Админ
Шрифт:
Буквально через десять шагов коридор вывел в круглую комнату со смутно знакомым рисунком на полу, и Рориэль тут же понял, куда он попал. Эта необычная комната была помечена на плане окружностью, перечеркнутой косой линией. И главное, на плане был указан второй проход к покоям короля. Повеселев, он дал команду двигаться дальше. Но как только в комнату вошел последний эльф, за ним, отсекая возможность бегства, опустилась плита и начался быстрый отток магической энергии. С ужасом Рориэль вспомнил место, где ранее видел на полу подобный рисунок, — древняя камера для содержания особо опасных магов.
Через секунду из прохода
— Ваше величество, вы живы? — Рориэль мгновенно сориентировался в ситуации. — Какая досадная ошибка! Я, как только узнал о нападении, сразу же бросился к вам на помощь! — Он взглянул в глаза Лаурина, и дальнейшие слова застряли у него в горле. В глазах короля он увидел свой приговор. Чистая и холодная ненависть была во взгляде мужчины, в любимую женщину которого когда-то попала отравленная стрела, выпущенная сторонником Рориэля, пытавшегося и в прошлый раз свергнуть Лаурина.
— Гнилой корень, — прошипел Рориэль, отбросив маску преданности, и, выхватив меч, бросился на Лаурина.
У поединка первого официального меча королевства и первого неофициального меча был лишь один зритель — сжимавший кинжалы и готовый при первой же возможности метнуть их в Рориэля Ирентиль. Но его помощь не понадобилась. Он просто не успевал взглядом за движениями противников. Будь на его месте менестрель, он бы тоже не смог описать этот бой в своих песнях, потому что просто ничего не понял бы. Да и сам бой продлился всего несколько секунд. Несколько раз прозвенели столкнувшиеся мечи, и тут же все закончилось. Лаурин спокойно стоял в центре комнаты, опустив меч, а рядом лежало обезглавленное тело его давнего противника.
Король сделал движение кистью руки, с лезвия сорвались капли крови, и сталь снова засверкала в лучах светильников, как будто не этот меч только что лишил жизни эльфа.
— Надо же… — удивленно произнес Лаурин. — А он был силен. — И вытер рукой кровь, сочившуюся из пореза на щеке, оставленного мечом Рориэля. Затем оглянулся на Ирентиля и улыбнулся: — Ну что, мой верный друг, все закончилось. — Затем он с сожалением оглядел останки своих мечников и вздохнул: — Глупо погибли. Пойдем, Ирен. Надо закончить дело — очистить дворец от гнилой поросли.
— Сил охраны хватит? — пряча кинжалы, спросил Ирентиль.
— С лихвой.
Лаурин напоследок огляделся и скрылся в проходе.
На земле возле норы сидел гном и разбирал добычу. Между тем из отверстия в земле вылез эльф и свалил рядом с первой партией еще кучу каких-то, по виду очень древних, предметов непонятной формы и назначения. Прорытый в земле ход являлся результатом поисков одного древнеэльфийского города, на упоминание о котором друзья наткнулись, исследуя древние
— Вот это да! — Гном обалдело пялился на древний меч, выглядевший так, словно кузнец только что закончил работу над ним. — Неужели укрепленный магией и самоподзаряжающийся?
— Похоже, ты прав. — Эльф подсел поближе и внимательно уставился на меч. — А знаешь, Руархид, — неожиданно хлопнул он гнома по плечу, — кажется, мы нашли старшего брата легендарного Шипа Тьмы.
Если бы кто-то посторонний заглянул сюда «на огонек», а вернее на восторженные крики на гномьем языке, сопровождаемые эльфийской речью, правда, более спокойной, то от открывшейся картины он мог бы посчитать, что сошел с ума. И правда, что еще можно подумать, увидев гнома, отплясывающего замысловатый танец, и эльфа, вторящего ему с чисто эльфийской грацией, размахивающего ярко сверкающим мечом? Пожалуй, прохожий просто потряс бы головой и отправился дальше по своим делам, посчитав, что эта картина ему померещилась.
Вечером перед костром, когда улеглись эмоции, связанные с находкой, разговор продолжился в более конструктивном русле.
— Жаль, но продать этот меч не получится. — Эльф откусил кусок мяса и, тщательно прожевав, продолжил: — Цена этого артефакта такая, что разом заплатить не сможет никто.
— Ерунда. — Гном отхлебнул из кружки. — Доберемся до столицы и в банке договоримся о кредите под залог меча. И деньги будут, и об охране думать не надо. — Деловая хватка гнома давала себя знать. — Кредит в половину его цены банкиры дадут без проблем. Объявим о продаже и года за два-три найдем желающего.
— Руар, ты не понимаешь! Подобных мечей существует всего три! — Эльф возмущенно покрутил обглоданной косточкой перед носом гнома. Тот, расслабленный элем, вяло отмахнулся. — Вернее, известно о трех. Один у короля людей, второй у короля дроу, третий мелькал где-то в халифатах. В банке даже его цену определить не смогут. — Лаурин Трин’х Вассар, четвертый сын короля эльфов, мог по достоинству оценить находку. — А этот, судя по его виду, еще и древнее будет.
— Тогда сами носить будем. — Руархид усмехнулся и набулькал себе новую порцию эля. — Ножны в ближайшем селе сделаем, и будет у нас меч, как у короля дроу.
— Ты, как всегда, несерьезен. — Лаурин тоже усмехнулся. — Тогда нам придется охрану нанимать. Ладно, в столице подумаем, что делать с мечом, сейчас-то у нас с финансами как?
— Да монет на двести всякой мелочовки набрали, — ответил Руархид, являвшийся неформальным казначеем их маленького отряда. — Если меч продавать не будем, то лучше еще поискать, а то твой родитель опять содержание урежет и пролетим, как в прошлом году. А тогда совсем хреново получится, мне ведь из «топоров» по-любому уходить надо. Если в человеческую академию не поступлю, придется у нас в ученики к кому-то идти. Сам понимаешь, я уже не мальчик, да и наши маги переростков в ученики берут ой как неохотно!