Афера 'Бьютимейкер'

Уэйт Роберт

Отец ее был австриец, который эмигрировал в Англию после фашистского путча и умер от рака в первый месяц войны. Матери же удалось выиграть две тысячи фунтов на футбольном тотализаторе, и теперь она старательно пропивала их в своей маленькой комнатке в Бейзуотере. Брат Мери жил в Канаде, старшая сестра в Беркенхеде.

Мери давно отделилась от родных, считая, что лучше жить независимо. Вместе с такой же, как сама, неудачницей-актрисой она снимала комнату в районе Cаус-Кенсингтона, но это был не самый лучший вид симбиоза. Пенелопа - так звали ее приятельницу - была чрезмерно темпераментна, и постоянные посещения ее "друзей"

стали для Мери просто невыносимы. Она с радостью переселилась бы отсюда, если бы нашла недорогую комнату в каком-нибудь подходящем районе.

Записав основные биографические данные о девушке, Бренда Мейсон сказала:

– Я должна пояснить вам, мисс Стенз, что вы не будете постоянно работать в редакции "Обсервер". Речь идет, скорее, о временном журналистском поручении. В большинстве случаев мы охотимся на всякого рода необычные истории, и часто привлекаем для этого посторонних лиц, чтобы не раскрывать себя.

– Понимаю, - тихо ответила девушка, - только боюсь, ведь я очень мало соображаю в журналистике.

– Пусть это вас не беспокоит. Вам надо будет только выполнять определенные указания и как можно детальнее информировать нас во всем. За это вы получите щедрое вознаграждение. Но окончательная сумма будет зависеть от того, какую информацию вы сможете нам дать.

– Что я должна делать?
– спросила девушка. Мисс Мейсон рассказала ей о плане, который возник у них в связи с объявлением, напечатанным в "Гардиан".

– Мы уже достали некоторые полезные сведения, - продолжала она.
– Эта фирма вовсе не намерена прибегать к услугам профессиональных манекенщиц или актрис. Поэтому очень кстати, что вы теперь работаете машинисткой-стенографисткой. С сегодняшнего дня и до завершения вашей миссии о сцене забудьте. Вы - обыкновенная девушка, которая работает в конторе и ищет случая испробовать счастье еще где-нибудь.

– И самое главное, - вмешался в разговор Дарк, - ни слова о ваших отношениях с журналом "Обсервер". Вы этот журнал никогда и в глаза не видели. А на объявление откликнулись по собственной инициативе.

Мисс Мейсон пододвинула ей лист бумаги.

– Мы уже составили для вас письмо, - сказала она.
– Вам остается только подписать его.
– И подала девушке авторучку.

– Внизу у нас своя фотолаборатория, - продолжала мисс Мейсон.
– Там вас сегодня сфотографируют. Наиболее удачное фото пошлем вместе с письмом. Конечно, может случиться, что из этого ничего не выйдет. Возможно, вас не пригласят даже на беседу. Но так же возможно, что именно вам предложат эту работу.

– А что это за работа?
– спросила Мери. На ее вопрос ответил Дарк.

– Мы еще сами определенно не знаем, - откровенно сказал он.
– Она связана с рекламой нового косметического изделия. Из того, что я слышал, это должно вызвать много шума. Изделие будет испытано на заранее выбранной девушке, и потом она будет фигурировать во всех рекламных объявлениях в прессе и по телевидению. И, конечно же, получит за это от фирмы соответствующее вознаграждение.

– Значит, если мне предложат эту работу, я буду иметь двойную плату?

– Безусловно. Я не знаю, сколько вам будут платить господа из косметической фирмы, но на что вы можете рассчитывать у нас, скажу. Имейте в виду, нас интересует только материал для журнала,

что, кстати, сводится к количеству напечатанных слов. Чем больший репортаж, тем больше слов. Давайте договоримся так: если у вас ничего не выйдет и вас даже не вызовут на беседу; мы заплатим вам десять фунтов за потерянное время. Если вызовут, но на работу не возьмут, мы дадим вам еще десять фунтов. Если вы все же получите эту работу и дадите нам нужные сведения для журнального репортажа, мы заплатим вам по фунту за каждое напечатанное слово.

– Обычно такой репортаж состоит по крайней мере из двух тысяч слов, пояснил Дарк.
– Иначе говоря, если вы дадите нам нужный материал, заработаете две тысячи фунтов или даже больше... Ну, плюс и то, что сочтет нужным заплатить вам косметическая фирма.

Девушка взволнованно перевела дыхание.

– Две тысячи фунтов!
– прошептала она, и в голосе ее прозвучали нотки недоверия.

– Все зависит от вас, мисс Стенз, - коротко сказал Дарк.
– Мы даем вам первый толчок, а дальше вы действуйте самостоятельно.

– Я буду стараться, - пообещала она.

– Вот и хорошо.
– Дарк повернулся к мисс Мейсон.
– Полагаю, можно делать фото, Бренда.

Через полчаса, отправляясь на деловое свидание с представителем большой фирмы электронных машин, с которым они договорились вместе позавтракать, Дарк в вестибюле едва не сбил с ног Мери Стенз. Она выходила из лифта, поднявшись из подвального помещения фотолаборатории. Дарк подхватил девушку под руку, чтобы она не упала, и Мери благодарно улыбнулась.

– Простите, - сказал Дарк и, немного помолчав, спросил:

– Зафиксировали ваш образ?

– Да, как будто.

Наступило неловкое молчание. Заглянув в карие глаза девушки, Дарк только теперь заметил, с какой доверчивой искренностью смотрят они, и собственный скептицизм показался ему мелким и ничтожным.

– Может быть, вы хотите еще о чем-либо спросить?
– поинтересовался он.

– Не знаю, мистер Дарк. Откровенно говоря, все это меня немного смущает.

– Тогда, может быть, стоит рассказать вам о том, как мы делаем наш журнал, - сказал Дарк и взглянул на часы.
– Если у вас есть несколько свободных минут, мисс Стенз...

– Ну, конечно.

– Хорошо. Давайте зайдем куда-нибудь на часок, выпьем немножко и поговорим. Чем больше вы будете знать о нашем журнале, тем лучше справитесь со своим заданием.

– Благодарю, - просто ответила девушка.

Дарк повел ее в ближайший бар, заказал девушке херес, а себе виски. Затем стал рассказывать о направлении журнала, о том, каким образом они выкапывают и готовят сенсационные материалы.

– Наш журнал завоевал славу смелого разоблачителя всевозможных темных дел, - продолжал Дарк.
– Мы сознательно отказываемся от того, что печатают на своих полосах столичные газеты, и стараемся копнуть глубже. Всегда ищем что-нибудь необычное. И в девяти случаях из десяти обнаруживаем удивительные истории. Тринадцать раз благодаря нашим разоблачениям привлекались к суду преступники. Два директора больших промышленных компаний по нашей милости должны были уйти в отставку. А как-то наше выступление привело даже к самоликвидации концерна, выпускавшего дутые акции. И теперь везде говорят, что материалами "Обсервер" можно пользоваться как доказательствами на суде.