Адениум
Шрифт:
* * *
Полночь. До смены караула на стенах базы еще целый час. Идеальное время для действий – сменяемые постовые успели измотаться, а заступающие погружены в крепкий сон. Свет прожектора лениво пробежал по одиноко стоящему КамАЗу и, отражаясь от зеркал заднего вида, скользнул по основанию вышки. Из закрытого тентом кузова показался косматый рыжеватый нос огромного размера.
– Первая группа, готовность десять секунд, – послышался в темноте шепот Германа.
Мусумэ, который тогда еще носил имя Охотник, держа Бобика за шерсть на шее, вышел из-за борта и взглянул на
– Двинули, – произнес спрыгнувший вслед за Олафом командир группы.
Рыжий волк и его компаньон двинулись первыми, ловко и тихо преодолевая метр за метром, вслед за ними шли четыре человека. На расстоянии пятнадцати метров от них через невысокие заборчики и бревна тренировочной полосы двигались еще несколько человек, с Охотником и Бобиком во главе. Замыкали цепочку Герман и его Чарли. После того, как группа ловко обошла в сумерках очередной патруль, Комар, напарник Олафа, припал к земле и шепотом, настолько тихим, что его могли услышать только товарищи, дал команду на то же действие остальным.
– Семьдесят – семьдесят пять метров, УАЗ, трое, проверка замков, – произнес он.
– Ждем. Жертв среди военных не допускаем, не для этого мы продумывали побег так долго, – приказал Герман.
Спустя пару минут автомобиль с треском завелся и тронулся в сторону базы. Ведущий группы медленно поднял голову и, убедившись, что путь свободен, продолжил движение. Еще пара минут и вся группа, пропустив вперед всадников (так они именовали напарников волков), стояла в десяти шагах от угла трехметровой укрепленной стены – самого слабого места в обороне базы. Тут реже всего ходили патрули, это был дальний край периметра, и здесь начинались болота, которые давали некоторые тактические преимущества при отходе. По крайней мере, способной группе Германа.
– Приступим, – произнес командир и положил руку на шею Чарли. Его примеру последовали двое других всадников, после чего все трое вытянули свободные руки в направлении угла.
Остальная группа, впитывая исходящую энергию, приготовилась к обороне, достав оружие. Стена, под действием невидимой, но смертоносной силы мелко завибрировала, выплевывая в стороны бетонную крошку из мест стыков плит.
– Я слышу патруль. Пятеро, двигаются пешком, быстро приближаются, – произнес Вождь -один из стоящих в обороне людей. – Двести пятьдесят метров.
– Нажали, – приказал Герман.
Из направленных в стену рук заструились уже видимые полосы энергии, напоминающие подсвеченный сизый дым. Раздался громкий щелчок – начала рваться арматура, скрепляющая массивные угловые плиты.
– Сто пятьдесят метров! – Вождь, прекрасно понимая, что ихраскрыли, перестал скрывать свой голос шепотом.
Разорванная от натяжения егоза стрельнула в стороны, зацепившись одним из обрывков за воротник Охотника. Очередная арматура толщиной в два человеческих пальца растянулась и порвалась. На плиты давил уже явно видимый шар чистой энергии. Он выкорчевывал плиты, зарытые на два метра, и стал увеличиваться в размерах, пытаясь переломить железобетонные монолиты в полметра толщиной. Треск бетона был слышен уже по всей базе.
– Контакт, – крикнул тот же человек, что
– Огонь по ногам!– крикнул Герман. – Охотник, Комар, держите напор, я прикрою ребят.
Шар, потеряв подпитку одного из наездников, на секунду уменьшился в размере и ослабил давление на стену. Руки Охотника и Комара стали покрываться вихрем неистовых потоков энергии, разрывающих одежду в клочья. Это причиняло адскую боль, натягивая кожу, но всадники не издали ни звука, лишь усиливая напор. Тем временем в нескольких метрах от них развязался интенсивный бой.
Герман для удобства управления защитным полем, созданным все той же энергией и разделенным на две полусферы, оседлал Чарли и встал за левым щитом, оставив наездников под прикрытием правого. Бойцы, перекатываясь от одной полусферы к другой, по очереди отправляли на землю пришедших на подкрепление солдат, не нанося им фатальных повреждений. Получивший шальную пулю в плечо, Вождь покрывал противника потоками проклятий и силился устроить локальный апокалипсис в пределах отданного предводителем приказа. Он стрелял сгустками синей субстанции из штатного пистолета, заставляя здания и блоки, служившие прикрытием солдатам, засыпать их потоками пыли и осколками бетона.
– «Акула» на семь часов!
– Занять круговую оборону, прикрывать всадников! – крикнул Герман, собираясь перевести второй щит за спины борющихся со стеной товарищей. Но, пытаясь поймать очередную пулю перед грудью Вождя, он не успел среагировать на пущенную вертолетом ракету.
Следующая секунда, казалось, замерла в диком потоке звуков: стонах оглушенного взрывом Германа, отброшенного на землю взрывной волной; выстрелах солдат; крике Комара, пытающегося привести в чувство Охотника, в шее которого застрял тот пресловутый обрывок егозы, порвав часть щеки; шорохе травы, гнущейся под напором падающих комьев земли. Трое из группы, в тот момент находившиеся за правым щитом, погибли, буквально разорванные на части прямым попаданием ракеты.
Герман, преодолевая навалившуюся наковальней усталость, встал на ноги и взревел, увидев изуродованное тело Чарли, из которого, окутывая по кругу потоки крови, в землю просачивались ленты синего марева. Глаза человеканалились кровью, он выхватил пистолет и, не целясь, прострелил голову одному из солдат, продолжая жадно искать глазами вертолет, пустивший ракету.
– Олаф, успокой его! – крикнул Комар, водружая хрипящего Охотника на спину Бобика.
Олаф тут же кинулся к Герману и аккуратно схватил его зубами за ногу. Герман обернулся и кинул выжигающий взгляд на рыжего волка. Но тот в ответ настойчиво взглянул в глаза человека.
– Ты прав, проход открыт, – он опустил руку на шею Олафа и крикнул в сторону выживших: – Уходим!
Закинув еще одного раненого товарища на спину рыжего волка, командир вырвал из пасти мертвого Чарли два клыка и, что-то шепнув ему на ухо, попятился к углу периметра, развороченному ракетой. Когда последний человек из группы исчез в дыре бывшего забора, Герман направил мощный кинетический удар в место, где лежали тела его почивших товарищей, тем самым аннигилируя их и тратя последние остатки энергии, полученной им от Чарли. Конечно, он мог восполнить запасы от Бобика или Олафа, но энергии всадника и именно его волка всегда взаимодействовали лучше.