Адепт
Шрифт:
Высокий мужчина принял сверток с той же почтительностью, что и инспектор, когда поднимал Знамя из осколков разбитой витрины, — казалось, это было сто лет назад. Потом, крепко пожав Маклеоду руку, глава клана повернулся, подождал, пока ему распахнут дверцу машины, сел за руль и бережно положил сокровище на пустое кресло рядом с собой.
Маклеод захлопнул за ним дверцу и отступил на шаг, глядя на то, как тот заводит двигатель, выводит длинную машину со стоянки, мимо полицейских барьеров, и, махнув рукой на прощание, сворачивает на шоссе, ведущее к югу, обратно в Данвеган. Минуту
— Уж не вещественное ли доказательство вы ему отдали сейчас на наших глазах? — с улыбкой спросил Адам, когда инспектор налил себе кофе из термоса.
Маклеод фыркнул и, поморщившись, сделал большой глоток.
— Тьфу! Как вы только можете пить такую гадость? Какое вещественное доказательство? Это было возвращение похищенной собственности, которой грозили дальнейшие повреждения в случае, если ее не вернуть законному владельцу. Я за нее расписался. И потом, не можем же мы допустить, чтобы весь личный состав полиции Западного Нагорья испарился как облачко дыма — кроме Маклеодов, конечно.
— А они бы испарились? — спросил Перегрин. — Я хочу сказать, тот тип и в самом деле превратился в облачко дыма, дотронувшись до Знамени?
Маклеод томным жестом положил руку на спинку сиденья и смерил Перегрина долгим взглядом через плечо.
— И вы спрашиваете меня? Кто, как не вы, видел это своими глазами, друг мой? Я-то в это время тихо дремал под кучкой камней. Ну, разумеется, по официальной версии, парень неосторожно обращался с гранатой.
Он поднес было стаканчик к губам, потом передумал и, приоткрыв дверцу, выплеснул содержимое на асфальт.
— Да, кстати, мистер Ловэт, — добавил он, закрыв дверцу и снова повернувшись к Перегрину, — сегодняшней ночью вы неплохо себя показали. Только не забудьте в следующий раз слушаться приказов.
— В следующий раз?
Глаза Перегрина под линзами очков поражение округлились. Адам негромко усмехнулся.
— Ноэль над вами подшучивает, Перегрин, — весело объяснил он. — Он хочет сказать, что вы успешно сдали вступительный экзамен.
— Прошу прощения?
— Возможно, вы помните, как я несколько дней назад говорил вам, что помимо деятельности психиатра исполняю и некоторые другие функции. Мы с Ноэлем входим в состав небольшой группы — как бы это назвать точнее, специалистов? — целью которой является расследовать дела вроде этого: уголовные, но включающие в себя элементы того, что непосвященные назвали бы сверхъестественным. Полагаю, нас можно назвать чем-то вроде… гм… оккультной полиции.
Перегрин вдруг притих, не в силах отвести взгляда от Адама.
— Вы… Вы ведь не шутите, правда? — прошептал он.
— Мне кажется, ответ на этот вопрос вы знаете и сами, — продолжая улыбаться, сказал Адам. — В общем, наша работа заключается в том, чтобы не позволять преступлениям вроде того, что вы видели прошлой ночью, идти своим путем. А поскольку некоторое количество информации о таких делах опасно — чтобы не сказать, страшно, — в наши обязанности также входит следить, чтобы обстоятельства подобных дел были надлежащим образом закамуфлированы — исключительно
— Взять хотя бы именно это дело, — вмешался в разговор Маклеод. — С точки зрения обычного человека, события прошлой ночи представляют собой просто цепочку событий — возможно, странных событий, но все же объяснимых с точки зрения материалистической логики. Даже при том, что мы не можем злоупотреблять человеческой доверчивостью до бесконечности, люди предпочитают верить в то, что они ожидают увидеть, так что нам остается только поддерживать устраивающие их версии.
Он оглянулся на Адама, и тот согласно кивнул.
— Короче, можете рассматривать это как своего рода приглашение, — сказал Адам. — Ваш необычный дар видеть выдает в вас одного из нас. Мы будем рады видеть вас в своих рядах. Если, конечно, вы сами этого захотите.
Перегрин ощутил, как кровь гулко стучит в висках. Долгую минуту он смотрел на Адама, пытаясь измерить всю глубину того, что предлагает ему старший товарищ. Однако на ум ему приходили только новые вопросы — и ни одного ответа.
— Я… мне кажется, я понимаю, о чем вы говорите, — осторожно начал он, — но я… Да! — выпалил Перегрин, отбросив осторожность. — Я хочу этого. Я хочу стать частью этого! Ну, пока я плохо представляю себе, что делать, но…
— К счастью, вопрос не столько в том, чтобы делать, — мягко перебил его Адам, — сколько в том, чтобы стать чем-то большим, чем вы являетесь сейчас. Вы обладаете огромным потенциалом, и я надеюсь, что за последнюю неделю или две вы сами это поняли. Для меня было бы большой радостью и честью помочь вам проявить этот потенциал и научиться целенаправленно пользоваться им. Но решение должны принять…
— Подождите минутку, Адам, — проговорил Маклеод, предостерегающе подняв руку. — Вон там в нашу сторону направляется констебль, и вид у него очень целеустремленный.
Когда тот приблизился, Маклеод опустил стекло со своей стороны.
— Не меня ли вы ищете? — спросил он.
— Так точно, сэр. Начальство просит вас подойти вон к тому фургону.
— Я постараюсь не задерживаться, — пообещал Маклеод, выбираясь из машины.
Оставшись вдвоем с Перегрином, Адам с минуту молчал, подбирая слова.
— Да, я хотел сказать, что решение должно быть за вами, — повторил он. — Предложение, которое мы вам сделали, готовилось не вдруг, и мне не хотелось бы, чтобы вы связывали себя какими-то обещаниями, не обдумав его как следует. Вы говорили, вы не знаете, что делать, а я ответил, что ваша задача не делать, а быть. Тем не менее есть еще многое, что вы можете сделать, чтобы ускорить процесс, если вы настроены серьезно.
— Что же?
— Исключительно то, что в ваших силах, уверяю вас, — ответил Адам, улыбаясь при виде нетерпения, появившегося на лице Перегрина. — Я полагаю, нас отпустят через час или чуть позже. Мы сможем вылететь из Инвернесса — или в крайнем случае поедем на поезде. Если повезет, мы будем в Стратмурне к ужину. А утром, когда вы выспитесь, я предлагаю вам написать автопортрет. Мне кажется, это даст вам все наставления, в которых вы нуждаетесь.
— Автопортрет… — пробормотал Перегрин.