А мы на море...
Шрифт:
Бег по набережной, где хозяйничал прохладный утренний ветер, несказанно радовал девушку. Ускоряясь и притормаживая, чтобы дать приятно ноющим мышцам разностороннюю нагрузку, она размышляла обо всём сразу и ни о чём конкретно. Вчерашний разговор со сводной сестрой посеял в сознании зернышко беспокойства, которое на утро проклюнулось, принеся щедрые плоды в виде бесполезных метаний. Яся привыкла лететь по жизни с легкомысленной улыбкой и безрассудными желаниями, обожала приключения и не собиралась ввязываться во что-то серьезное, как Полина с Владом, пока не нагуляется. Ей было по вкусу начинать роман и ставить точку
Яся свернула с набережной к лестнице, поднимающейся крученой змеей на верхний ярус территории. Лана не пыталась её переделать (Будто кто-то вообще смог бы!), но после разговоров по душам Яся чувствовала легкую грусть, которая в принципе-то была несвойственна живому независимому характеру девушки. В этом вся Лана - свято верит в "раз и навсегда" и ждет несуществующего рыцаря! Она с самого начала заставляла Ясю сомневаться и перепроверять собственные убеждения: неизменно правильная, послушная, до раздражения скромная и добродетельная - порой Лана вместе с мамочкой (у той вышеперечисленные качества умножались на два) выводили из себя! Тогда Ясе хотелось раз и навсегда сбросить маску притворного дружелюбия, закатив грандиозный скандал с воплями-упрёками (порча имущества и битье посуды - по умолчанию). Но она не могла поступить с отцом так жестоко - мужчина полюбил этих до невозможности скучных праведниц до беспамятства. К тому же, Яся не могла отрицать, что с их появлением папочка выглядел счастливым и не скупился выполнять любой её каприз. Взять хотя бы эту поездку - не считая навязанной в дорогу Ланы, он сделал прекрасный подарок! Да ещё и не забыл про денежки на "мороженное с сувенирами".
Девушка остановилась на верхнем парапете лестницы и уперлась руками в колени, восстанавливая сбившееся дыхание. Идея забросить диету казалась всё более заманчивой - столько подъемом, крутых дорожек, плавание в море и в столовую нужно подниматься три раза в день по двум сотням ступеней, что она не только не наберет лишний вес, а вероятнее сбросит пару тройку килограмм.
В принципе с фигурой у Яси был порядок, просто из-за широкой кости стоило набрать хоть немного лишнего веса - и девушке переставало нравиться отражение в зеркале. Поэтому она упорно целенаправленно (а главное - ежедневно) занималась собой: кремы, контрастный душ, пробежки, сбалансированное питание, подобранная с умом одежда... Но как же иногда хотелось наесться тех же тортиков (желательно свежих), вредных чипсов или воздушных пирожных! К счастью останавливала мысль, что после подобного перекуса фигура такой же воздушной, увы и ах, не станет.
Вот и приходилось беспрестанно следить за внешностью, и Яся не понимала таких личностей как Лиза. О вкусах, конечно, не спорят, но прятать отличную фигуру в бесформенных джинсах и скучных футболках казалось девушке расточительством. Другое дело Лана - та знала, как превратить излишнюю худобу в достоинство, представив в виде чарующей хрупкости; она безумно любила пенные кружева и приходила в восторг от невесомых тканей. В гардеробе девушки преобладали голубые и белые оттенки, которые подчеркивали редкий аквамариновый цвет глаз и визуально увеличивали то, что нужно увеличить...
– Что ты там делаешь в такую рань?
– спросила Яся, раздражаясь от того, что приходилось задирать голову.
Степка глянул на наручные часы и уточнил:
– В полшестого утра хочешь сказать?
– Что хотела - сказала, а вот ты на вопрос не ответил.
– Дышу свежим воздухом, пью кофе, - он отсалютовал чашкой.
– Довольна?
– Нет. Я тоже кофе хочу.
– Поднимайся, сварю.
Девушка подозрительно прищурилась:
– С чего вдруг такая щедрость?
– Жест доброй воли, так сказать. Но вообще у меня есть новость - ты же будешь дуться, если не узнаешь первой.
– Уговорил, - сказала заинтригованная Яся и поспешила в корпус.
При подъёме кроссовки громко "чмокали" по кафельной лестнице, доводя хозяйку до белого каления. Чтобы как-то отвлечься, она вспомнила время, когда они со Степкой только начали встречаться - это было ещё на первом курсе, и по утрам Яся неизменно будила парня ни свет, ни заря, чтобы сопровождал на пробежку. Странное дело, он ворчал для порядка, но покорно следовал рядом, а потом тоже начал бегать.
Яся думала, что он забросил привычку просыпаться с первыми лучами солнца, а вон оно оказывается как! Не понимая почему, но открытие девушке понравилось: сделала доброе дело - приобщила человека к полезному занятию...
– Ну, ты идешь?
– негромко позвал тот из коридора.
– Иду, иду... Где твой сюрприз?
– Да вон он. Дрыхнет как сурок.
Девушка остановилась на пороге и округлила глаза:
– Степ, а почему у вас в комнате спит незнакомый мальчик?
– Тихо ты!
– шикнул парень, втащив её внутрь.
– Всех перебудишь!
– Так почему?
– Хотел бы я знать, - Степка задумчиво почесал затылок.
– Прикинь, просыпаюсь, а на второй кровати, которая ещё вчера была пустой, лежит этот чувак. Тут уже я начинаю сомневаться, моя это комната и если нет - как объяснятся с хозяином, когда вижу Алекса...
– То есть ты понятия не имеешь, кто этот симпатяга и как тут оказался?
– перебила Яся, расплываясь в довольной хищной улыбке.
– Ну, типа того...
Глава 6
'О. '
Ответь, кто твой друг, и я скажу, кто ты.
Пословица
Александр
С новоявленным соседом Саши и Степы остальные познакомилась за завтраком. Щуплый угловатый подросток приходился дальним родственником вредной комендантше с первого, вот грымза и подселила его к парням, уверенная, что они-то возражать не станут. Официально путевки были на Ясю с Ланой и Полину с Владом. В Лизиной значился Костя, а их со Степкой приняли за левые гроши - как ни крути, тетка могла хоть цыганский табор привести, а поднимать шумиху им не выгодно.