69
Шрифт:
– Знаете, я немного вас понимаю. В годы войны я служила на вершине Юмихара в зенитном батальоне и видела солдат, которые погибли при налетах. Ведь вы с Тадаси стремитесь к тому, чтобы такого в мире больше не было?
Я не решился признаться ей, что мне просто хотелось своими действиями привлечь к себе внимание девочек.
– На самом деле мне кажется, что в последнее время Тадаси немного пришел в себя. Иногда его навещают друзья и... Хотя я знаю, что это запрещено, но Мацунага-сэнсэй закрыл на это глаза. А вчера зашли две красивые девочки, возвращаясь с пляжа.
Я сразу
– Красивые девочки? Из нашей школы?
– Да, но из другого класса. Одну зовут Мацуи, она очень хорошенькая. Другую зовут Сато, она стройная и высокая...
Кровь ударила мне в голову, и последующих слов я не расслышал.
Леди Джейн с Энн-Маргрет приходили навестить Адама. Зачем понадобилось таким утонченным, умным, смелым и красивым девушкам навещать парня, который изъясняется на таком страшном диалекте, что без переводчика не обойтись. И как могла «принцесса», возвращаясь с пляжа, так кинуть своего «принца», который одолжил ей пластинку «Cheap Thrill»? Надеюсь, что они заявились туда не в купальниках, пахнущие кремом для загара, когда на плечах остались лишь тонкие белые полосы от бретелек, только что отведав свежий арбуз на поле у какого-то крестьянина, предварительно охлажденный в ручье? И тогда зачем я беседую с матерью своего друга? Какое мне дело до того, что она служила в противовоздушных войсках? Мерсо, который застрелил араба, объяснял, что причиной всему было солнце. Мне хотелось стать таким, как Камю.
ЖИЗНЬ АБСУРДНА.
Пылая от гнева, я позвонил Адама.
– Привет, Кэн. Сегодня моя матушка тебя достала?
Какого черта? Разве ему все известно?
– Извини, она еще там?
– Нет, она только что ушла.
– А твои родители дома?
– Они оба на занятиях.
– Значит, вы говорили наедине?
– Я предложил ей ячменный чай и пирожное.
– Послушай, ты...
– Что?
– Ты не пытался ее поцеловать?
– Идиот!
– Извини, это была просто шутка. Когда сегодня мать спросила у меня твой адрес, я сразу понял, что она собирается к тебе. Откуда мне было знать, что она скажет, если туда пойдет?
Я ничего не ответил. Меня унизили, и я чувствовал уязвленную гордыню. Как мне теперь вести себя с Леди Джейн? Мужчина, обманутый женщиной, которую любит, оказывается в отчаянном положении.
– Ну и о чем вы говорили? Небось мне косточки перемывали?
– Нет, Адама... Успокойся!
– Что?
– Не наезжай!
– Что ты имеешь в виду?
– Ничего особенного. Я не собираюсь об этом говорить.
– Что бы это ни было, скажи!
– Я скорей вырву себе язык, чем скажу.
– Это касается меня?
– Разумеется.
– Тогда объясни!
– Адама, выслушай это спокойно. Обещаешь?
– Выкладывай!
– Мне кажется, что твоя мать обсудила все с отцом и они решили забрать тебя из школы и отправить работать. У тебя же есть родня в Окаяма?
– Да, есть.
– Похоже, они хотят, чтобы ты работал там во фруктовом саду. Со следующей недели ты будешь просто купаться в персиках.
– Чего? Ты совсем рехнулся, что ли? Это же вранье!
– Так считаешь?
– Ложь – твое единственное мастерство,
– Ошибаешься!
– ШУТКА, а кстати... – захихикал Адама. Когда хладнокровные парни начинают хихикать – это противно. – Вчера ко мне приходили Мацуи и Сато.
– Что? – воскликнул я, изображая удивление.
– Они сказали, что возвращаются после купания на пляже Утаноура.
Пляж Утаноура находился совсем близко от квартала, где жил Адама.
– Правда? – притворно безразличным тоном спросил я.
– Пойми, чувак, я к такому не привык. Я не умею общаться с телками.
– Что ты имеешь в виду?
– Я получил писульку и теперь не знаю, что делать.
– Письмо? ЛЮБОВНОЕ ПИСЬМО?
– Нет, нет, боже упаси...
– Любовное письмо?
– Может быть, но оно написано старинным классическим стилем: «Выражаю свое почтение и уважение» – мне это не по кайфу. Я предпочитаю Рембо.
У меня потемнело в глазах.
– И еще, Мацуи просила дать ей твой адрес. Ты не против?
– Меня мало волнуют телки вроде Мацуи. Ни ума, ни воспитания, ни благодарности к людям.
– Ты так считаешь?
– Разве можно считать такую приличной бабой? Я подарил ей «Cheap Thrill» и даже благодарности не дождался. Мой отец после каждого подарка посылает письмо с благодарностью.
– Какой подарок? Это же была пластинка Эдзаки.
– Не хочу больше ее знать.
– Я думаю, что Мацуи может быть изящной. Готов поспорить, что она никогда не написала бы письмо в таком старомодном стиле, как это сделала телка Сато.
– Что?
– У Сато могучие титьки, но Мацуи намного умней ее.
– Адама, значит, любовное письмо было от Сато?
И вдруг в голове у меня вспыхнул свет, мощностью в миллион ватт.
– Послушай, Мацуи не человек, она ангелица, только временно принявшая человеческое обличье, но на самом деле посланная мне Богом.
– Я не понимаю, о чем ты говоришь, пиши поскорей сценарий, – сказал Адама и повесил трубку.
В тот же вечер мне доставили БУКЕТ РОЗ.
– Какие красивые! Это тебе, братец? – сказала моя сестренка и прямо как в кино захлопала в ладоши и принялась кружиться по комнате, напевая «Ягненок Мэри».
К букету роз была прикреплена короткая записка: «Пусть эти семь красных роз немного утолят ваши печали. Джейн».
Сестренка поставила цветы в стеклянную вазу. Я водрузил розы на письменный стол и всю ночь ими любовался. Камю не прав, решил я.
Человеческая жизнь не абсурдна.
Она имеет цвет роз.
За два дня я закончил сценарий фильма с названием «Этюд для куколки и старшеклассника». В то время в моде были длинные названия. Я писал сценарий ночи напролет. Отец рассказывал о том, что случилось, когда мне было три года. Он вместе со мной отправился в бассейн. Перед этим я однажды чуть не утонул в море, поэтому боялся воды и не решался войти в бассейн. Он кричал на меня, тащил за руку, подстегивал палочкой или заманивал мороженым, но я только кричал и плакал, а идти не желал. И тогда появилась хорошенькая девочка примерно моего возраста. Она позвала меня из бассейна. Я немного поколебался, но потом ради этой девочки спрыгнул в воду.