Афера в Брунее
Шрифт:
Из-за дождя Малко тихо поехал по набережной Кота Бату. Десятки сампанов теснились на реке Бруней, связывая западный берег с Кампонг-Эйером – огромной малайской деревней на сваях, которая представляла собой лабиринт деревянных бараков, соединявшихся хрупкими мостками. Там проживала треть населения Брунея... В качестве утешения из их лачуг открывался широкий вид на позолоченный купол мечети Омара Али Сайфуддина, а также можно было увидеть золотую макушку дворца их горячо любимого суверена.
Малко пересек Сьюбок-Бридж, немного дальше свернул на набережную
У Уолтера Бенсона были очень коротко остриженные седые волосы, умное лицо и огромные ступни. Над его столом рядом с американским флагом висела большая фотография, изображающая Боку Рэтона во Флориде. Он тепло встретил Малко.
– Добро пожаловать в эту позолоченную дыру! – весело поприветствовал он его. – Мне осталось тут протянуть лишь четыре месяца, и я снова займу свой адвокатский кабинет... К счастью, есть Сингапур, иначе здесь можно задохнуться... Немного сахара, молока?
Секретарша уже принесла неизменный безвкусный американский кофе.
– Без молока, но побольше сахара, – попросил Малко.
Из окон была видна большая часть Кампонг-Эйера и мечеть. Повелительно завывая, промчалась полицейская машина. Бенсон усмехнулся.
– Хуже, чем в Нью-Йорке! Однако здесь практически нет преступности.
Он закурил сигарету.
– Надеюсь, что вы разберетесь в этой истории! Она может испортить наши отношения с Брунеем. Малайцы очень обидчивы, и на официальных коктейлях на меня уже начинают коситься.
Малко добавил себе в кофе еще немного сахара и сказал:
– Я видел жену Джона Сэнборна. Она утверждает, что его убили...
На лице дипломата появилась раздосадованная гримаса.
– Я знаю. Она мне тоже об этом говорила.
– Что вы об этом думаете?
– Я сообщу вам факты, – ответил американец. – Факты, которые неизвестны миссис Сэнборн. Полиция провела расследование, и прочно утвердившиеся здесь англичане также помогли нам. Некий Гай Гамильтон ушел на пенсию после того, как он руководил Специальным отделом и организовал службу безопасности султана. Установлены следующие факты: видимо, Джон Сэнборн достиг Лимбанга в своей машине, минуя официальный проход через границу.
Он поднялся и подошел к висящей на стене карте.
– Глядите. Обычным путем по реке до Малайзии – двадцать минут пути. Конечно, надо выполнить полицейские формальности, потому что переезжаешь в другую страну.
– Оказавшись в Лимбанге, – спросил Малко, – что Сэнборн мог там делать?
– Это самое неясное, – признался посол. – Гамильтон знает одного малайского старшего офицера полиции. Тот подтвердил, что человек с приметами и с номером паспорта Джона Сэнборна вылетел в день своего исчезновения через Кучинг на Сингапур. А на стоянке у аэропорта была обнаружена его машина...
– Все понятно, – сказал Малко, – дело кажется ясным.
– Это еще не все, – продолжил посол. –
Малко переваривал информацию. Бедная Джоанна... Он немного отпил кофе.
– После Сингапура, – спросил он, – его след теряется?
– Нет, не совсем. Они вылетели рейсом на Бангкок. И снова – номер паспорта Джона Сэнборна. И больше ничего. Но из Таиланда можно выехать по фальшивым документам... Особенно когда располагаешь крупной суммой денег...
– Дело кажется ясным, – заключил Малко, – не было нужды посылать меня так далеко...
Классический случай. С двадцатью миллионами долларов Сэнборну было нетрудно оплатить немного свежатинки...
– Да, – задумчиво протянул посол. – Кажется...
– Вы, кажется, не убеждены, – заметил Малко.
Посол наклонился к нему.
– Послушайте. Перед тем как заняться политикой, я был в течение двадцати лет адвокатом. Поэтому льщу себя надеждой, что немного разбираюсь в людях и умею распознавать крученые удары... С Сэнборном я встречался в течение года. Это не тот человек, который мог пойти на такое...
– Но китаянка? Бенсон махнул рукой.
– Я не говорю, что это ангел. Он вполне мог приударить за очаровательной шлюшкой... Здесь нам всем тоскливо. Но он не мог пойти на подобный трюк. И потом...
Он не закончил фразы, затем продолжил:
– Все слишком удачно сходится... За коктейлем первый адъютант намекает, что один американский дипломат – таков был статус Джона – похитил мошенническим способом у султана двадцать миллионов долларов. И теперь он официально требует вернуть их!
Наверное, люди из Лэнгли едва не заболели от этого желтухой.
– У вас больше ничего нет, чтобы подкрепить ваши сомнения? – спросил Малко.
– Почти нет, – признался Бенсон. – Но я не мог вести расследование. У меня сложилось впечатление, что что-то не так в этой истории. Тут кроется мошеннический трюк... Подготовленный здешними людьми. Но больше я ничего не знаю. Это вам решать.
– Местная полиция может мне помочь?
Дипломат покачал головой.
– Не слишком рассчитывайте на нее. Начальник полиции – двоюродный брат султана. И то, что я вам сообщил, является официальной версией. Никто вам не скажет больше этого.
– Кто же тогда поможет?
– «Кузены». Гамильтон находится в этой стране – если ее можно назвать таковой – в течение двадцати лет. Я сообщил ему о вашем приезде. А потом у меня есть друг, Лим Сун – китайский банкир, который, как и все китайцы, ненавидит малайцев. Он сможет вам помочь. Эти чеки прошли через банк, не так ли? Это должно оставить следы.