After 2
Шрифт:
Я люблю тебя. Навсегда.
Гарри”.
Я сижу и смотрю на листок бумаги, прежде чем прочитать снова. Я совсем не ожидала такое прочитать. Понятия не имею, чего ожидала, но точно не этого. Как он мог сказать, что он не романтик? Браслет с кулончиками на моем запястье и это прекрасное, несколько тревожное, но больше прекрасное письмо показывает, каким он может быть романтичным. Он даже взял первый абзац из письма Дарси к Элизабет. Ничего не могу с этим поделать, но теперь, когда я знаю его историю, я люблю его еще больше. Он совершил много поступков, которые я бы не сделала
Я еще раз пробегаюсь взглядом по письму, когда раздается стук в дверь. Складываю листок и кладу в нижний ящик тумбочки. Я не хочу, чтобы Гарри заставил меня выбросить или разорвать его теперь, когда я все прочитала.
– Тесса? – голос Гарри раздается с другой стороны двери.
– Входи, – я подхожу, чтобы впустить его.
– Ты уже... – он смотрит вниз.
– Да... – я приподнимаю его подбородок, чтобы посмотреть ему в глаза, как он это обычно делает.
– Это было глупо... я знал, что не должен был... – он начинает.
– Нет, это совсем не глупо, – он смотрит на меня своими покрасневшими глазами. – Гарри, это было то, что я так долго хотела от тебя услышать.
– Прости, что заставил тебя ждать, и за то, что выразил все на бумаге... просто так мне было легче, я не очень хорош в разговорах.
– Это правда.
– Ты... ты хочешь что-нибудь сказать по этому поводу? Теперь тебе нужно больше времени, когда ты узнала, как я облажался?
– Нет. Ты... ты совершил много чего... плохого, Гарри.
– Я знаю, – он хмурится и снова смотрит в пол.
Я не могу смотреть на то, как он истязает себя, несмотря на его ужасные поступки.
– Но это не значит, что ты плохой человек. Ты сделал много плохих вещей, но ты больше не плохой человек.
– Что? – он берет мое лицо в свои большие ладони.
– Я сказала, что ты не плохой человек, Гарри.
– Ты, действительно, так думаешь? Ты прочитала то, что я написал?
– Да, и именно то, что ты написал доказывает, что это не так.
– Как ты можешь так говорить? Я не понимаю, ты хотела, чтобы я оставил тебя в покое, а сейчас, прочитав это дерьмо, говоришь такие вещи? Я не понимаю, – замешательство видно на его идеальном лице.
– Я прочитала это, и теперь, когда я знаю все, что ты сделал, мое решение не изменилось.
– Ох... – его глаза заблестели.
То, что он снова плачет на моих глазах, причиняет мне боль. Он, очевидно, не понял того, что я пытаюсь сказать.
– Я решила остаться еще тогда, когда тебя не было, а после прочтения письма захотела остаться больше, чем когда-либо. Я люблю тебя, Гарри, – я говорю.
– Правда? Ты уверена? – он улыбается.
– Да, абсолютно, – я убеждаю его.
======
– Ты думал, что я не останусь? – я спрашиваю и беру его руки в свои.
Этот вопрос я задавала ему очень много раз с того дня, как мы встретились.
– Да, не после того, что я сделал. Не теперь, когда ты знаешь все, – он говорит.
– Да, теперь я знаю все.
Мне больше не придется беспокоиться, что тайны прошлого Гарри снова будут нас преследовать. Больше не придется быть в ожидании того, что какая-нибудь новость свалится мне на голову. Я знаю все. Я, наконец-таки, знаю все, что он так долго скрывал. Не могу не вспомнить фразу: “Иногда лучше пребывать в неведении, чем быть ослепленной светом”.
Но не думаю, что сейчас это описывает мои чувства, я обеспокоена тем, что он проделывал раньше, но я люблю его и не позволю, чтобы его прошлое снова повлияло на нас.
– О чем ты думаешь? У тебя есть вопросы по поводу этой записки? – он садится на край кровати, а я встаю между его ног.
Он переворачивает мои руки и рисует невидимые следы на ладонях, когда ищет ответ в моих глазах.
– Нет. Я хочу узнать, что теперь с Натали... но вопросов у меня нет.
– Я был другим человеком, когда совершал те поступки, ты же это знаешь? – я уже сказала ему об этом и не понимаю, что еще он хочет услышать.
– Знаю. Я, правда, это знаю, малыш.
– Малыш? – он приподнимает бровь.
– Не понимаю, почему я это сказала... – мои щеки вспыхивают.
Я никогда не называла его каким-нибудь прозвищем, кроме “Гарри”, и не знаю, почему сделала это сейчас. Мне очень нравится, когда он так меня называет, но не думаю, что ему понравится это из моих уст.
– Нет, мне нравится, – он улыбается.
– Я скучала по твоей улыбке, – говорю ему.
Его пальцы прекращают вырисовывать узоры на моих ладонях.
– И я по твоей, я никогда не заставлял тебя улыбаться столько, сколько ты этого заслуживаешь, – он хмурится.
Хочу что-нибудь сказать, чтобы стереть этот хмурый взгляд с его лица, но не могу лгать. Он не часто заставлял меня улыбаться.
– Да... нам нужно над этим поработать, – я говорю.
– Не понимаю, почему ты любишь меня.
– Это не имеет значения, мои чувства не изменятся.
– Письмо было глупым, да?
– Нет! Ты можешь прекратить это самобичевание? Письмо было замечательным. Я перечитала его три раза и была счастлива от того, что наконец узнала твое истинное мнение обо мне... о нас.
– Ты знала, что я люблю тебя.
– Да... но приятно, что ты помнишь все эти мелочи, вплоть до того, во что я была одета. Особенные мелочи. Ты никогда мне такого не говорил.
– Ох, – он выглядит смущенным.
Мне по-прежнему не нравится то, что сейчас он является уязвимой стороной. Эта роль всегда была моей.
– Не смущайся, – я говорю.
Он обнимает меня за талию и притягивает к себе, заставляя сесть к нему на колени.
– Я и не смущаюсь... – он обманывает.
Запускаю ладонь ему в волосы, а другую руку оборачиваю вокруг его плеча. Кажется, что я уже очень долгое время не была в его объятиях.