Абсолют

Голд Джон

Спустя 1 час и 27 минут от начала атаки Зараженных эвакуация Иштара всё ещё не закончилась. К моменту, когда первый Зараженный достиг силового щита города, 97 % населения удалось переправить в реал и Сталинград [7]. Но те самые оставшиеся 3 % — это 75 тысяч Пробужденных.

После начала штурма самого Иштара энергопитание, идущее от местного Источника маны, перешло в автоматический режим, уделяя львиную долю ресурсов силовому щиту. Пропускная способность телепортационной установки упала с 3000 до 500 человек в минуту.

Джинронгу и его людям требовалось еще 2,5 часа на полную эвакуацию доверенного ему города. Но даже с подпиткой от Сердца Дракона, Иштар под напором такой армии долго не простоит. Это не воздушная цель, как Сталинград [7], а наземная. И штурмовать Иштар будут все, кто сможет дотянуться до его щита.

Глава Дворца повернулся к притихшей девушке, следящей за оперативной обстановкой на фронте.

— Что показывают бортовые вычислители Твердыни? Сколько продержится щит Иштара?

— Два…двадцать семь минут, господин командующий, — голос девушки дрогнул. — Дело не в Источнике, а в слабом энергокаркасе, заложенном в фундамент Иштара. Даже патриарх не предполагал, что нас будут атаковать столь масштабными силами.

Экран в рубке Твердыни нехорошо моргнул, и в углу высветилась пиктограмма.

Телепортация заблокирована

Замечены подпространственные помехи.

“Всё, приплыли! — подумал глава Дворца, видя на карте, как захлопнулся котел окружения вокруг Иштара. — Теперь отсюда никак не выбраться”.

Ощутив спиной чей-то пристальный взгляд, Джинронг резко обернулся. Перед ним стоял угольно черный силуэт человека, окруженного облаком какого-то пепла. Ни аурой, ни маной от него не веяло, будто и нет тут никого.

Высший человек, Джон Голд, 142-й уровень (Ранг: Ратник V-ступени)

Высший? Сообщение о смерти Джона пришло больше двух дней назад. Право патриарха, как сильнейшего бойца Дворца, автоматически перешло Галатее Голд. Теоретически, Джон вообще не мог сейчас находится в Твердыне, так как его коды доступа аннулированы. Да и черт с этими кодами! Как человек, чью смерть подтвердила Система, мог сейчас здесь находиться?

— Хреново выглядишь, патриарх!

— Здесь. Не весь я, — голос Джона отдавал потусторонним эхом. — Пока не полностью. Вернулся. В мир живых.

Чем больше черный силуэт говорил, тем отчетливее чувствовалась энергия смерти, витающая по рубке управления Твердыней. Она затмила собой страх! Безжалостно растоптала надежду на выживание! Замахнулась на боевой азарт, но всё же отступила. Скорее всего неосознанно, но это сделал именно Джон. Мана, эманации веры и страдания, энергия смерти — всё сущее ему подвластно.

Джинронг кожей почувствовал, что черное существо перед ним лишено той самой душевной теплоты, которую можно назвать человечностью.

— У нас тут война, — Джин ощутил накатывающий страх. Эмоция

появилась, пропала и снова появилась. Чем больше он смотрел на черный силуэт, тем нестабильнее становилось его собственное эмоциональное состояние. — Зараженные атакуют…

— Знаю, — от одного слова Джона, прозвучавшего словно скрежет, кореец поморщился. — Выжить сегодня. Для Дворца. Уже победа. Я отвлеку. Задержу Зараженных. А ты уведёшь людей. В Сталинград [7].

— Джон, ты вернулся насовсем? — Джинронг спрашивал о смерти. Этот черный человек не тот Джон, которого он помнил.

— Время. Покажет, — голос патриарха скрежетал. — Ты не поймешь, Джин. Не сейчас. Быть может. В будущем. Ты вспомнишь.

Разговор с погибшим патриархом для Джинронга оказался большим испытанием. Джон говорил. Мать его, просто говорил! А люди, оказавшиеся в рубке Твердыни, впадали в панику, рвали на себе волосы, кричали от страха и начинали биться головой о приборные панели. Немой, этот повидавший жизнь старый волк, вытаращив глаза смотрел в глазницы черного силуэта Джона. Кажется, он шептал молитву. Когда кореец обернулся, Немой уже потерял голос, поседел, и на лице его прорезались глубокие морщины. Давешняя девушка-оператор безжизненной куклой лежала в кресле оператора.

Смерть. Слова. Вернувшийся Джон Голд. Кореец открыл рот, как бы зевая, чтобы убрать звон возникший в ушах. Видимо, подсознание пытается защититься от воздействия той чертовщины, что тут творится.

Джинронг уже не знал, стоит ли радоваться возвращению Джона домой в ТАКОМ виде.

— Я пробью путь. Для портала. в Сталинград [7]. Объяви режим изоляции, — чёрный пепел, витавший вокруг Джона, входил в его тело, делая фигуру прямо на глазах более объемной. — Щит над Иштаром. И Сталинградом [7]. Закрыть. Для света. Звука. Астрала. Защити. Наших людей. От меня.

Не медля ни секунды, Джинронг открыл интерфейс главы фракции и провел перенастройку силовых щитов над Иштаром и Сталинградом [7]. Неофициальную столицу земель Дворца Голд со стороны неба теперь прикрыл угольно-черный щит, отрезающий город от астрала, света с неба и даже инфосети. Режим изоляции обычно использовался при информационной блокаде, не давая пересылать информацию за пределы летающих городов. Но Джон, видимо, решил использовать его сейчас для защиты мирного населения от него самого.

Когда обеспокоенный кореец закончил вносить настройки, Джон уже исчез из рубки Твердыни. Ошарашенные операторы нервно дышали, пытаясь прийти в себя от пережитого ужаса.

Немой со странной улыбкой ощупывал себя. У него пропала седина и морщины. Да и в целом он стал выглядеть лет на десять моложе, чем был час назад. Поймав взгляд главы Дворца, мужчина пояснил.

— Наш… патриарх. Эта черная штука… она коснулась меня перед тем, как уйти. Странно. Чувствую себя как-то непривычно хорошо.