Адреналин

Милявская Наталья

Люди за столом смотрят на меня так, словно я призрак. Мертвец с пистолетом в руке. Пришелец из космоса с конечностями-щупальцами. На их лицах смесь ужаса и омерзения. Хотела бы я запечатлеть эту картинку на память. Отчего мы с Вадимом не установили под потолком парочку видеокамер? Мне смешно, ей-богу! Дети, узревшие в темноте монстра!

– Зачем тебе это нужно? У тебя финансовые проблемы? Если бы ты попросила, я бы отдал тебе свою долю, – говорит Леха. У него такое выражение лица, словно он увидел дохлую крысу.

– И я, – говорит Маша. – Тебе нужны

были деньги? Я бы дала тебе в любой момент столько, сколько тебе нужно.

– Да и я! – хохотнув, вторит ей Андрюха.

Отлично! Мы просто на собрании благотворительного общества!

Да не нужны мне ваши гребаные деньги!

– Это неинтересно, – улыбаюсь я. – Попросить денег – это одно, а взять их самой, так, чтобы никто этого не понял – совсем другое. Кайф другой, понимаете?

Они смотрят на меня во все глаза. Я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. Сейчас, когда мы с Вадиком выложили все карты, я вдруг поняла, что устала притворяться. Изображать естественность. Оправдывать чьи-то ожидания.

Я подхожу к окну, смотрю наружу– там темень кромешная. Дождь стучится в окно. Хочется выглянуть наружу, подставить лицо под эти прохладные капли… Я поворачиваю ручку, распахиваю створку – и в теплую прокуренную комнату врывается холодный влажный ветер. Я подставляю ему лицо и закрываю глаза.

Интересно, как должны себя вести конченые негодяи?

Вы ведь уже догадались, что происходит на самом деле, не так ли?

Хотите знать, почему я действительно это сделала?

Все стало слишком серьезным. Слишком настоящим. А я бы не хотела, чтобы наша компания воспринимала проект «Адреналин» по-настоящему. Либо мы валяем дурака, либо закрываем лавочку.

Если вы играете в какую-либо игру, не давайте ей завладеть вами полностью.

Нам нужно было встряхнуться. На время отойти от дел. Взглянуть на происходящее с другой точки зрения. Лучшего варианта, чем опробовать проект «Адреналин» на собственной шкуре, не было!

К тому же, у Вадика впереди был день рожденья, а он никак не мог придумать, чего бы такого веселого устроить в день собственного 27-летия…

Вы ведь уже догадались, что все происходящее – не более, чем наша с Вадимом милая шутка?

Для сотрудников ЗАО «Адреналин» акции, проводимые агентством – бесплатны.

Я поворачиваюсь и снова оглядываю присутствующих в комнате. Вадик, прислонившись к камину, не спеша, дымит сигарой и улыбается, как Чеширский Кот. Маша смотрит в пустую тарелку. Андрей, наморщив лоб, разглядывает оленьи рога, висящие на противоположной стене. Леха рассеянно ковыряет в тарелке ножом.

Надо быть аккуратнее с Лехой. Я знаю, как ловко он умеет метать острые предметы…

Ладно, хватит тянуть резину. Балаган затянулся. Я выглядываю на улицу, смотрю вниз, под окно, потом поворачиваюсь к остальным.

– Если быть честной, дело не в деньгах. Дело в том, что…

Меня начало утомлять происходящее с нами. Вы видели наши лица? Мы же все стали одержимыми! Все были так увлечены заколачиванием этого несчастного миллиона евро… Подсчитывали прибыль… прикидывали, какую цену заломить очередному заказчику… Весной мы просто валяли дурака – и это было прекрасно! Вспомните наши парижские гонки! А летом? Летом у нас начался настоящий бизнес! Надувание щек и все такое! Костюмы от Армани, визитки, офис. Мы почувствовали вкус денежных купюр… начали привыкать к роскоши…

– Так Вадик же сам предложил заработать на этом деньги! – говорит Андрюха. Он с искренним возмущением смотрит на меня – и на оружие в моей руке.

– Но это всегда было второстепенным, не так ли? Продажа адреналина – это всего-навсего социальный эксперимент. Который удался.

– Простите, что встреваю в дискуссию, – говорит Маша с сарказмом, – но я теряю нить повествования. Меня утомила вся эта история. Дорогая! Ты хочешь оправдаться? Не стоит. Где этот ваш газовый баллон? Давайте уже взорвем этот милый домик – и дело с концом. А то у меня начинает болеть голова…

Интересно, люди, сидящие за столом, будут нас ненавидеть сильнее в качестве воров и убийц или в качестве авторов затянувшегося розыгрыша?

Думаю, последнее…

– Перед тем как мы закончим, мне бы очень хотелось, чтобы вы выполнили мою просьбу, – говорю я. – Только без лишних движений, хорошо? – я многозначительно обрисовываю в воздухе полукруг дулом револьвера.

Все смотрят на меня, сжав зубы. Но смотрят внимательно – ствол в моей руке больше похож на волшебную палочку, исполняющую желания.

– Перед вами на столе – праздничный торт. Симпатичный, не правда ли? Я попрошу – медленно и аккуратно! – разрезать это произведение кулинарного искусства. Андрюша, у тебя это получится идеально. Даже одной рукой.

Андрей берет нож, втыкает его в симпатичный округлый бок с хрустящей шоколадной корочкой, делает неровный надрез.

– Что дальше? – спрашивает он у меня подчеркнуто вежливо.

– Продолжай, – мило подсказываю я. – Внутри – самое интересное.

Андрей откладывает нож и принимается расковыривать податливое тесто пальцами. Розочки и вензеля из масла превращаются в месиво. Андрюха натыкается на твердую начинку почти сразу – и с удивлением извлекает из торта полиэтиленовый пакет, облепленный бисквитным тестом. Внутри – что-то твердое.

– Разверни, пожалуйста! – говорю я.

Маша и Леха наблюдают за тем, как Андрей распаковывает свою находку.

– Это что? – спрашивает Андрей, вытряхивая содержимое пакета на стол. – Капсулы цианистого калия – чтобы мы могли выбрать себе способ ухода из жизни?

Интересно, Андрюха играет в команде КВН своего института?

Внутри – свернутые в трубочку авиабилеты, три кредитные карты со счетом в двести тысяч евро каждая и три крохотных ключа.

– Это – наш отпуск, – говорю я. – И ваши деньги, уже в электронном виде. А ключами можно отпереть наручники.