Агент перемен
Шрифт:
Семнадцать минут. Перед его усталым мысленным взором в безумной пляске мелькали цифры.
В руке перед ним появился пистолет. Он оттолкнул его в сторону, нырнув в толпу тел. Тел было уже меньше — он увидел свою цель и заставил себя приближаться к ней, сбросив скорость.
Перед ним возникло огромное препятствие. Он увернулся, только потом осознав, что это препятствие зовут Джейсоном. Его цель была всего в двух шагах, бесстрастно наблюдая за ним. Вал Кон окликнул ее в тот момент, когда ему на плечи
— Судзуки! Восемнадцать минут.
— Слышу, — сказала она своим тихим голосом. — Что тебе нужно?
— Мне нужно поговорить с Мири. Если она останется с отрядом, ей угрожает большая опасность.
Судзуки заметила, что дышит он часто, но не задыхается, как можно было бы ожидать от человека, который двигался так быстро и успел сделать так много. Он не обращал внимания на захват Джейсона, словно это был сущий пустяк, словно он едва заметил, что его скрутили. Его зеленые глаза сверкали и были совершенно разумными.
Она пожала плечами.
— Нам всем здесь угрожает большая опасность. Такая уж у нас работа.
— Другая опасность. Опасность, которая грозит всему отряду. Ты ведь не думаешь, что Хунтавас не станут убивать еще несколько человек, чтобы добраться до того, кого они хотят уничтожить? И даже если они окажутся щепетильными, можешь ли ты быть уверена, что следующий взятый тобой наемник — это не убийца, которого наняли, чтобы убрать Мири? — Он чуть подался вперед в руках у Джейсона. — Ты не сможешь защитить ее от Хунтавас, Судзуки. Не сможешь, если рассчитываешь пополнять свой отряд или размещать его с другим подразделением.
— А ты ее защитить можешь?
— Возможно.
Рядом с Судзуки возник адъютант.
— Командор? Нам сообщили о задержке. Мы улетаем через час, а не немедленно, как планировалось.
Судзуки рассеянно кивнула, продолжая наблюдать за мужчиной, которого удерживал Джейс. Удерживал ли? Ей пришло в голову, что Крепкий Парень просто позволяет Джейсону держать его, чтобы она чувствовала себя спокойной и продолжала слушать.
— А если она не захочет к тебе прислушаться? — спросила она. — Если она улетит с отрядом, что является ее правом и привилегией?
— Она погибнет в течение стандартного года, даже если ни разу не будет участвовать в бою. Клянусь тебе, что это правда.
Наступила долгая пауза, в течение которой голубой взгляд мерился с зеленым. Рыжик сказала, что он ненормальный. Бояться его надо — это определенно…
— Позволь мне поговорить с Мири, — проговорил он, и его ровный голос никак нельзя было счесть голосом сумасшедшего. — Я тебя умоляю, Судзуки.
И кем бы ни был этот мужчина, умолять он не привык. Судзуки вздохнула.
— Отпусти его, Джейсон.
Ее приказ был исполнен с секундной задержкой.
Судзуки чуть повысила голос:
— Рыжик!
— Я здесь.
И она возникла за спиной своего командира. Сверкающие серые глаза обожгли его лицо.
— Неужели ты сам не понимаешь, когда тебя бросили, ты, карлик лопоухий? Неужели мне надо разложить все по полочкам…
— Рыжик!
Мири замолчала на половине проклятия, быстро переведя взгляд на Судзуки.
— Что?
— Выслушай его. Может, он по-настоящему ненормальный, как ты и говорила. Но это не значит, что ему не хватает информации или что его сердцу не дорого твое благополучие.
— Если у него есть сердце. — Она снова посмотрела на него. — Говори.
— Останься с Гирфальками — и погибнешь в течение года. Точно и определенно. Клянусь моим Кланом.
Ее брови удивленно взметнулись, но она промолчала. Он поднял руки ладонями вверх.
— Мири, прошу тебя! Возьми корабль. Одна, если ты меня боишься. Но ты не можешь остаться с Гирфальками и выжить.
— Шансы?
— Никаких, — ответил он без обиняков. — Девяносто девять и девять десятых процента за то, что ты не проживешь дольше стандартного года. У Хунтавас репутация. — Он глубоко вздохнул. — Возьми корабль, Мири.
— Какие шансы, если я это сделаю?
Она смотрела на него в упор.
— Шестьдесят процентов за то, что проживешь пять стандартных.
— А если мы сядем на корабль вместе?
— Пятьдесят на пятьдесят на пять стандартных лет.
Короткая пауза.
— Твои шансы выжить, если я возьму корабль одна. Рассчитай на пять лет, если надо.
Он открыл рот — и закрыл его, сильно нахмурив брови.
— На пять лет — шансы нулевые. Восемьдесят процентов против того, что я проживу девять месяцев.
Ее зрачки немного расширились.
— А если ты летишь со мной?
— В течение пяти лет, шестьдесят процентов против моего выживания. — Он покачал головой. — Мири, возьми корабль.
— Если я тебя брошу, тебя ждет смерть! — заорала она. — Ты что, сам не слышал, что сказал?
— Слышал.
— Тогда почему?
Он повел плечами:
— Если человек не в себе, разве ему нужны еще какие-то резоны?
Она набрала полную грудь воздуха, медленно выдохнула, а потом шагнула к Судзуки и поцеловала ее в губы. Когда она проходила мимо великана и парнишки, ее кулак стремительно ткнулся в похожую на бревно руку.
— Не надрывайся, Джейс.
Вал Кон стоял, глядя ей вслед. У выхода она остановилась.
— Шевелись, Крепкий Парень! У меня лишнего времени нет.
Только тогда он двинулся за ней, пробираясь мимо замолкших наемников. У выхода он тоже повернулся.