ехидно заметила Со И Ли. — После того… Той ночи в Таиланде, думаю, именно криминальные новости и были у местных.
— Тут были скучные, даже унылые бизнес-вопросы, — ответил Шин. — Презренный металл был темой. Не более.
Ли хмыкнула.
— Зная тебя, вряд ли речь шла о мелочах, — произнесла она. — Мне ждать твоё имя в списке Форбс?
— А это обязательное условие? — спросил Шин…
С подтекстом. Вот не
— Нет-нет, — парень почти наяву увидел, как Со И, улыбаясь, качает головой. — Тебе же только дай цель. И в самом деле, придётся выходить за тебя. Пусть эта история остаётся романтичной. Ты согласен, Шин?
— Конечно, нет, — тут же ответил Кён. — Но… Я хочу, чтобы было так, как желаешь ты.
Пара мгновений паузы.
— Вы зря, господин Кён, постоянно провоцируете меня, — притворно холодным тоном произнесла Со И Ли. — Мне придётся… Стребовать с вас оплату.
— Куда, во сколько? — тут же спросил парень.
— Не сегодня, — усмехнулась Со И Ли. — А-а… М-м… В среду. Нормально?
— Меня даже ядерная война не остановит, — фыркнул Шин.
— Что же, тогда я пришлю за тобой машину, — произнесла Со И Ли. — Позвонишь потом Ши, скажешь куда.
— Я начинаю считать минуты, — отреагировал парень.
Серебристый смех стал ему наградой…
… Положив телефон в карман, Шин, сунув руки в карманы брюк, некоторое время бездумно смотрел на лётное поле, через сетчатый забор.
— Словно специально… — пробормотал он.
Этакое напоминание. Что нельзя контролировать всё. Насколько бы ты не был умником.
Можно сказать, что он повторил судьбу прежнего Шина. Только уровень взял повыше. Ну, и… А вот это, как раз и есть то, что является плодами выбора. Шин Кён «намба ван» хотел лишь быть не хуже. И, по сути, его чувство, больше похожее на помрачение — это был, прежде всего, эгоизм. Да-да. «Я люблю! Сам я! Смотрите, как я люблю! Как страдаю!»
С другой стороны, легко обвинять подростка, который толком и не знал, что такое любовь. У него были лишь смутные воспоминания о матери. Как о чём-то сказочном.
«Так» — Шин развернулся и пошёл к «Старексу»
И да. Он сейчас поедет за Хван На. Вместе с Наби, Да Сом… Ну, и кто ещё там захочет. Может быть, это выглядит, что он, типа, успокаивает совесть… Но идут-ка нахрен все критики. Девчонкам надо сделать приятный день. И вечер. И это… По кайфу. Ему, лично. Почему бы не сделать себе хорошо? Правильно применённый эгоизм.
Хаджин болтала с Чин Джоном, через окно-телевизор. Обратно-то его так и не подняли. Когда Шин открыл дверь, дама, облокотившаяся на перегородку (мелкая Бин могла почти что в полный рост стоять), покосилась на парня, приподняв одну бровь в иронично-насмешливом выражении.
— Как там друг? — спросила Хаджин. — Всё хорошо?
Шин залез внутрь, устроился в кресле.
— Всё отлично, — ответил он с независимым видом.
— Чин Джон-сси, — улыбнулась Хаджин.
Мужчина усмехнулся в ответ. А Бин добралась до соседнего кресла. Запустился мотор. И было слышно при этом лишь стартёр. Отчетливо. А вот рокот двигателя больше ощущался, чем слышался. И это ещё «окно» опущено. Хорошая «шумка». Хюнэ Ди это наверняка понравится.