Абсурд
Шрифт:
Уже на выходе из парка аттракционов, мой друг всё-таки спросил:
— Ну и для чего ты меня вытащил? — Я попытался было вскинуть удивлённые брови, но видимо мой театральный бенефис не увенчался успехом. — Вот только не надо этого! Я всё-таки далеко не дурачок. Развлеклись мы классно, не спорю, но ты бы мог меня с гораздо большим успехом потащить по другим развлекательным местам. Итак, я слушаю…
— Мне нужно проверить одну теорию. Я давно пытаюсь зайти на свой почтовый адрес, чтобы прочитать одно письмо, а все мои девайсы меня туда не пускают, блочат сервер. Такое ощущение, что его в чёрный список занесли.
— Интересно.
— Тындекс.
— Совсем весело… Ничего такого про них не слыхал, должно всё работать. Погоди минутку. Опа! У меня тоже не пашет система. Ах да, ты же уже проверял на моём телефоне. А давай случайного прохожего остановим и попросим войти с его телефона в инет, а в залог оставим ему свой?
— Хорошая мысль!
Реализовать идею удалось довольно шустро. И на платформу я даже успел зайти, но уже при загрузке почты, сайт намертво повис. Мы поблагодарили мецената, предоставившего нам связь и уже пришли к выводу, что тут не всё чисто, как у меня зазвонил телефон. Номер не определился.
— Братец, доступ к твоей почте блокирую я. Ведь ты сам не хотел открывать письмо деда до своего восемнадцатилетия, а оно завтра. И я помню твои слова об этом, поэтому, не понадеявшись на твоё терпение заблокировал от тебя платформу. Естественно завтра я всё разблокирую, но перед этим мы с тобой поговорим, хорошо? Ну вот и ладушки.
Короткие гудки просигнализировали об отключении братца от связи. А мне оставалось только гадать, он хочет за эти сутки вскрыть платформу и переделать письмо от деда или же действительно обо мне так печётся? Но какой смысл в этом одном дне, ведь он сам когда-то меня уговаривал прочитать письмо. Не понимаю.
— Кто звонил? — индифферентно поинтересовался Сирано.
— Брат…
— Понятно, пойдём наших проверим, вдруг уже вылезли из гробов, а нас нет?
Мы закупились самой различной едой из ближайших вариантов фастфуда и приволокли кучу пакетов на тринадцатый этаж.
— Кстати, хотел спросить, почему тринадцатый этаж? Ты не родственник Воланда или его корешей случайно? Не хотелось бы встречаться со своей Аннушкой…
— Так там вроде бы же Аннушка только масло пролила, а горло перерезала комсомолка за рулём трамвая.
— Твоя правда. Так почему всё-таки тринадцатый? — не дал себя сбить с мысли мой друг.
— Два этажа были свободны. Тринадцатый и семьдесят пятый.
— И почему именно тринадцатый?
— А почему ты решил, что только тринадцатый?
Мой собеседник закашлялся.
— Становится понятным, что оплатить нам по такой щедрой шкале оценки приезд сюда было не такими уж большими расходами, да?
— Это идея брата, я ему сказал, что могу доверять только вам троим.
Мы лопали пиццу, запивая её апельсиновым соком, когда открылись саркофаги наших ушедших друзей. Они сообщили, что передали все бразды правления кланом в руки НикМака и Куницыча, а также Азябазели. Последняя очень убивалась, что не пришёл сегодня Сирано. Вернее, она пообещала убить самого Сирано, когда тот всё-таки явится в игру, но это мелочи. Весь клан был в шоке, от того что все основатели в полном составе срулили вместе со мной. По сути, игроки пришли-то в клан ради нашей безбашенной четвёрки, которая творила чёрт знает что в игре, не прогибаясь ни перед кем. И тут мы внезапно уходим в тень, когда замок наш защищён, как абсолютно неприступная крепость, причём даже невидимки в стелсе не могут пробраться через
— По поводу Ази решишь сам. — сказал я Сирано на его умоляющий взгляд. — А в игру можешь за шишками хоть сейчас отправляться.
Впрочем, Сирано не стал спешить за тумаками и остался с нами. Мы устроили вечер воспоминаний. Параллельно узнавали друг друга более плотно. Кто чем жил, чем интересовался. Так Бармаклей внезапно оказался фрезеровщиком, который очень интересовался чтением и виртуальными мирами. Поэтому был когда-то реконструктором (от этих слов у меня что-то заныло в районе затылка, вспомнилась шарашка реконструкторов-охранников), а потом подсел прочно на Альтмир. И в какой-то момент отказался от основной работы, начав зарабатывать в виртуале. Грум был менеджером среднего звена в каком-то автосалоне, до того как ушёл в вирт. Ему даже пророчили через пару лет кресло ИО директора одного из филиалов, но Альтмир победил своей яркостью и как бы это странно не звучало «настоящестью».
— Альтмир — но действительно более настоящий был, цельный. В нём как-то почти сразу становилось понятно, кто есть кто. Кто человек-говно, а кто человек, на которого можно всегда положиться.
— Ну да, ну да, сразу! — не мог не вставить свои пять копеек Сирано, — Люмпена помнишь? Или забыл уже?
— Ну да, тут промашка вышла. Ну так ведь не у меня одного! Все мы лоханулись, чего уж там?
— Это всё, конечно, замечательно, но подскажите мне друзья, прошло двенадцать часов, как вы себя чувствуете?
— Отлично! — ответил за нас обоих Сирано. — Мы в аквапарке были, на сёрфах катались, на яхте, но это уже в океане. Ну и так, по мелочи.
— Это, конечно, мило, — с какой-то непонятной ехидцей проговорил Бармаклей, — Но какого чёрта? Какого чёрта, я вас спрашиваю, я не вижу, как ты Сирано обучаешься магии, а ты Лесовик его учишь? Или он уже всему научился?
— Упс… — Сирано посмотрел на меня, — Что-то мы и правда расслабились. Кстати, а ты сможешь сейчас запустить ту печать активации на наших друзей?
Я попробовал, но что-то не давало. Видимо суточный откат заклинания перешёл и в реал. Вот только как это работает — я даже не представляю.
— Не получается.
— Тогда давай учиться дальше!
Мы пошли в отведённый мне Хаосом полигон, и я показал Сирано всё, чему успел научиться в Альтмире.
— Да не густо, — прокомментировал Грумбараш, — Но тоже очень неплохо.
— Да уж, наборчик весьма странноват, — согласился с ним Бармаклей, — Но лучше такой, чем никакого!
— И ведь не поспоришь!
Мы все смотрели, как Сирано пыжится, пытаясь повторить всё показываемое мной. Как правило, получалось раза с пятого-шестого. То есть, он был довольно способным учеником. Вот только магия крови ему почему не давалась наотрез. А ведь именно её у меня очень много, а он не мог ею пользоваться совершенно. Как мы только не изгалялись — так ничего и не получилось. Угомонились мы только в три часа ночи. Спать! Завтра будет новый день.
День двадцать шестой