7-е небо

Паттерсон Джеймс

Твилли заметил, как напряглась Диана Дэвис, сморщив лицо, но не посмела указать на уклонение от темы, когда бывший губернатор изливал разъедавшую его боль от потери сына.

Кэмпион всем корпусом развернулся к ответчице и обратился к ней, печально, но без неприязни:

— Если б только я мог оказаться рядом, когда Майкл умирал. Если бы я только мог обнять его и утешить… Как бы я хотел, чтобы в ту минуту он был со мной, а не с вами…

ГЛАВА 50

— Обвинение

вызывает мистера Трэвиса Кука, — объявила Юки.

Головы повернулись к дверям. В зал суда вошел юноша лет восемнадцати в сером блейзере частной школы с гербом на нагрудном кармане.

Густые вихры Кука, казалось, были расчесаны пятерней, а не гребешком, ботинки не знали, как выглядит сапожная щетка. Парень смущенно поклялся говорить правду и ничего, кроме правды, после чего поднялся на место свидетеля.

Поздоровавшись, Юки спросила:

— Откуда вы знали Майкла Кэмпиона?

— Мы вместе учимся в Ньюкирке.

— А когда вы познакомились с Майклом?

— На первом курсе, но сдружились мы только за последний год.

— Как вы считаете, кто проявил желание подружиться теснее?

— Ну, у Майкла вообще-то было не очень много друзей. — Трэвис Кук на секунду поглядел Юки в глаза, но сразу же опустил взгляд на свои ладони. — Его любили, но не сближались: он же не играл в футбол, не тусовался, и вообще у него было больное сердце.

— Но вам это не помешало стать с Майклом друзьями?

— А у меня самого астма в тяжелой форме.

— Как же это повлияло на вашу дружбу?

— Однажды ему стало плохо, и я к нему подошел. Мы поговорили, как фигово жить с такими болезнями, которые ни на день не отпускают.

— Это вы рассказали Майклу об ответчице, мисс Мун?

— Да.

— Трэвис, я понимаю, это несколько неудобно, но вы поклялись говорить только правду.

— Я помню.

— Что именно вы сказали Майклу о мисс Мун?

— Что я с ней был, — промямлил Кук.

— Пожалуйста, говорите громче, чтобы слышали присяжные, — попросила Юки.

Парень начал снова:

— Я сказал Майклу, что был с ней. У нас многие к ней ходили. Она классная девушка для тех, кто… Короче, она не вульгарная, ничего такого… — Трэвис вздохнул. — Она хорошо умеет… научить.

— Чему научить? — спросила Юки, поворачиваясь к присяжным. — Я не уверена, что правильно вас поняла.

— Ну, трахаться в первый раз. Не надо волноваться, что девушка о тебе подумает. Можно быть собой, получить удовольствие, заплатить и уйти.

— Понятно. Что сказал Майкл Кэмпион, услышав о мисс Мун?

— Сказал, что не хочет умереть девственником.

— Трэвис, вы видели Майкла накануне исчезновения?

— Я разговаривал с ним в очереди во время ленча.

— И как он вам показался?

— Счастливый такой ходил. Сказал, вечером у него свидание с Джуни.

— Благодарю вас, Трэвис. Свидетель ваш, — сказала Юки Диане Дэвис.

Сегодня

костюм на Дэвис был синий, двубортный, с двумя рядами белых жемчужных пуговиц, на шею она тоже повесила тройную нитку жемчуга. Волны серебряных волос казались жесткими, почти острыми.

Адвокат встала, но не вышла из-за стола защиты.

— У меня только один вопрос, мистер Кук.

Мальчишка с готовностью уставился на нее.

— Вы видели, как Майкл Кэмпион входил в дом Джуни Мун?

— Нет, мэм.

— Вот и весь вопрос, ваша честь, — бросила Дэвис, садясь.

ГЛАВА 51

Таня Браун откровенно развлекалась, доставив Юки немало головной боли.

Принося присягу, мисс Браун улыбалась бейлифу и кокетливо отбрасывала пряди, крутясь в оранжевой тюремной робе словно в платье от Версаче. Таня Браун была третьей и последней из свидетельниц-заключенных, находившихся «на попечении системы» за торговлю наркотиками, проституцию или за то и другое сразу. Все они познакомились с Джуни Мун в окружной тюрьме, и хотя показания стукачей обычно оказывались сомнительными или бесполезными, Юки надеялась, что три практически идентичных заявления станут веским подтверждением признания Джуни Мун.

Юки спросила Таню Браун:

— Обвинение предлагало вам что-нибудь за ваши показания?

— Нет, мэм.

— Мы обещали вам перевод, сокращение срока, лучшее обращение или привилегии?

— Нет, мэм, вы сказали, что ничего мне не дадите. — Таня Браун поелозила задницей по стулу, налила себе стакан воды, улыбнулась судье и наконец успокоилась.

— Итак, мисс Браун, вы знаете ответчицу?

— Я бы не сказала, что знаю, но мы с ней ночевали в одной камере. В женской тюрьме.

— Мисс Мун говорила, за что ее арестовали?

— Да, в камере все по очереди рассказывают, кто за что.

— И что мисс Мун вам сказала?

— Говорила, что она типа гейша и у нее было свидание с Майклом Кэмпионом.

— Почему вы вдруг это запомнили?

— Да вы что, это же вау! Мы все стали спрашивать: «Ты занималась грязным делом с золотым мальчиком? И как это было?» Ну, понемногу вылезло наружу, что он умер у нее в постели, чуть ли не на ней.

— Так мисс Мун вам и сказала?

— Ага. Сказала, что у него было плохое сердце. Я тоже так попадала; правда, мой клиент был не богатенький мальчик, а вонючий старик, отдал концы на переднем сиденье своего «кадиллака», поэтому я просто дверь открыла и… Ой, извините.

— Мисс Браун, мисс Мун говорила, что делала, когда у мистера Кэмпиона начался сердечный приступ?

— Джуни разнюнилась. Сказала, что они с бойфрендом избавились от тела.

— А еще что-нибудь она говорила?

— Сказала, что Майкл был самый милый юноша, какой ей попадался, и как для него плохо умереть в счастливейшую ночь его жизни.