Адгезия
Шрифт:
Он принял удар – луч энергии, словно луч солнца, отражаясь от зеркальной поверхности, скользнул по его серебряным крыльям, преломился и улетел куда-то в сторону. Михаил, который уже оказался рядом с Варахиилом, сделал выпад – его меч был отбит, и он по инерции пролетел вперед. Разиэль хотела ударить сверху, но Варахиил оказался быстрее, его клинок вонзился ей прямо в плечо. Словно прекрасный мотылек, с искаженным от боли лицом она затрепетала на кончике его иглы, – если бы не подоспевший Михаил, который заставил Варахиила перейти
Варахиил отражал атаки одну за одной, искры стали, вспышки из рук воинов разрывали черноту яркими кляксами света.
Силы Варахиила были на исходе, как, впрочем, и силы нападавших, но он был один, а их двое, и как хорош бы он ни был, Михаил все-таки смог его достать. Его меч вошел ему в левый бок и с противным звуком разрывающейся плоти погрузился по самую гарду. Их лица были рядом, их глаза смотрели друг в друга, словно между ними продолжался безмолвный разговор, разговор, ведомый только им двоим. Злобы не было в их взгляде, нет, лишь сожаление и печаль.
Варахиил сложил крылья, его глаза закрылись, тело обмякло. Михаил бережно и аккуратно извлек свой окровавленный меч из тела Варахиила, спрятав свое оружие, обнял его и прошептал:
– Возвращайся домой, хватит бегать, возможно, Отец сможет тебя простить, простить, как я простил.
С этими словами он плавно толкнул Варахиила в грудь, позволяя земной гравитации и пламени атмосферных слоев скрыть все следы этой битвы.
Михаил с тоской и грустью смотрел ему вслед, за сотни тысяч столетий они стали друг для друга чем-то большим, чем просто братья по оружию. В глубине своей души он знал, прощения не будет, скорее всего, это была их последняя встреча.
Взмахнув крыльями, он развернулся и направился к Разиэль, ее голос, прозвучавший у него в голове, заставил его снова обернуться.
– У него сфера! – крикнула она, доставая свой меч.
Варахиил с открытыми глазами медленно плыл в невесомости, одной рукой он прижимал к груди черную сферу, а другой показывал им средний палец. Насколько Михаил знал, этот земной жест означал, что Варахиил с ними не согласен.
Разиэль начала набирать скорость, сфера на груди Варахиила треснула, и за его спиной вырос портал, обрамленный сине-золотыми искрами света.
– Стой! – Михаил преградил ей путь. – Пусть уходит.
Разиэль расправила крылья, погасила скорость и непонимающе уставилась на Михаила.
– Ты бы все равно не успела, – пояснил он, – портал разорвал бы тебя пополам.
– Мы найдем его позже. У нас, как и у него, осталось мало времени. Сейчас надо решить другую проблему. Люди не должны знать, что посланники Бога могут истекать кровью.
Стен всматривался в иллюминатор, надеясь хоть краешком глаза еще раз увидеть этих прекрасных и неземных существ. И он увидел. Яркая вспышка на миг озарила пустоту ледяного пространства, а на орбите Земли появился новый космический мусор.
Глава 5.
Богдан продолжал преследование. Временами он останавливался, чтобы сделать небольшой глоток воды и определить дальнейшее направление погони.
В одну из таких остановок что-то его насторожило, что-то незримое, какое-то внутреннее предчувствие беды. Кожа на руках покрылась мурашками, по спине пробежал неприятный холодок. Он привык доверять своему внутреннему голосу, не раз это ощущение заставляло его остановиться, тем самым впоследствии спасая ему жизнь.
Вот и сейчас он не стал торопиться, прислушался. Лес молчал, подозрительная, давящая тишина лишь усилила состояние тревоги.
– Почему замолчали птицы?! – подумал он. – И где гребаные комары?
Вдруг над головой что-то громко ухнуло – он даже не успел ничего понять, как мир вокруг него превратился в сумасшедшую карусель.
Кувыркаясь, словно безвольный манекен, он отлетел в сторону и, сломав своей спиной пару молодых деревьев, потерял сознание.
– Человек! Человек!
Тяжело открыв глаза, Богдан скривился от боли, во рту стоял неприятный привкус, возникающий после крепкого удара в челюсть.
– Человек! – прозвучал громкий голос где-то сбоку от него.
Богдан медленно повернул голову.
На земле, оперевшись спиной на стволы поваленных деревьев, с раскинутыми в стороны крыльями сидел самый что ни на есть настоящий ангел.
Богдан тряхнул головой – его мозг, отзываясь тупой болью, напомнил ему погремушку, по крайней мере, ощущения были именно такие.
«По ходу у меня очень жесткий сотряс», – подумал он и снова посмотрел вбок, надеясь, что видение исчезнет.
Но оно не исчезло, более того, оно даже попыталось приподняться, но, схватившись за бок, снова осело на землю.
– Ты… ты… Ты кто?! – спросил его Богдан.
– Не бойся, человек, – ответил он, – я не причиню тебе вреда, ни тебе, ни любому другому живому существу на этой планете.
– На этой планете? – Брови Богдана поползли вверх. – Ты пришелец, что ли?
Ангел недовольно фыркнул.
– Пришелец? А вот это тебе ни о чем не говорит? – Он слегка пошевелил своими крыльями. – Вообще-то я ангел, посланник Господа вашего.
– Вообще-то я атеист, ну, был им до этого дня по крайней мере.
На какое-то время между ними повисла пауза: ангел дал время Богдану осмыслить и переварить все то, что на него свалилось.
Богдан встал, почесал затылок и, посмотрев на посланника небес, спросил:
– Это что же? Значит, и ад есть?
– Есть, есть, не сомневайся, – ответил ангел.
– Бляяяя… вот это поворот.
– Ты грешен? – ангел внимательно на него посмотрел.
– Нууу… как бы, – Богдан замялся, отводя свой взгляд в сторону, – было там пару раз, конечно.
– Отпускаю тебе все грехи твои с начала и до конца дней твоих, – быстро проговорил ангел.