Адажио моей души

С добрым утром, З'aкинф! – Калимэра [1] !

Синяя до боли глаз вода.

Пил вчера вино совсем без меры –

Глупая уставшая душа.

Добрый вечер, З'aкинф! – Калиспэра [2] !

На твоём плече моя рука.

Те слова, вернувшие мне веру,

Ты по-гречески смешно произнесла.

Доброй ночи, З'aкинф! – Калинихта [3] !

Обнажённая ты мне желала сна,

К нам в окно заглядывала пихта

И ложилась рядышком луна…

Всё это было не однажды,

А миллионы тысяч раз!

Ссыхалось горло, как от жажды,

Когда с другими видел Вас.

Я целовал в воображеньи

Всё, что хотелось целовать,

И в диком умопомраченьи

Я грезил Вами обладать!

Бывали Вы случайно рядом

По счастию судьбы моей,

Мне чудилось, что Вы обманом

Забрали красоту морей!

Руками Вы изящней крыльев

Летящих белых лебедей…

Изнемогаю от бессилья:

Звезда Вы не моих ночей!

Я не ласкаю Ваши плечи

И не веду Вас под венец!

Я Вами болен бесконечно

И умираю наконец!

Я Вас желал, я Вас любил!

Я в небе звёзды находил,

Как одуванчики, срывал

И волоски легко сдувал.

Мне было с Вами хорошо,

Мы пили красное вино,

«Moonlight and vodka», «Touch my soul»

И тихий шёпот: «mon amour».

Вы клали на моё плечо

Свою ладонь и горячо

Губами жгли мою щеку

Двумя словами «я люблю».

И лучших не было минут

Ни до, ни после. Влажный рот

Был приоткрыт и источал

Вкус поцелуя. – Целовал…

Протяжно, нежно… – Длилась ночь.

Безбрежно пенилась любовь,

И две прекрасные души

В рай медленно и верно шли…

Голубоватый гиацинт

На подоконнике меж створок.

Изящный силуэт пленит —

Тебе идут твои «за сорок».

Разбушевался, как шальной,

Пожар, придуманный не нами,

И неприкрытой наготой

Сильнее разжигаем пламя.

Из белых лилий по ковру

Плывём, покачиваясь, в лодке,

Дыханьем частым тишину

Сбиваем с медленной походки.

Глаз изумрудных глубина

Заворожённым вихрем кружит,

Любви пьянящая вода

Дурманит так – никто не сдюжит!

И мы кричим в конце пути: