After 2

Тодд Анна

– Почему?

– Как почему? Это бы испортило жизнь мне да и тебе тоже.

– Я понимаю, но виновата была бы не только я.

– Зачем мы вообще обсуждаем эту фигню?

– Мне просто любопытно. Это вполне нормальный разговор. Я хотела узнать, как бы ты почувствовал себя в такой ситуации. Должна сказать, сейчас я разделяю твоё мнение.

– В каком смысле сейчас? – он переводит взгляд на меня.

– В будущем я, разумеется, планирую стать матерью, но сейчас эта новость меня бы огорчила.

Гарри приоткрывает рот,

желая что-то сказать, но закрывает его. Он повторяет это снова и снова, пока наконец не отвечает.

– Думаю, для нас это опасная тема.

– Но так быть не должно. В этом и заключается суть всех наших проблем: недостаток свободного общения, – говорю я.

Да, и именно поэтому я до сих пор не рассказала о том, что через полторы недели переезжаю в Сиэтл!

– Я понимаю... – вздыхает он. – Я знаю, что в будущем ты хочешь детей, и ты помнишь, как отношусь к ним я. Честно говоря, если бы ты сейчас забеременела, я бы просто сошёл с ума. Меня и так загнали в ловушку без возможности найти выход. Просто представь себе эту ситуацию: я вынужден покинуть страну, ты разъезжаешь со мной по всему миру во время беременности и меня пару раз сажают в тюрьму. Нас бы точно показали в каком-нибудь глупом реалити-шоу.

Игнорирую его комментарий по поводу того, что я буду ездить с ним по миру, потому что этого не будет. Думаю, не стоит сейчас отстаивать свои права, так как это может привести к ссоре. С другой стороны, я ведь сама недавно сказала, что нам не хватает свободного общения.

– Я рада, что тебя загнали в ловушку, – саркастически говорю я, а затем продолжаю. – И я бы не переехала в Англию. Этого никогда не произойдёт, поэтому хватит вести себя так, будто ты уже всё за всех решил.

– Вот о чём я говорил. Мы поругались из-за вымышленного ребёнка.

– В таком случае, нам непременно нужно найти другой повод для ссор.

– Верно, – он улыбается.

Хорошо, что ситуация быстро разрешилась, а то между нами начинало появляться напряжение.

– Я куплю всё сам, – говорит Гарри, когда мы подъезжаем к “Conner’s”.

– Я пойду с тобой, мне нужно ещё кое-что купить, – отстёгиваю ремень безопасности и направляюсь за ним внутрь.

Кладу рецепт на стойку возле маленького окошка, расположенного в самом углу небольшой аптеки. Мне говорят, что лекарство будет готово менее чем через пятнадцать минут. Я очень рада этому, потому что хочу как можно скорее оказаться дома. Нужно ещё заехать к Лиаму и забрать свои вещи. Но опять же, это всё зависит от реакции Гарри на новость о Сиэтле.

– Что тебе нужно? Опять кровоточишь, да? – слишком громко спрашивает он.

– Твой вопрос сейчас неуместен! Мы ведь в магазине, тебя могли услышать, – ругаю его я, на что он лишь пожимает плечами. – На самом деле, пока нет, – отвечаю я и направляюсь к отделу с косметикой.

Гарри следует за мной по пятам, в то время как я нахожусь в поисках новой туши. Головная боль перешла от пульсирующей к еле уловимой.

–

Не понимаю, почему тебе нравится это место. Здесь так воняет.

– Ты тоже воняешь, но ведь не перестаёшь мне нравиться, – поддразниваю я, на что Гарри смеётся, запрокинув голову.

– Ты сегодня очень смелая. Настолько, что мне хочется заткнуть твой негодный рот теми антибиотиками, – Гарри продолжает смеяться. Это такой прекрасный звук.

В такие моменты я забываю обо всём хаосе, слезах и грусти. В такие моменты, когда он забывает скрыть свои истинные эмоции.

– Даже в этом случае с моим негодным ртом ничего не случится, – я улыбаюсь и наконец выбираю тушь, которая обещает в десять раз удлинить ресницы. Лживо, но неплохо.

– Ты снова останешься дома? – спрашивает он с неопределённостью в голосе.

– Да, если ты хочешь.

– Конечно, хочу, – он притягивает меня к себе и обнимает за талию. – Кто же ещё о тебе позаботится, когда ты болеешь?

– Заботиться? Ты хотел сказать надоедать?

– То же самое.

– Я скучала по этому, – не подумав, произношу я.

– По чему? По тому, как я тебе надоедал?

– Нет, по нашей идиллии, – Гарри обнимает меня крепче и целует в лоб.

От его простого жеста моё сердце трепещет, потому что знаки любви в общественных местах не его конёк.

– Я хорошо себя веду только из-за твоей болезни, но раз ты уже шутишь, то, видимо, тебе полегчало, и ты вполне сможешь добраться до дома пешком, – он улыбается.

– Раздражаешь, – закатываю глаза, и Гарри снова заливается смехом.

Когда мы заворачиваем за угол, он в кого-то врезается. Иан.

– Смотри куда... – не глядя на парня, начинает Гарри.

– Здравствуйте, профессор Сото! – громко щебечу я, предотвращая спор.

Гарри сейчас ни к чему лишние трудности, у него и так проблемы с университетом.

– Мисс Янг, Гарри, – он улыбается и протягивает Гарри руку.

Я удивляюсь, когда тот её принимает, и они неловко обмениваются рукопожатием. Сразу после их приветствия, Гарри притягивает меня к себе за талию настолько близко, насколько возможно.

– Рад видеть, что вы... снова вместе, – говорит Иан, и Гарри застывает от удивления.

Я в растерянности.

– Мы и не расставались, – обманывает он.

– Ох... что ж, приятно слышать. Я слышал о вчерашнем происшествии, если вам понадобится моя помощь – дайте знать.

– Да что ты можешь сделать? – Гарри закатывает глаза, и я незаметно пихаю его в бок.

– Точно не знаю... может, я могу быть свидетелем?

– Свидетелем? Зачем?

У меня тот же вопрос. Иан был свидетелем лишь безграничного гнева и ревности Гарри.

– Потому что никто не заслуживает исключения. Это может разрушить твою жизнь на самом её рассвете, – отвечает профессор.

– Хорошо... эм, спасибо, – Гарри смущён, как и я.

– Что ж, Тесса, увидимся в понедельник. Удачи вам.