Абдоминально
Шрифт:
Мы попросили у него обследование для мамы и по возможности направление на госпитализацию в «МООД», потому что потеряли отведённую неделю. За это время пришло свидетельство о временной регистрации в Московской области и уведомление о прикреплении мамы к одной из балашихинских поликлиник. Мы решили все бюрократические вопросы, кроме одного.
– Вы можете записать маму через ЕМИАС на госпитализацию в следующий понедельник, чтобы нам не пришлось идти в поликлинику за направлением? – спросила я у заведующего, предварительно позвонив на горячую линию Минздрава для консультации.
Врач при нас открыл программу на рабочем компе. Пока он
– Не получается записать её, все даты заняты, но я могу выдать вам направление на больничном бланке, – сказал заведующий после неудачной попытки нам помочь, лишь бы уже отвалили. Брать измором – наше всё.
– Вы потрясающий! – сказала я, когда мы выходили из кабинета, получив заветную бумажку. Все документы в сборе.
Мама обрадовалась, что ей недолго придётся побыть в этой больнице, но испугалась возможной операции на кишечник, после того как её стали досконально обследовать и поставили зонд в желудок для вывода жидкости. Задача её лечащего врача – исключить механическую непроходимость кишечника и выписать раковую больную домой. Наша задача – госпитализироваться в «МООД» для проведения биопсии и верификации диагноза.
29 июня, четверг
Рентгенограмма и гастроскопия показали, что у мамы есть проходимость в кишечнике. Предварительно её поили барием (процедура называется пробой Шварца), чтобы увидеть его путь на рентгене. Он прошёл до толстой кишки. УЗИ брюшной полости снова не показало область опухоли. Очень всё интересно. Человек документально здоров, но, по словам врача, стремительно умирает.
На фоне происходящего часто вижу ночные кошмары. Сегодня меня готовили к операции, а вчера выпали волосы на голове.
30 июня, пятница
Маму не стали долго в больнице держать, и днём я приехала за ней. Пока медсестра оформляла больничный, я изучала выписной эпикриз. Анализы крови, как всегда, в пределах нормы.
– Мам, когда тебе успели в попе поковыряться? – спросила я с улыбочкой, зная, что она не обидится. – Они пишут в заключении: «Тонус сфинктера сохранён, ампула прямой кишки пустая…»
– Тю, совсем уже! Ничего они не делали. Это мне в Новочеркасске перед операцией что-то прощупывали, но я в коматозе была, не особо помню.
– Так, показаний к экстренному оперативному вмешательству не было, а ты боялась! Дальше… На фоне проведённого лечения кишечная непроходимость разрешилась! За четыре дня, представляешь?
Мама эпикриз не читала, а я не стала её пугать новым диагнозом – острая спаечная тонкокишечная непроходимость. Хватит ей на сегодня впечатлений, тем более нам предстояла тяжёлая поездка домой. Я вызвала такси, и мы ждали машину минут пятнадцать из-за пасмурной погоды. Дорогу возле хирургического корпуса залило дождём. Мы стояли на улице с промокшими ногами. Мама сгибалась от спазм в животе, а я – под весом её дорожной сумки. Водитель еле нашёл нас на территории больницы, но пешком до шлагбаума мы бы не дошли. Позже в приложении я увидела, что у него фамилия Черных. Во всём ищу знаки. Доехали мы без пробок и кочек, но с шутками за триста и с верой, что белые стены надолго
После приезда мы зашли в аптеку и купили лекарства из списка рекомендаций врача. Я подписала все коробочки, чтобы мама знала, когда пить таблетки и зачем. В её аптечке теперь несколько регулярных препаратов – противорвотные, ферменты для поджелудочной, таблетки для работы желудка и кишечника. Помимо лекарств врач сказал выпивать минимум два литра воды в сутки и употреблять пищу, богатую клетчаткой.
Июль 2023 года. Постановка диагноза
1 июля, суббота
Мама купила весы, чтобы контролировать похудение. Сегодня в ней пятьдесят три килограмма. Говорит, что поправилась в больнице на килограмм, наверное, за счёт интенсивного вливания капельниц.
Утром ходила с ней за компанию в лабораторию, чтобы сдать кровь на онкомаркеры, а вечером уже пришли результаты: СА 19-9 – 123 ед/мл и РЭА – 1,9 нг/мл. Референсные значения СА 19-9 – меньше 34 ед/мл, РЭА – меньше 5 нг/мл. РЭА (раковый эмбриональный антиген) у мамы в норме. Он используется для диагностики и мониторинга лечения злокачественной опухоли. Показатель СА 19-9 повышен, но может означать, например, панкреатит.
Мы с Мариной весь вечер изучали этот вопрос и пришли к выводу, что у мамы или не показательные маркеры, или у неё не рак, а воспаление. Вообще, СА 19-9 в идеале должен подсвечивать наличие или отсутствие злокачественных новообразований поджелудочной железы, к тому же его важно отслеживать в динамике. Ещё вычитала, что хирурги берутся за резекцию новообразования только при значении показателя СА 19-9 меньше двухсот. У мамы маркер как раз соответствует, но её опухоль вросла в сосуды, если верить описанию ростовского КТ. Мы с Мариной сошлись на мнении – есть что поисследовать. Мама насторожилась и ждёт предстоящей биопсии.
2 июля, воскресенье
Весь пакет документов собран. Завтра выдвигаемся тем же составом в диспансер штурмовать онколога с намерением не уходить без его согласия на госпитализацию, иначе до следующего понедельника можно не дотянуть. Мама приехала неделю назад, а уже столько событий произошло. Всё никак не выброшу из головы слова реутовского заведующего…
3 июля, понедельник
С половины одиннадцатого до одиннадцати утра мама и Маргарита Анатольевна провели на приёме у онколога в «МООДе». Пока они сидели в очереди, я бегала по району в поисках типографии, где можно распечатать мамино свидетельство о временной регистрации. В приёмном окне потребовали бумажный экземпляр. В итоге я ничего не нашла, наткнулась на клинику, где мне из жалости напечатали несчастный листочек.
Я снова попросила своих женщин записать разговор на диктофон, чтобы потом послушать и сделать выводы. В течение отведённого времени врач решал больше чужие вопросы, нежели наши, параллельно обсуждая других пациентов с медсестрой. Маргарита Анатольевна потом сказала мне, что у него геймерская мышка и коврик с изображением танка. Куда интереснее стрелять по врагам, чем целиться иглой в онкоклетки.
– Фамилия? – обратился молодой врач спустя пару минут.
– Черных, – ответила мама, и он продолжил общение с медсестрой.