А стоит ли идти?
Шрифт:
— Знаю, что упустил сына, и он вырос злобным эгоистом, да и сестра ещё подливала масла в огонь, настраивая его и племянника против вас, но зачем же рвать по живому, можно же было как-то справиться с ситуацией вместе.
— Она считала, что разрыв единственно правильное решение, насильно мил не будешь.
— А мне каково?
— Обида гложет, женщина бросила, — мне надоел это разговор. — Однако вы живы и благополучно, а мамы нет, и она так и не простила себе десять лет счастья, — мне нужно работать, а вы продолжайте дальше обижаться и жалеть себя, — захожу в кабинет и закрываю дверь, — обиделся мужчина, а то, что его сын
Три дня спустя. Эмилия.
Выбегаю из прачечной, поскальзываюсь и, вытянув руки, начинаю падать вперед, до замершей земли не долетаю, меня подхватывают за бока и останавливают падение.
— Спасибо, — говорю я незнакомцу, который осторожно поднимает меня и ставит на ноги, поднимаю голову, вижу Романа и видимо на моем лице, что-то отражается.
— Я по делу пришел, — говорит он.
— Прачечная откроется через полчаса, — и я уже делаю шаг к остановке, но он поднимает руку и останавливает меня.
— Когда три дня назад дядя поднял меня с кровати и заявил, что драка в ночном клубе в новогоднюю ночь была запланирована и оплачена, и это он услышал от тебя, мне очень захотелось срочно с тобой встретиться и высказать все, что я думаю о твоих инсинуациях.
— Почему задержался на три дня, злость копил?
— Нет, дядя подключил свою службу безопасности и выяснилось, что ты была права, трое парней из байкерского клуба действительно получили деньги за драку, ни я, ни Никита не знали об этом.
— Роман, и стоило ли вставать такую рань, чтобы сообщить мне то, в чем я была уверена? Не понимаю.
— Эмилия, ты совсем не понимаешь, что происходит в городе, стране и так далее. Ты что не видишь, как легко бизнес меняет хозяев, ты вообще криминальные новости смотришь?
— Нет, не смотрю, говорят, они вызывают депрессию и бессонницу.
Меня хватают за руку и куда-то тащат, я спотыкаюсь несколько раз, но Роман удерживает меня, так мы доходим до лавочки, которая стоит чуть вдалеке от здания и надавив на плечи усаживают на неё.
— Холодно! — Соскакиваю с лавочки, — ты говори, я стоя послушаю.
— Твоего бывшего босса убили у любовницы и её, кстати, тоже. Знающие люди говорят, что через его клуб проходили большие партии наркотиков, и поэтому он столько продержался в этом бизнесе. Его покровители сдали его не потому, что кто-то заказал драку, а потому, что его клуб и сам босс привлекли внимание более влиятельных людей и органов, потому его и слили.
— Объясни, я каким боком здесь?
— Ты можешь назвать моего дядю параноиком, но он просил предупредить тебя, чтобы ты не рассказывала о своей работе в этом клубе, пусть пыль уляжется, органы закроют дело об убийстве, и все забудут и о нем, и о клубе, и о работниках.
Киваю головой, я наивная барышня, работая в клубе, ничего не замечала, а вот Кирилл, мог подозревать, иногда он говорил загадочные вещи, не специально, оговаривался. А ещё Андрей, менеджер, мог что-то знать, нет босс не дурак, чтобы посвящать в свои темные делишки посторонних, просто парни умные и внимательные. Но как же хорошо, что клуб закрыли и предупреждение отчима не лишнее, и совсем он не параноик, сейчас время такое, могут за буханку хлеба убить,
— Давно его убили?
— Через две недели после закрытия клуба, ты совсем не в курсе, по телевизору несколько дней про убийство говорили? — Удивляется Роман.
— Телевизор сломан, да и некогда мне его смотреть, работаю, учусь, в перерывах сплю, кушать иногда хочется. Тимофею Петровичу за предупреждение спасибо, я буду молчать, да и с кем мне разговаривать ночью.
— Тебя подвезти? — спрашивает Роман.
— Нет, я дворами пройду.
— Ты боишься, что я узнаю, где ты живешь? Не глупи, Эмилия, у дяди в службе безопасности профессионалы работают, стоит ему дать указание и твой адрес будет у него через пару часов.
— Он не даст указания, в этом нет смысла, мамы нет, я для него чужой человек.
— Ты не права, он чувствует вину перед тобой.
— Скажи, пусть забудет об этом, его вина в том, что он воспитал своего сына злобным гавнюком, сестру вовремя не остановил в её злобе, но передо мной он ни в чем не виноват, и я никогда так не считала.
— И я гавнюк?
— И ты. Вы вдвоем мне жизнь поганили, только не пойму, за что? Я же к вам не лезла от слова "совсем", ну не нравилась я вам по какой-то причине, так не замечали бы меня, как бы мне было хорошо от вашего игнорирования, но вы гадили, подличали и постоянно напоминали мне, что я нищебродка, которая живет подаянием от отчима.
— Это подростковые заскоки.
— Уволь меня от своих глупых объяснений! Я тоже была подростком, однако свои заскоки держала при себе, а могла пожаловаться маме и мы уехали бы раньше, и отчим такой бы вам пистон вставил, что быстро заскоки прошли и, мама, может быть, дольше бы прожила, — разворачиваюсь и бегу к остановке, замерзла я, на автобусе поеду.
Глава 4
Два месяца спустя. Эмилия.
Когда охранник сказал, что в одном кабинете ещё есть работник, я подумала, что отчим решил опять со мной поговорить. Может, попросить начальство перевести меня на другой этаж, какая разница какие кабинеты мыть, на этажах их одинаковое количество и площадь у них одинаковая для меня разницы нет, но если отчиму захочется со мной встретиться, то он и на другой этаж придет, так что ничего менять не буду. Раз уж спустя четыре года судьба свела меня с бывшими "родственниками" то зачем убегать, выясним отношения раз и навсегда и разойдемся.
Не хочешь кофе выпить? — В коридор выходит Роман, а я думала, что отчим хотел меня увидеть. Может, Роман просто задержался на работе, а я навыдумывала себе всякого? Зачем я им нужна, кто я для них? Слова Романа, что отчим чувствует вину передо мной только слова. С чего бы ему быть виноватым? Он ко мне не лез, воспитывать не пытался, обеспечивал мои нужды и считал, что этого достаточно. Так и я так считала и большего от него не ожидала, а что его сынок мне жизнь портил, так отчима это касалось мало, а может, мне следовало пару раз Никиту по дурной башке огреть, чтобы мозги на место встали. Но, как говорится, прошлого не вернешь и заново не переживешь.