Агент Фейри
Шрифт:
— У меня есть шпионы, смейри. Не говори мне того, что я и так знаю.
— Благие атаковали не только этот клуб. Они грабили и убивали во многих местах, принадлежавших Неблагим. Они также пытались убить всех в особняке Тараниса. Но это им не удалось. Знаешь, почему?
— Потому что не вынесли тамошней вони? — попытался процедить он, но его голос надломился.
— Остроумно, — сухо отозвалась я. — Но нет. Потому что там была я.
Я позволила молчанию затянуться. Я дала ему почувствовать мою уверенность. Я видела,
— Думай масштабно, Грендель. Сейчас ты живёшь... — я осмотрелась по сторонам и презрительно фыркнула. — В тлеющей хибаре. У тебя нет сокровищ, и лишь часть армии Триновантума подчинится твоим приказам.
— Я полноправный король Триновантума, — возразил он. — Я унаследовал трон, — его костлявые пальцы сжались в кулаки. — Ты правда думаешь, что я от него откажусь?
Я показала на его склизкое лицо.
— Мы с тобой оба знаем, что ты никогда не будешь королем Неблагих. Генерал Борво противится тебе, и армия Триновантума поддерживает Республику. Как и Роан, как и я. Ты погибнешь прежде, чем ступишь хоть одной ногой на земли Триновантума. Лучшее, на что ты можешь надеяться — это сохранение своей шаткой власти над Двором Ужаса, и то при поддержке других дворов. Ты будешь править вместе с пятью другими дворами. Мы вернём Республику, вернём старинные обычаи, хоть на нашей ты стороне, хоть нет. Не будет больше никакого короля Неблагих.
Он побледнел.
— Абсурд. Я хочу свой трон.
— Когда ты поможешь нам сокрушить Благих, другие Неблагие дворы поддержат тебя как правителя Уила Брок. У тебя будет свой дворец — в Клеополисе, доме предков Неблагих. Я могу сделать так, чтоб это воплотилось в жизнь, — я выждала несколько секунд, позволяя ему представить. — Если не примкнёшь к нам, можешь сидеть здесь и ждать, кто придёт убить тебя первым. Благие, Неблагие… Или Владычица Ужаса. Ты хочешь умереть пронзённым мечом или описавшимся в углу?
— Думаешь, твои угрозы убедят меня, грязнокровка? Я Грендель. Я старше ваших дворов, старше самих Неблагих. Я был здесь до того, как люди научились говорить, кормился их невысказанными страхами перед монстрами, для которых у них не было названия. Страх — самая древняя и самая могущественная эмоция, и я не менее древний. И я буду здесь ещё долго после того, как все вы обратитесь в пыль.
Пришло время предложить ему настоящий приз — тот, что Роан готов был предложить ему для заключения этого союза.
— Зачем оставаться здесь до скончания времён? Зачем не занять особняк Тараниса? Вторгнись в его дом. Присвой его. Объяви своим, — я аккуратно выбирала свои слова. Он хотел вторгнуться в меня, но дому Роана придётся послужить заменой.
Грендель приподнял брови.
— Что?
— Особняк на Френч Ординари Корт может быть переименован в Особняк Гренделя, если ты пожелаешь, — я ощущала тошноту, предлагая ему такое. Это дом детства Роана, место, которое хранило сокровища его прошлого. Этот дом также стал единственным местом, где я чувствовала себя в безопасности. Я подумала
А я тут предлагаю этот дом как подарок садистской жабе. Но когда в глазах Гренделя промелькнул интерес, я знала, что Роан с умом выбрал свою наживку.
Это всего лишь дом.
Грендель облизнул губы.
— Таранис отдаст мне свой особняк? А к нему прилагаются все его нимфы?
Я нахмурилась.
— Чего? Нет у него нимф. Это просто дом. Он отдаст тебе его только в том случае, если ты согласишься заключить союз. Его цель — чтобы Неблагие выжили.
Грендель сощурился.
— Сомневаюсь, что он будет таким щедрым.
— А зачем ему этот дом? — я выпрямилась. — Если мы победим Неблагих, у него будет свой дворец в Клеополисе, в поверженной империи Благих.
— Мне нужно нечто большее, чем дом, — прокаркал Грендель. — Земля. Ежегодные налоги от канавных фейри. Разрешение на...
Я нетерпеливо покачала головой.
— Я здесь не для того, чтобы вести с тобой переговоры. Я Владычица Ужаса, а не торговец подержанными машинами, — я повернулась к нему спиной. — Ты выслушал наше предложение. Даём тебе время до захода солнца.
Моя работа выполнена. Я могла скользнуть через отражение обратно к Роану.
Но прежде чем я повернулась к зеркалу, проблеск золота привлёк моё внимание. Это были глаза девушки — девушки с синяками по всему телу. Может, я могла заодно спасти одну из рабынь Гренделя.
Я подошла к девушке в платье с пайетками и небрежно осмотрела её. Тёмные синяки виднелись на её щеках и запястьях. Я схватила её за руку и повернулась к Гренделю.
— Мне нравится её ужас. Я забираю её с собой.
— Она моя, — зарычал он.
Я пожала плечами.
— Тогда, может быть, она будет ждать тебя в твоём новом доме. А может, ты отдашь её мне в знак доброй воли.
Он сплюнул, и его глаза пылали гневом. Я грубо потащила девушку к дверям, где стояли три самых крупных охранника Гренделя. Когда я приблизилась, они спешно расступились, давая мне пройти.
Невредимая, я переступила порог, чувствуя, как в моём теле вибрирует сила, и ушла.
***
После того, как мы покинули комнату, я убрала ладонь с руки девушки, мягко прикоснувшись к её спине, и показала вперёд. Мы шли по сожжённым сырым коридорами, перешагивая обломки и пепел.
— Туда, — сказала я грубым и холодным тоном, поскольку кто-то мог подслушивать. Остальная часть клуба Гренделя была не лучше VIP-ложи. Стены рушились и были покрыты сажей, нас окружали куски почерневшей мебели и настойчивый запах дыма. Фейри Уила Брок торчали в комнатах, печально сгорбившись в опалённых углах и отхлёбывая что-то из фляжек.
— Спасибо, — прошептала девушка.
Я ничего не сказала, пока мы шли по обломкам. Люди Гренделя воспримут всё, что я произнесу, как слабость. А Владычица Ужаса не ведала слабостей.