А.Д.А.М.
Шрифт:
— Ты подозрительно улыбаешься. — Нанико выглянула в коридор. — Случилось что-то хорошее?
— Рён проспал. — сел на тумбу и блаженно заулыбался, как последний дурак.
— Я видела, чем вы занимались ночью. — проворковала Нанико. — Увлеклись?
— Мама учила меня уважать женщин, поэтому я промолчу.
— Уже видел, что происходит в группе «Лиса»?
— Нет, туда еще не заходил.
— А зря.
Ему кажется, или ее глаза действительно блестят так же, как у Лизы? Достала свой смартфон, пару раз нажала на экран,
— Там есть, на что посмотреть, серьезно. — Нанико вернулась в комнату.
— Я еще не поблагодарил тебя за эту чудесную идею! — крикнул он.
— Твой сарказм можно на хлеб намазывать! — ответила она.
Хочет он или нет, а ознакомиться с ситуацией нужно. Сам согласился участвовать, а теперь хочется голову в песок засунуть — настолько стыдно и неловко. Видели бы его одноклассники из семинарии! Даже по их меркам он был хорошим мальчиком и где он теперь?
Нужно отдать Нанико должное — после обработки фото получилось невероятно милым. Если представить, что макушка Рёна принадлежит вовсе не ему, а какой-нибудь девушке, получится даже романтично, жаль, что за это платить посетители «Синего лиса» не станут.
«Я ЗНАЛА!!!!».
«Щас кровь из носа пойдет».
«Кто это?».
«Погодите, а кто рядом с новеньким?».
«Синяя голова по-любому Зисса, кто второй?».
«Ответ на комментарий «Синяя голова по-любому Зисса, кто второй?»: скролить ленту не пробовал?».
«Ответ на комментарий «скролить ленту не пробовал?»: пошел ты».
«Когда будет такое же фото, только с девушками?».
«А потом они по*****сь».
«Ничего лучше я уже не увижу».
«Хватит Интернета на сегодня».
«Когда у них смена, кто в курсе??».
«Ответ на комментарий «Когда у них смена, кто в курсе??»: так мы тебе и сказали».
«Они реально вместе?».
«Разве у Адама нет девушки?».
«Теперь я буду жить в этом клубе, вы этого добивались?».
«Сегодня болтала с ними, такие милые! Девчонки, Адам влюблен».
Нажал на фотографию последнего комментатора и усмехнулся — Тихоня. Надо же, значит, неразговорчивая она только при личном общении, а в Сети ведет активную социальную жизнь, еще и комментарии оставляет в сообществах.
— Почему все это так их волнует?
Нанико отвернулась от плиты и пожала плечами. Пахнет просто божественно.
— Что ты готовишь? — от запаха в животе заурчало.
— Удон с курицей. Будешь?
— Когда это я от еды отказывался? — сел за стол, смартфон положил рядом. — Там сотни комментариев и большая часть из них положительные. Как это происходит?
— Массовая культура. — Нанико принялась подбрасывать лапшу на сковороде. — Наверное, в Шестом тебе не разрешали смотреть японские мультики или читать комиксы такого содержания.
— Какого содержания?
— С романтикой между мужчинами.
— Ну, да, там все как-то больше по женщинам. — он даже хмыкнул, представив,
— С тобой иногда так сложно, будто ты из другого мира. — она отставила лапшу и снова повернулась. — UwUпоиск творит чудеса, попробуй на досуге.
— Я даже не знаю, что искать.
— Сёнэн-ай, для начала. А там, кто знает, куда вас занесет.
— Никуда нас не занесет.
Пока Нанико раскладывает лапшу по тарелкам залез в поисковик и принялся искать. Как она сказала? Сёнэн-что?
— «…полные отчаяния истории о запретной любви». — зачитал он. — Серьезно? «Конфликт духа и плоти». Нанико, это…
— Это продается. — она поставила перед ним тарелку. — Это все, что тебе нужно знать. Человечество пресытилось историями о том, как вампир-миллионер влюбляется в «не такую как все» тихоню.
— Если бы отец нашел у меня под кроватью такие комиксы, из дома я бы вылетел намного раньше.
— В Шестом все такие черствые консерваторы или тебе повезло?
— Я по жизни чертовски везучий.
Засунул в рот лапшу и, по ощущениям, чуть не умер.
— Остро! — заорал он, как только смог проглотить кулинарный шедевр Нанико. — Воды!
— От нее только хуже будет. — со знанием дела ответила она. — Потерпи, потом станет приятно.
— Убить меня решила? — кажется, сейчас он начнет дышать огнем. — Что я тебе сделал?
Из носа и глаз потекло. Он вытер лицо краем футболки и откинулся на спинку стула.
— Так что там с твоим отцом? — она полностью игнорирует его попытки пережить близкое знакомство с удоном. — У него есть претензии к жанру?
— У него есть претензии к сексу. — закашлялся, но, вроде бы, жжение пошло на убыль.
— У тебя вроде братья есть? Значит, хотя бы пару раз, но он им занимался. — Нанико эта тема явно веселит.
— Меньше всего на свете хочу обсуждать отца в этом ключе.
— Что будет, если эти фотографии до него дойдут?
Он уже думал об этом, но слишком мало, в тот момент, когда Рён произнес «таймер пять секунд». Как говорят в плохих фильмах, вся жизнь перед глазами пронеслась. Крест на крыше школы, умники семинаристы, белые рубашки, которые он до сих пор ненавидит, бежевые юбки учительниц, хор. Сейчас кажется, что мать готовила его к службе в рядах Невест Христа, но она точно про сёнэн-ай ничего не знает, да и о Христе лучшего мнения.
— Могу поспорить, в его голове появится мысль о том, что меня следовало застрелить, как собаку, еще в детстве.
— Он не может быть настолько жестоким. — Нанико сложила руки на груди, демонстрируя крайнюю степень недоверия. — Разве у таких людей детей не забирает служба опеки?
— Забирает, наверное, но у нас… — в дверь постучали. — Ждешь кого-то?
— Нет. — она отрицательно покачала головой.
— Я тоже не жду. Пусть катятся. — махнул рукой, решив, что социальной активности с него хватит.