А отличники сдохли первыми..
Шрифт:
Существо, обхватившее ковш, перестало издавать визг — обернувшись к нему обратно, я увидел, что оно успело провернуться достаточно, чтобы снова ухватиться за черпак со всех сторон. Некоторые головы, торчащие рядом с ним, пытались ухватиться за него зубами, непрерывно ворча. Штанга подо мной завибрировала, двигатель повысил обороты, а гусеницы снова начали пробуксовывать. Я вернулся к работе.
Получалось уже не так быстро, как раньше, я выдыхался. Но всё же локти, кисти и пальцы продолжали сыпаться на асфальт друг за другом. Тварь снова завизжала и начала вращаться.
Я оглянулся — дорога впереди была чиста. Все те редкие жоры, которых мы встречали здесь ночью, видимо увязались за нами ещё тогда. И уже был виден тот поворот, который должна была запомнить Алина — поворот к яхт-клубу.
Экскаватор вдруг громко чихнул, дёрнулся пару раз и остановился, замолчав навсегда. Всё, кончилась солярка. Прощай, наш верный могучий Коматсу. Твоя ярость уничтожила полчища наших врагов. Но дальше придётся идти пешком.
Спрыгнув с ковша я подбежал к кабине и помог спуститься девочке. Джон вылезал с другой стороны самостоятельно. Тварь, на расстоянии вытянутого ковша, всё ещё продолжала совать внутрь себя черпак. Всё глубже и глубже. Словно испытывая от этого какое-то удовольствие, головы на гигантском туловище перестали визжать и теперь мило о чём-то ворковали друг с дружкой
— Вон тот поворот! Я помню! Мы совсем близко! — Алина тянула меня за рукав. — Бежим!
— Секунду… — Я залез вверх и вытянул из-за кресла шлем и перчатки. Обрядившись в них и перехватив косу поудобнее, я был готов ко всему, что мы могли встретить впереди. Теперь меня так просто не сожрёшь.
А впереди нас ждали пустые разорённые турбазы, разворованное кафе и распахнутые ворота с вывеской «Яхт-клуб Эдельвейс». Жор тут по-прежнему не встречалось — рёв двигателя или свет фар в ночи точно сманил их со всей округи. И теперь большинство из них валялось размазанными по асфальту у фасада дома культуры "Восход".
А вот многорукая и многоногая тварь, наконец-то, перестала насиловать ковш. Медленно обойдя замерший экскаватор, она бросилась за нами в погоню. Буквально со всех ног!
Перебирая ногами и руками, которым посчастливилось оказаться под сросшимися телами, она приближалась к воротам клуба с пугающей быстротой, алчно хрюкая и чавкая всеми своими головами.
— Туда! — На территории клуба были какие-то разорённые ларьки, причал с несколькими большими катерами и здоровенный ангар с распахнутой дверью. Противоположным от нас краем ангар уходил в поднявшуюся воду. Если здесь где-то ещё и оставались парусные яхты, то только в нём.
Задыхаясь от бега, мы ворвались в ангар и захлопнули за собой дверь, успев заметить, что существо втискивается в ворота, обдирая об их створки кожу и ломая шеи некоторым своим головам. Стальные трубы, на которые были надеты створки ворот, начали гнуться под напором этой отвратительной кровоточащей массы.
Внутри нас ждала целая коллекция парусных яхт. От длиннющих суден, на которых спокойно можно было выйти не только в разлив реки, но и в море, до совсем маленьких учебных пластиковых корытец. Катамараны, швертботы,
— Ищите… Ищите что-нибудь с мотором, каютой и вёслами… Полегче… — Пытаясь отдышаться, я побежал вдоль рядов, торопливо высматривая что-нибудь подходящее. Джон и Алина побежали по параллельным проходам, оглядывая коллекцию.
— Вот! Вот! Как раз то что нужно! — Алина радостно закричала показывая на небольшую, всего метра четыре длиной яхточку с затейливой надписью «Lil’ Hope» на борту. К корме у неё был приделан небольшой мотор, а в каюте вполне могли разместиться пара человек. Правда в лежачем положении ноги оказались были бы снаружи. Но, судя по креплениям, тут можно было натянуть тент. Были тут и уключины для вёсел.
— Берём! — Времени для более тщательного заглядывая в зубы нашему дарёному коню не было. Сзади по стене ангара уже начали барабанить конечности преследовавшего нас существа. Дверь сорвало с петель и внутрь протиснулось несколько тел, вращая во все стороны тремя головами и грозно потрясая повисшими в воздухе ногами.
Я вцепился в штангу прицепа вместе с Джоном, и мы попытались вытащить его в проход, который в двадцати метрах дальше уходил под воду с небольшим наклоном. Алина пыталась помочь нам, подталкивая прицеп сзади. Он еле двигался — похоже, колёса крепко схватило ржавчиной, а одна камера была почти полностью спущена.
Металлическая стена ангара угрожающе затрещала, выгибаясь под напором отвратительной массы. Головы в дверях также натужно захрипели, как и мы с Джоном.
— It’s useless! Снимать лодка и толкать она! — Космонавт озвучил мою мысль. Осмотрев прицеп, он тут же вытащил стержень, удерживающий подставку, которая позволяла прицепу сохранять ровное горизонтальное положение. Толкнув подставку ногой, он её сложил, и прицеп с грохотом клюнул носом пол. Яхта немного сдвинулась вперёд со своих направляющих.
— Толкаем! — Мой крик утонул в скрежете гнущейся стены. Сквозь разрыв в металле в ангар начали протискиваться хрипящие и визжащие тела, ноги и руки, с каждой секундой увеличивая щель.
По ощущениям, кораблик весил пару сотен килограмм. Упёршись ногами в соседнее судно и толкая спиной, мы вдвоём всё-таки сдвинули её с прицепа. Выскользнув в проход, судёнышко завалилось на один борт.
Упираясь и толкая, мы продвигались к воде мелкими рывками, нещадно царапая гладкий синий борт о шершавый бетон. Оглянувшись назад, я заметил, что стена оторвалась уже почти наполовину. И примерно такое же количество кровоточащей массы перевалило внутрь ангара.
— Так не успеем! Я щас! — Подхватив брошенную косу, я в три прыжка подскочил к протянутым ко мне ногам и рукам и срезал с одной из жирных ляжек толстый шмат человеческого сала. Схватив его и поскакав обратно к яхте, я мысленно поблагодарил провидение за то, что я сейчас в перчатках.
— Давайте на другую сторону и толкайте на меня, как скажу! — Перекрикивая ор десятков глоток, я принялся размазывать кусок окровавленного жира по борту яхты. "Маленькая Надежда" словно тоже начала кровоточить.