Ад

Эсаулова Марфа

Дяденьки думают, что мы стараемся для них.

Подпрыгиваем, танцуем с визгом.

Но не подозревают, что мы пляшем для собственного удовольствия.

Девочка без танца, всё равно, что конь без подков!

Попробуй, сейчас станцуй, Афродита!
– она засмеялась.

Я сразу не поняла, что попала в капкан.

Моё горло ставило волосяной петлей.

Я застонала от черной досады.

Потеряла бдительность, поверила словам сверстницы.

Теперь

расплачиваюсь настоящим позором.

Паулина ловко, профессионально обвила длинную косу вокруг моей тощей лебединой шеи.

Сдавила горло до смертельного ужаса.

Мои лёгкие трепетали крыльями бабочки.

Не хватало целебного воздуха.

– Я никому не прощаю оскорбления!
– Паулина затягивала кошмарную косу вокруг моей лебединой шеи.
– Слышишь меня, наглая Конфитюр?

Никого не оставлю без своей мести!
– давление мертвой петли усилилось.

Перед глазами поплыли зеленые облака.

Я медленно уходила в Мир иной!

– Извини, Паулина, я не знала, что ты - мальчик!
– я хитростью пыталась выгадать время и жизнь.

– Я - мальчик? Ты с ума сошла от побоев, Афродита!

Не отличишь девочку красавицу от парня!
– Паулина от удивления на мгновение ослабила зажим.

Свежий воздух ртутью хлынул в мои тряпичные лёгкие.

– Мальчики выясняют отношения с помощью силы!
– я продолжала наглеть на краю гибели.
– Девочки не дерутся.

Мы завоевываем Мир своей красотой и обаятельностью, а не кулаками.

Ты поступаешь, как мальчик!
– подписала приговор себе.

Паулина обозлилась и натянула косу еще сильнее.

Дыхание моё оборвалось на выдохе.

– Забросаем новенькую тухлыми яйцами!
– сквозь туман я услышала голос со стороны кроватей.

Новенькая? Кто у нас новенькая?

Вспомнила - я новенькая!

Мысли останавливались, как машина без бензина.

– Яйца испачкают новую форму!

Я заберу одежду Афродиты для себя!
– Паулина чуть ослабила нажим косы на шею.
– Швыряйте в неё картошкой!

Кто кинет гнилую, тот пожалеет!
– Моя мучительница командовала пыткой.

Сквозь туман боли и нехватки кислорода я увидела мешок с картошкой.

Девочки с воодушевлением выхватывали картофелины.

Полетел первый сырой овощ.

– Джоанна! Чтоб тебя черти в преисподней терзали за криворукость!
– Паулина вздрогнула.
– Мне в лоб попала!

Немедленно прекратите швырять без смысла!

Персефона! Покажи высший класс!
– Паулина выбрала второго палача для пыток.

Что мне покажет девочка с древнем именем Персефона?

Картошку покажет в

полёте?

Из толпы подпрыгивающих воспитанниц выбежала рыжеволосая Дюймовочка.

Она с готовностью сняла форменный ремень.

Вложила в него крупную картофелину.

Раскрутила ремень над блестящей головой!

Выпустила один конец грозного оружия.

В Библейские времена Давид камнем из пращи свалил великана Голиафа.

Картофелина полетела в меня со скоростью снаряда.

Голова моя зажата в тисках.

Удар! Искры полетели из глаз веером.

На секунду сознание отключилось.

Второе попадание меня возвратило к жизни.

Другая картофелина ударила в подбородок.

Зубы клацнули, как клавиши рояля.

Ещё несколько картофелин, и я превращусь в овощ.

– Персефона, добей её!
– Паулина злобно закричала.

Затягивала петлю насмерть.

Вдруг, вскрикнула, но уже другим тоном.

Петля змеей слетела с моей шеи.

Убийственная коса исчезла за спиной.

Меня долго не нужно упрашивать.

Я вскочила, подхватила стул и развернулась.

Паулина лежала на боку и стонала.

Над ней стояла возбужденные Флорика и Ингрид в новой форме.

Значит - сплясали перед кладовщиком Кастильо за свежую одежду.

Кто-то из моих подруг ударил Паулину и спас меня от удушья.

На миг в зале затихли все звуки.

Даже мыши перестали петь под кроватями.

Скрипнул метательный ремень с картофелиной

– Берегись!
– я с опозданием предупредила подруг.

Картофелина сбила с ног Ингрид.

– Зубы мне выбили до приезда в интернат!

Теперь выбивать нечего!
– Ингрид упала на попу.

Засмеялась дико, с шакальим подвыванием!

Я замахнулась стулом на Персефону.

Понеслась в гущу военных событий!

Через несколько секунд всё смешались в отчаянной драке.

Я удачно стулом разила нападающих.

Флорика размахивала длиннющими ногами.

Пятками била по челюстям и затылкам.

Ингрид подхватила с тумбочки толстую книгу.

Отбивалась книгой, как дубиной.

Нас прижали к свежеокрашенной стенке.

Лишили маневра и подвижности - так охотники загоняют волка в джакузи с молоком козы.

Ингрид не повезло первой.

Она без сознания упала на чистый пол.

Я понимала, что вдвоём с Флорикой не продержимся долго против разъяренных девочек.

Паулина наступала в первом ряду.

Она взмахнула косой, словно бросала петлю на корову.

Через секунду я снова окажусь в плену волос Паулины.