90 часов

Рассказ основан на реальных событиях, произошедших в октябре 2020-го на берегах Эгейского моря в Турции.

Персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно.

***

(12 Сентября 2018 года)

– Фатих Бэй*! Чаю? – сорвался с места Серждан Коркмаз.

– Не откажусь!

Пузатый работник комунально-жилищного фонда города Измир снял с пухлой кисти барсетку и опустился

на стул.

Хозяин магазина вонзился суровым взглядом в худощавого паренька у прилавка и резко махнул рукой. Того снесло ветром в подсобку, откуда тут же раздался звон стеклянных стаканчиков.

– Как поживаете, Фатих Бей? Как ваша красавица жена Гизем? Малышка Мелис и сорванец Али? – расплылся в улыбке еще секунду назад хмурый Серджан.

– Все в полном здравии, слава Аллаху, – перебирая пальцами четки, ответил гость.

– Слава Аллаху! – наигранно вознес руки к небу Серджан.

Из подсобки появился все тот же тощий парень с подносом. Звеня чайными стаканчиками с миниатюрными ложечками, он, заплетаясь, подбежал к столу. Фатих сверил юнца надменным взглядом и отвернулся к окну.

– Лукум, лукум неси и орехи… – шипел на нерадивого помощника Серджан.

Тот снова скрылся из вида.

– Абла* привела своего старшего, вот приучаю к работе, – оправдывался хозяин магазина. – Фатих Бэй, ты ж помнишь моего соседа?

– Тот, что чебуреки делал?

– Тот самый, Фатих Бэй, тот самый! Развел там крыс у себя, они ко мне прогрызать ходы стали. Мешки с сахаром, мукой попортили…

У стола вновь появился парень с подносом и двумя пиалами.

– Так вот, попортили мне макароны, орехи.. .

Рука остановилась над пиалой с фисташками.

– Орехи, слава Аллаху, не тронули, – осекся Серджан.

Фатих недовольно чмокнул и переключился на восточные сладости.

– Разумеется, у наивного паренька не получилось. Ведь эта улица, она же десятилетиями обслуживает жителей нашего района. Вон там чайная Мустафы, а там Селим семитджи*, да и Эмре свою мастерскую перенял от прадеда, – указательный палец Серджана взмыл в воздух. – А мой магазин уж сколько лет продуктами высочайшего качества обеспечивает. Из других районов ко мне приезжают, потому что доверяют Серджану! И детишки после школы забегают, и старики мимо не проходят. Тружусь с утра до ночи людям на благо…

Недалеко послышалась переливистая песнь из мечети, оба затихли.

– Молишься?

– Молюсь, Фатих Бэй, молюсь утром и вечером. А днем за меня жена моя и мать молятся, я ведь работаю. Весь день здесь.

– Так чего ты хочешь Серджан?

– Хочу выкупить соседнее помещение. Расшириться хочу, – от волнения руки предпринимателя тронул мелкий тремор. – Вон там будут свежие овощи и фрукты, там мясо, вон там рыбный сделаю, в том углу сладости и сухофрукты. Поставлю столики нашим дедам на радость,

подавать турецкий кофе буду и чай.

Фатих не поленился повернуться и осмотреть огромную стену, что разделяла магазин Серджана от некогда действующей чебуречной.

– Купить ты можешь, но тут стена!

– Я знаю, знаю, Фатих Бэй, – не поворачивался Серджан.

Он слишком хорошо знал эту стену и слишком сильно ненавидел ее, чтоб лишний раз смотреть.

– Ты только представь, сколько места будет, если стену эту убрать, Фатих Бэй!

– Не мне тебе объяснять, Серджан, есть стены, которые не убрать…

– Тут целых пять стен, – развел руками турок. – Если одну убрать, останется еще четыре!

Собеседник лишь недовольно причмокнул.

– Можно уйти и не вернуться, прийти и не увидеть* , – хозяин магазина махнул помощнику.

Тот влетел в подсобку и вынес к прилавку небольшую спортивную сумку.

– Вот продуктов вам собрал. Для красавицы жены вашей, для детишек и разумеется для вас!

Фатих вновь обвел взглядом несущую стену многоэтажного дома и остановил взгляд на черной спортивной сумке. Мгновение спустя он махнул головой в сторону припаркованного автомобиля и нажал на ключе разблокировку. Черный джип подмигнул, когда паренек сорвался с места и, открыв багажник, поставил на дно сумку.

– Давать, ничего не получая взамен, подобает только Аллаху*, – Фатих глотком опустошил фигуристый стаканчик.

– Согласен! Совершенно согласен! – залепетал довольный Серджан.

***

(30 октября 2020 года)

– Сэма! Сэма! – кричала с балкона Айше. – Сэма!

Все казалось напрасным. Девчонка была увлечена беседой с друзьями.

– Алла-алла*… Чтоб тебе Аллах открыл уши, которые Шайтан наглухо закрыл, – недовольно бурчала Айше. – Сэма! Это она так болеет! Все, чтоб только в школу не идти!

Наконец, старшая дочь повернулась.

– Иди к Серджану и попроси муки и десяток яиц в долг до вечера! Отец придет и заплатит.

– Сейчас? – развела руками дочь.

– Сейчас, сейчас! Бёрек из чего готовить? Быстро ступай! – мать сурово погрозила пальцем.

Женщина зашла с балкона в дом и, вытерев со лба проступивший пот, посмотрела на малышку Айду. Та сидела на полу, уставившись большими серыми глазами в телевизор. Светлые кудряшки обрамляли загоревшее лицо. Редкое сочетание, если учесть, что отец Айды с востока страны и цвет его кожи никогда не терял насыщенного коричневого оттенка. Да и сама Айше – обладательница серых глаз и копны почти черных волос. Малышка казалась чудом, ангелом, что Аллах послал им с небес за праведную жизнь, намаз и ежегодный рамадан.

– На балкон ни шагу, – наказала Айше, поправила платок и прошла в кухню. – Октябрь, а такая жара, – вздохнула она, нагнувшись за миской для теста.

Конец ознакомительного фрагмента.