Адский расчет

Въехав в ворота психиатрической клиники «Вудлаун», Баз Катнер поежился – место показалось ему нехорошим.

Возможно, виной тому были свирепого вида каменные головы львов, венчавшие кирпичные столбы ограды, а может, зловещая желтая молния, только что прорезавшая ночное небо.

Разумеется, то обстоятельство, что багажный отсек фургончика Катнера «форд-эконолайн» был битком забит ворованным компьютерным оборудованием, ничего общего с его тревожным состоянием не имело. Он и ему подобные кормились с сомнительных махинаций. Одно из таких дел и привело его к воротам «Вудлауна» той непогожей сентябрьской ночью.

Небо

над проливом Лонг-Айленд [1] прочертила очередная молния, выхватив из тьмы трехэтажное кирпичное здание, которое Баз Катнер объезжал в поисках грузового подъезда. Издалека донесся запоздалый раскат грома, приглушенный и неубедительный.

Освещавшая подъезд тусклая лампочка тянула ватт на сорок, не больше. Впрочем, этого было вполне достаточно. Следуя инструкциям, которыми снабдил его по телефону бесстрастный голос, Баз наконец нашел, что искал – рифленую стальную дверь, выходившую на бетонный пандус.

Прежде чем сдать назад, к пандусу, Катнер открыл дверцы багажника, остановился и стал ждать.

Накрапывал теплый дождь. Капли с монотонной регулярностью стучали по крыше фургона. По лобовому стеклу потекли струйки воды. Катнер взглянул на часы и, коснувшись кнопки сигнала, хотел было уже известить гудком о своем прибытии. Однако голос по телефону, принадлежавший тому, кто все это и устроил, предупредил, чтобы Баз не привлекал к себе внимания. На сей счет «менеджер» выразился вполне определенно. Да и вообще у Катнера создалось впечатление, что этот человек знает, что делает, словно тайные поставки компьютерного оборудования клинике «Вудлаун» – событие самое заурядное.

«Может, так оно и есть», – рассуждал про себя Катнер. Медицинская индустрия вследствие проводимой Вашингтоном политики пребывала в загоне. Возможно, это не столь заметно, как в компьютерном бизнесе, но тем не менее...

«Устроитель», разговаривавший с Катнером по телефону, представился Джонсом (так он ему и поверил!) и оказался весьма пунктуален: ему требовались джукбоксы [2] с дисками типа «УОРМ» [3] экстракласса, причем с иголочки, то есть ни в коем случае не б/у и без всяких предварительно установленных программ. Последнее Джонс подчеркнул особо. Катнер предпочел не спорить: если этот тип хочет иметь девственно чистые машины – что ж, его право.

Рифленая стальная дверь со скрипом поползла вверх.

Покосившись на установленное сбоку зеркальце заднего вида, Катнер увидел фигуру высокого, долговязого человека. Тот старался держаться в глубине, чтобы на него не падал свет от едва тлевшей лампочки над входом. Похоже, для того, кто рискует приобретать дорогое

компьютерное оборудование сомнительного происхождения, Джонс весьма привередлив.

Катнер вышел из машины:

– Так вы и есть Джонс?

– Да, – глухо откликнулась тень в дверном проеме.

Баз узнал голос. Ошибки не было – это Джонс. Последний старался говорить безапелляционным тоном, что, впрочем, не могло скрыть присущей его речи сухой, безжизненной интонации.

Опасливо озираясь по сторонам, Катнер медленно поднялся по ступенькам. Человек немедленно отступил еще глубже в тень, словно сознательно избегая излишних контактов. Баз успокоился: если бы здесь была фэбээровская засада, этот малый не шарахался бы от него, как пугливая лошадь.

– Деньги с собой? – спросил Катнер.

Тень наклонилась и извлекла откуда-то небольшой атташе-кейс. Катнер открыл его и, убедившись, что в нем и впрямь тысяч тридцать долларов, снова закрыл.

– О'кей, – проронил он, выпрямившись, – считайте, что мы договорились.

– В уговор входит и установка, – сухо проскрипел Джонс.

– Ладно. Скажите только где.

– Следуйте за мной.

С этими словами тип резко повернулся и углубился в пещерный мрак, освещая себе путь маленьким карманным фонариком. Катнер послушно последовал за Джонсом и вскоре почувствовал, что каменный пол пещеры идет под уклон. Наконец они оказались в каком-то холодном помещении, где отчетливо проступали очертания огромных промышленных печей. Миновав затянутую паутиной старую угольную печь, Катнер увидел в углу железные баки, заполненные серой золой.

– Вот уж не думал, что в наше время кто-то жжет уголь, – пробормотал он.

– Бывает, когда нужно что-нибудь уничтожить, – отозвался Джонс.

Катнер хмыкнул:

– Неужели есть еще люди, которые вывозят золу?

Джонс, словно не расслышав вопроса, поспешил переменить тему:

– Вы никому не сказали, что едете в «Вудлаун»?

– Кому же я мог сказать? Вам известно, что дело это нелегальное, мне – тоже. Чем меньше людей знают о нашей сделке, тем лучше. И рекламное объявление я составил соответственно.

– Вы не производите впечатления человека, который зарабатывает на жизнь торговлей краденым, – заметил Джонс.

– А вы не похожи на того, кто это краденое скупает. Но так уж устроен мир. Есть ребята вроде меня, которые делают хорошие деньги на установке информационных систем, другие – вроде вас – штудируют газетные объявления в надежде найти оборудование, купив которое они не подорвут свой бюджет.

Джонс подошел к какой-то двери и при помощи трех различных ключей, болтавшихся на металлическом кольце, открыл замки. Вновь темное помещение: здесь было еще холоднее, и сюда уже не доносился шум дождя.

Щелкнул выключатель, и под потолком зажглась единственная двадцатипятиваттная лампочка.

– Это там. – Джонс не поворачиваясь указал фонариком на дальнюю стену, где в выложенной из кирпича нише стояли четыре стареньких сервера [4] .

Пол был усыпан песком, битым щебнем и цементом. Хотя невероятно тусклое освещение не позволяло разглядеть детали, что-то подсказывало Катнеру, что нишу недавно увеличили.

– Я бы хотел, чтобы эти... как вы их называете?