Адепт
Шрифт:
Кроме того, я получу возможность эффективно действовать в паре не только с кем-то вроде Романа или Екатерины, но и вообще с магами, у которых есть режущие заклинания в арсенале. Да и не только с магами... Подойдёт любой разумный с холодным оружием в руках.
Вскоре упырь стоял перед нами, тупо пялясь в пустоту, а юноша подошёл ближе.
— Начинаем?
— Эм... Да, отрубите ему, пожалуйста, правую руку.
— Как скажешь.
Андрей сделал небрежный взмах ладонью. Рука упыря неуклюже шлёпнулась на землю.
Но на этом всё не закончилось.
Почему
Потому что иначе, место конечности займёт мана Смерти, циркулирующая в мертвеце.
Из раны начал выходить тёмный дымок. Секунда, вторая — сформировывается чёрная псевдоплоть, появляются очертания когтистой руки. Теперь упырь стал даже опаснее себя прежнего, ведь прикосновение энергии Мериан к живому организму действует на последний не хуже серной кислоты. У мертвеца появилось довольно сильное оружие.
Ладно... Мой выход.
— Prohibium.
Жила преодолевает десять метров почти мгновенно, туго стягивая обрубок. Коротким импульсом я посылаю по ней эфир...
Псевдоплоть иссыхает на глазах, а поток маны, вырывающийся из тела ожившего трупа, иссякает.
Прекрасно!
— Надо посмотреть поближе.
— Аккуратнее только... Хотя, не мне это говорить адепту.
Я не спеша подошёл к цели и начал внимательно осматривать место разреза. Да... Мой метод однозначно отличается от техники Екатерины. Удары её меча оставляют серебристую плёнку поверх раны, у меня же эфир проникает немного глубже, образуя паутину, или сетку, целиком пронизывающую плоть.
Не знаю, лучше она работает или хуже... Но главное что вообще работает.
Я вернулся обратно.
— Prohibium!
На этот раз целью являлась левая рука. Жила, импульс эфира, — кивок Андрею — воздушный серп.
Никакой энергии из раны не вырвалось. Заклинание работало как и должно было, кристалл же при этом осыпался совсем чуть-чуть.
Кроме того, через несколько мгновений упырь рухнул. Его парализовало... И для этого потребовалось всего два импульса. Обычно паралич действовал недолго, в течение получаса, но даже такого времени в бою мне хватит за глаза.
— Давайте перейдём к привидению.
***
После того как закончилась четвёртая пара, последняя на сегодня, я направился в башню, в которой находился дисциплинарный комитет — надо было зайти к ним и передать что никаких разбирательств я начинать не планирую.
Настроение у меня было на высоте. Солнце освещало мой путь, а у охраны, в дополнение к моему чёрному, меня дожидалось четыре синих кристалла, отданных преподавателем за заклинание.
Но плевать на это, главное, что последние полгода мною явно не были спущены в трубу, пусть в бою с нематериальными противниками мне и придётся действовать по старинке — привидение под воздействием жилы попросту разорвало на куски,
Но что поделать, как-то тренироваться мне ведь в любом случае надо. Со временем научусь контролировать скорость распространения эфира по проволоке, тогда и упокаивать смогу не только с помощью трости.
Войдя в башню, я оказался в просторном холле, перед несколькими проходами вперёд и двумя лестницами наверх. Один из коридоров вёл в актовый зал, где мы с Риной были чуть меньше недели назад, а у другого, центрального, стояла табличка с надписью:
"Дисциплинарный комитет: кабинет 103".
В очередной раз я удивился магии нашего ректора. Очень сильный диссонанс возникает от этих игр с пространством, когда заходишь в тонкую башню, а оказываешься в гигантском атриуме. Тут ведь ещё и солнечный свет в окна бьёт, хотя снаружи они расположены в абсолютно других местах. Как это, интересно, работает вообще?
Слегка поторопливаясь — за территорией Академии меня уже ждала машина — я прошёл к нужным дверям.
— Здравствуйте, можно?
— Да, заходите...
Грубый голос орка, ответившего мне, был наполнен болью и страданиями. И когда я увидел причину, то не мог не посочувствовать — количество бумаг на его столе просто зашкаливало, стопки скорее напоминали какие-то башни.
У комитета столько бумажной волокиты?.. Неожиданно, я думал у них больше полевая работа, нежели кабинетная.
Зелёный орк — и тут дело было даже не столько в цвете кожи, а... В состоянии души? — поднял на меня красные опухшие глаза.
— Иш'элиан. Предупреждаю сразу, если ты пришёл подать письменное заявление о начале расследования, то я тебя убью. Очень жестоким образом.
— Да нет, я как бы отказаться хотел.
— А, правда? Замечательно, я тебя понял, можешь идти тогда.
— Эм... А мне написать ничего...
— НЕТ. Я поверю тебе на слово, ты же аристократ и всё такое. И да, сегодня же передам это руководству.
— Ладно, не буду мешать тогда... Удачи там, все дела.
— ...
Под тяжёлым взглядом парня я закрыл дверь и направился к выходу. Собственно, вот и всё, оказалось куда быстрее чем я рассчитывал. Теперь только не нарваться бы ни на кого, а то опять один хожу, да спокойно добраться до Антона с Риной...
***
Неподалёку от Центрального рынка стояли трое. Они были людьми, и выглядели абсолютно непримечательно: невзрачные ветровки, потрёпанные штаны и кроссовки, тёмные сумки.
Тем не менее, один из них выделялся. На его лице сияла широкая улыбка, а глаза лучились неподдельной теплотой. Прохожие невольно задерживали на нём взгляд и сами как будто становились немного счастливее, настолько располагающе-жизнерадостно выглядел незнакомец.
— Шестой.
Парень обернулся к стоящему позади мужчине. Голова у того была накрыта капюшоном, а взгляд — не в пример серьёзнее.
— Помни, Госпожа рассчитывает на тебя... И мы вместе с ней. Ты справишься. Не можешь не справиться.