Адмирал Ушаков. Том 3

Коллектив авторов

Слово неразборчиво.

ных интересов прямо ценить не умеет и представлять себя у

иностранных дворов избирает людей, ни звания, ни доверенности

не заслуживающих. Посольство сюда должно быть составлено из

двоих или по крайней мере троих человек, людей важных и

знаменитых, а если письмо мое дойдет в пору, то всеусильнейше

прошу ваше высокопревосходительство принять меры, чтобы сие

неотменно исполнено было.

[P. S.] Гишпанский поверенный в делах сообщил мне

влагаемую у сего

записку, дабы по содержанию оной исходатайствовал я ему от вашего

высокопревосходительства списки убитых и в полон взятых французов при

завоевании вами прежде бывших венецких островов, наипаче коих бригады,

составлявшей гарнизон крепости Корфу. Ежели списки сии существуют, то

покорно прошу вас, милостивый государь мой, вместо отправления их

в Анкону доставить прямо ко мне.

Высокородный и превосходительный господин Али-паша и

губернатор Янина!

Милостивый государь мой!

С поданного ко мне и командующему ескадрою

Блистательной Порты капитану-бею Кадыр-бею от депутатов острова Че-

фалонии, при Сенате в Корфу находящихся, сего июля от 4-го

дня прошения копию при сем препровождаю, из которого

[прошения] усмотреть соизволите справедливую жалобу островских

обывателей, терпящих неожиданное и бесподобное утеснение тем,

что суда ваши берут в плен их суда и с товарами и люди оных

судов содержатся закованные в тюрьме, а суда и товары

арестованы; с крайним сожалением и прискорбностью получил я

таковую неожиданную жалобу обывателей Ионических островов,

победоносным оружием высоких держав Империи Всероссийской

и Блистательной Порты Оттоманской от французов

освобожденных и состоящих под протекциею их величеств государей наши к

императоров, от которых уверительно обнадежены они

покровительством и защитою, почему прошу ваше превосходительство

судами вашими противно повелению и намерению его

султанского величества захваченные два судна островов Чефалонии и

Занте с товарами и людьми освободить, яко ни в чем невинных,

а исполняющих повеления вышнего начальства, также и впредь

наистрожайше запретить судам вашим для таковых дерзких

предприятиев к островам Ионическим не приближаться и

таковых дерзкостей отнюдь не производить, в противном случае

может с ними случиться неприятное последствие, яко с судами

неприятельскими, ибо дружеские суда таковых наглостей чинить

не должны и не следует. И все таковое происшествие, считаю я,

делается в противность воле его султанского величества, о чем

я

и не премину отнестись к Блистательной Порте Оттоманской

через чрезвычайного посланника и полномочного российского

министра, в Константинополе пребывающего. Прошу ваше

превосходительство о сохранении обещанной вами к нам дружбы и

благоприятства, равно и к островским обывателям, под

протекцией) и покровительством государей императоров наших

состоящим.

Федор Ушаков

Из переписки австрийского генерала Бради, в Бокке-ди-Кат-

таре близ Черной Горы находящегося, к австрийскому консулу

Криссоплеври в острове Занте по нечаянному случаю получил

я письмо, в котором явственно открываются неприличные их

замыслы и деятельности островских жителей, отвращая их от

наших учреждениев, и стараются склонять в свою сторону и тем

наносят разврат и несогласности, также и против народа Черной

горы таковые же заметны генерала Бради деятельности. По

случаю прибытия ныне ко мне из Петербурга архимандрита Вуко-

тича, отправленного от меня в Черную гору к митрополиту Не-

гошу, послал я к генералу Бради от себя письмо с надлежащими

объяснениями и просьбою таковые неприличные замыслы,

несходственные дружбе, оставить, уведомил об оном также

чрезвычайного посланника и полномочного министра графа

Разумовского в Вену и в[ашему] с[иятельству] для надлежащих сведе-

ниев сим донесть честью имею. С писем моих, посланных к

министру Разумовскому1 и генералу Бради2, равно и с

перехваченного мною точные копии при сем прилагаю.

На сих днях получил я два письма из Рагузы от российского

генерального консула Джика, объясняемые замыслы и хитрости

австрийского генерала Бради в рассуждении Рагузы, с которых

копии препроводил я к министрам: в Вену — графу

Разумовскому, а в Константинополь — Томаре, и в[ашему] о[иятельству]

за известие таковые же представить честь имею. А после сего

чрез мальтийских кавалеров получил я ноту от господина Бради,

в которой противные поступки Рагузы описаны, но естли

сообразить вышеозначенное письмо о переписке с австрийским

консулом, ясно усмотреть можете, что и тут таковые же

производятся ею г замыслы неприличные.

Ваше превосходительство, милостивы? государь!