Адмирал
Шрифт:
– Хотел бы я сам это знать. Полагаю, вы прибыли с Маррагарда? – Я обвел взглядом их знаки различия.
На Маррагард собирали для прохождения выпускных экзаменов имперских военных из самых престижных академий, и только лучшие из лучших могли получить назначение на «Джулиан».
– В таком случае мы могли подобрать вас в районе Демениса. Вероятнее всего, Тремма забрал вас на станции Бертон. Оттуда всего два скачка до станции Пейн. Тихий, спокойный маршрут.
Дейлани прищурилась.
– Почему же нас повезли обходным путем?
Я
– Я знаю, почему таким путем отправился я. А вот почему этим маршрутом повезли вас – неплохой вопрос. Предполагаю, что с вашей перевозкой произошла какая-то накладка, и Тремма просто подвернулся под руку в нужный момент. Кто-то решил отправить вас с ним, чтобы уложиться в график. «Джулиан» не будет вечно стоять на станции Пейн.
«Джулиан» был новейшим флагманским кораблем Эвагардской империи. Вероятно, крупнейшим военным кораблем, какой когда-либо существовал. Ходили слухи, что императрица собственной персоной находилась на борту и командовала вторым этапом первого похода корабля. После его завершения «Джулиан» будет появляться в портах на главных пересечениях торговых путей и самых загруженных станциях – в качестве постоянного напоминания о бесспорном военном превосходстве, которое императрица получила после того, как Империя нанесла сокрушительное поражение Ганрайскому содружеству.
Эти трое получили назначение именно на «Джулиан». Следовательно, они были лучшими из лучших – подбирать людей для гордости флота должны были особенно сурово.
Я тоже рассчитывал добраться до «Джулиана», правда, по совсем иным причинам. Салмагард перестала исподволь разглядывать меня. Из того, что она не поделилась своими подозрениями с Дейлани, можно было сделать вывод, что ее догадка была верной. Мне повезло, что Салмагард оказалась на корабле. Все происходившее было очень странным, а я был далеко не в лучшей форме. Мне позарез требовался друг.
Маршрут, который выбрал Тремма… Мы, в принципе, могли оказаться где угодно. От этой мысли голова у меня разболелась еще сильнее.
– Вы слишком молоды для адмиральского звания, сэр.
Я посмотрел на Дейлани.
– Я знаю.
– Готово, адмирал. – Судя по тону, Нилс был доволен собой. И времени он затратил совсем немного.
Я поднялся с кресла и подошел к нему.
– Я возьму это отсюда. Снимите панель и освободите разъемы.
Во взгляде, который Нилс бросил на меня, были в равной степени подозрительность и восхищение. Он догадывался, что у меня на уме.
Энергетические элементы применялись для питания механизмов, перемещавших кресло, когда корабль находился под обстрелом – компенсировавших сотрясения и крены корабля, чтобы командиру не приходилось лишний раз отвлекаться. Я толкнул элемент
Я надеялся, что компьютер сообщит нам хоть что-нибудь о состоянии корабля. Правда, я не знал, что именно следует спрашивать.
– Прошу, – сказал я, указывая Нилсу на кресло.
Дейлани демонстративно разглядывала мою руку.
– В чем дело?
– У вас очень светские манеры, адмирал. – Она изобразила рукой в воздухе причудливую фигуру. – Не научите меня таким штукам?
В следующий раз просто ткну пальцем.
– Нилс, – чуть резковато произнес я, отвернувшись и никак не отреагировав на ее выпад. Энсин казался немного неуверенным, но целеустремленным. Можно было не сомневаться, что он разбирается в корабельных системах куда лучше, чем я. Пришло время получить ответ.
Система работала в основном аварийном режиме, так что Нилсу пришлось вводить данные вручную, что получалось у него очень ловко.
– Что-то здесь не так, – сказал он почти сразу же и поспешно добавил: – Сэр.
Я так сильно отличался от тех офицеров, к каким привыкли эти трое, что они просто с трудом видели во мне одного из них. Усугубляли положение и мое неожиданное производство в адмиральское звание, и отсутствие формы. Все это казалось им совершенно неправдоподобным, но такой аргумент, как эмблема на «спальнике», было нелегко опровергнуть. Дейлани хотелось доказать свое; я чувствовал, что она просто не могла сообразить, как же это сделать. Все мы были выбиты из колеи.
Но кто-то должен был принять руководство на себя, и я чувствовал нутром, что у меня это получится лучше, чем у лейтенанта Дейлани, по крайней мере, на первых порах.
– Система испорчена, – сообщил Нилс.
– Что с ней?
Он мотнул головой.
– Не знаю, сэр. Ничего не могу поделать.
– Есть какие-то повреждения в корабле?
– Я даже не представляю, как проверить все это без электроники, – сказал он заметно упавшим голосом. – Нужно запустить хотя бы базовые протоколы. – Он взглянул на меня через плечо. – Сэр, я хочу попробовать запустить аварийное питание.
– Если реактор поврежден, из этого ничего не выйдет, – бросила Дейлани. Она даже не взглянула на Нилса. Она смотрела на меня. Смотрела, не отрывая взгляда. Не то чтобы прежде меня никто не разглядывал с особой пристальностью, но этот взгляд уже начал всерьез утомлять меня.
– Сомневаюсь. Я вообще не думаю, что корабль поврежден, – ответил Нилс. – Все, что способно привести к отключению энергетики и прекращению работы «спальников», должно было запустить и аварийное расписание действий – но к скобам для передвижения в невесомости и кислородным маскам, находящимся в коридорах, никто не прикасался, и самопломбирующая пена тоже не использовалась. Так что ничего не указывает на то, что в нас что-то врезалось. Даже самый маленький метеор поднял бы тревогу, но ведь ничего такого не было.