Ага, вот я тут
Шрифт:
Спустившись я прошел на середину станции, не обращая внимание на все ее великолепие, как-то приелось за десять лет работы. Свою фирму нужно открывать, а то тут нет уже никаких перспектив. На выходных подумаю.
Поезд подошел быстро и я зашел в вагон, прошел на середину, там было пустое место, сел на него. Ехать мне около сорока минут и я решил во время поездки отдохнуть после рабочего дня. Поставил будильник на своих умных часах и погрузился в сон, под немного нудное бормотание чтеца электронной аудиокниги.
Через тридцать пять минут навязчивая вибрация часов разбудила меня, скоро моя станция. Я подошел к двери
Начальник нарисовал мне схему, как пройти к дому нашего Биг Босса. Можно было пройти двумя путями, один длинный, обойдя парк и по набережной пройти до элитной высотки Семена Аркадьевича и другой короткий, напрямик через парк. Я решил выбрать короткий, ведь дома меня ждет жена Настя и любимая маленькая, зеленоглазая доченька, Юленька. Нужно будет после купить им что-нибудь сладенькое в магазине.
Я подошел к воротам в парке, очень интересные ворота, сделанные из темного метала, украшенные фигурной ковкой. Посмотрел расписание, закрывается парк в девять часов. У меня еще есть время.
Сейчас ровно семь, успею пройти к Биг Боссу, но назад придется обходить парк, скорее всего до девяти не успею. Я пошел по центральной аллее, на ней снова решили сменить плитку, иду дальше уже видно элитную многоэтажку в которой у нашего главного квартира на четыреста метров, шикарный двухэтажный пентхаус, из 8 комнат. Дальше нужно свернуть, я сворачиваю дорога тускло освещена, но есть небольшой участок неосвещенной дороги прямо перед выходом из парка. Прохожу до половины неосвещенного участка и слышу приближающиеся шаги, оборачиваюсь и опускается темнота, что это было? В темноте я словно парю, никаких мыслей нет, только спокойствие. Дальше мягкий, женский голос:
— Твое время не пришло. Помни.
Репортаж по телевидению
Молодая, красивая телеведущая зачитывает криминальную сводку:
— Вчера вечером на территории парка в юго-западном округе столицы произошло ограбление с убийством. У убитого остались молодая жена и дочка.
И я просыпаюсь. По ощущениям спал не очень долго, дальше попытался открыть глаза получилась. Но вместе с тем появилась сверлящая, головная боль. Я попытался немного привстать, у меня получилось. Осмотрелся, по всей видимости это была в больничная палата, и в ней было большое окно с двойной деревянной рамой. Так стоп, а почему рамы деревянные? В больницах уже года три как заменили все окна на металлопластиковые или я не в городе? Дом начальника находится в городе и рядом все больницы именно городские.
Я обвел взглядом с палату, все кровати были заправлены, их было семь штук. В углу находилась раковина и умывальник, этот угол палаты был облицован плиткой, но довольно не красиво. Такой же рукомойник я видел у дедушки и бабушки в деревне, куда я ездил на летние каникулы, но это было больше тридцати лет назад.
— Куда же я попал? — сквозь головную боль думал я.
В то же время в общей комнате врачей
В комнату вбегает медсестра.
— Алексей Петрович,
Один из врачей смотрит на прибежавшую медсестру и на хмуря лоб cпрашивает:
— Это тот, который упал в особняке барона?
— Да тот, сработало плетение показывающее состояние пациента, поток явно указывает что он в сознании.
— Завтра с утра его обследую.
Почему здесь такая странная больница. Мысли так и крутились в моей голове. Зачесалось в носу, я протянул руку и удивился ещё больше. Рука которую я увидел, была не моей рукой, тридцати пяти летнего программиста. Кисть была маленькой, пальцы тонкие, не моя рука точно. Рука подростка.
Я оттянул штаны, фууух, все что идентифицировало меня как представителя мужского пола, было на месте, но все не моего размера и волос еще нет. Я подошёл к зеркалу над раковиной, и внимательно всмотрелся в него, на меня смотрел подросток, только вышедший из детского возраста. У него/меня была вихрастая голова с волосами темного цвета, ямочки на щеках и множеством веснушек. И на первый взгляд ему было лет тринадцать-четырнадцать. Голова закружилась, такого быть не может я точно помню, что мне уже намного больше лет. Ладно пойду в кровать, может это сон и я проснусь в своей старой квартире, на любимом раскладном, ортопедическом диване с женой спящей на соседней подушке, кровати то у меня нет.
Проснулся я поздно утром, когда солнце было уже высоко над горизонтом. Скрипнула дверь, и в ней показалась женщина лет пятидесяти. С небольшой каталкой на которой стояло две кастрюли. Над ними поднимался пар. Воздух наполнился ароматами еды, который был совсем не как у больничной еды, от него аж слюнки потекли.
— Завтрак, — сказала она мне, и я с ужасом понял, что сказала это она на каком то странном русском языке, я понимал этот язык, но он не был современным русским языком. Да очень похоже, но есть небольшие отличия, словно я попал в Сибирь, в места, где русский язык не оброс таким количеством мусора, позаимствованного из разных иностранных языков.
В поднос с отделениями она наложила мне пюре, вареную сосиску, два куска хлеба и кусочек масла. Она отдала мне поднос, наполнила компотом стакан и тоже протянула мне его. Я принялся за еду и в процессе принялся обдумывать все случившееся со мной.
Итак, что мы имеем:
Первое: я подросток, хотя точно помню, что мне больше 35 лет, может у меня что-то с головой, и мне все снится?
Второе: я скорее всего не в России(а точнее не в современной России), это какая-то другая страна, во всяком случае тут точно говорят не на современном русском языке.
Думая я не заметил как закончил есть, пустой поднос я поставил на прикроватную тумбочку. Прилёг на кровать и как только моя голова коснулась подушки заснул. Проснулся я от скрипа входной двери, ко мне направился мужчина одетый в белый халат, врач наверное, предположил я. Приподнявшись на кровати, я спустил с нее ноги и присел на край.
— Здравствуйте молодой человек, — вежливо начал он, — меня зовут Афанасий Игорьевич, как вы себя чувствуете? Что последнее помните? — задал сразу несколько вопросов он. Я немного подумав, решил не рассказывать ничего из моей жизни, а сослаться на потерю памяти. Ничего не помню сказал ему я.