Агентство 18+
Шрифт:
– Может он на тебя запал? – предположила Катя. – Хотел тебе понравиться. Тоже лизнуть тебя захотел, – Катька рассмеялась в голос.
– Потом, когда с Натэллой к Роману вернулись, смотрю на него, и думаю: чего я так напряглась? Нормальный парень. Без всяких понтов. Спокойный, вежливый. Нет, Кать, ты правильно пойми, я же пошла к нему работать. Как шеф он очень мне даже нравится. Нравился.
– Ой! – воскликнула неожиданно подруга. – Ты только мне не впаривай, знаю я зачем ты работу начала искать.
Наверное, Катя права. Я придумала себе реакцию Корецкого. Почему-то решила, что он должен вести себя как жёсткий мачо, а он взял и нарушил мои планы. Это точно, Катя права. Все мои беды и неурядицы оттого, что нет у меня любящего, заботливого мужчины. А я хочу, ой как я хочу его иметь.
Ночевать осталась у Кати. Домой так и не поехала. Маман, конечно, предупредила, чтобы не нарушать её душевный покой. Утром надо было поехать в универ. Проснулась рано, мысли о вчерашнем дне не давали спокойно выспаться. Вернуться к Корецкому не позволяло самолюбие. Как так можно, вчера наорала и ушла навсегда, а сегодня пришла каяться. Что он подумает обо мне? Ветреная, взбалмошная девчонка. Именно так и подумает. И всё же две Александры боролись внутри меня. Какая из них победит я пока не знала.
Только я встала с постели и собралась в ванную, как раздался звонок. Натэлла. Она про меня не забыла.
– Доброе утро, – ответила я в трубку.
– Здравствуй, Саша, – бодро приветствовала Натэлла. – Вчера по твоему голосу я поняла, что у тебя неприятности. Ты прости, я вчера была в таком месте, что говорить не могла. Ну давай, повествуй.
Сама не знала, что так обрадуюсь этому звонку. Конечно, я как из пулемёта всё выложила королеве. Она выслушала меня терпеливо и после небольшой паузы спросила:
– Хочешь встретиться?
– Хочу.
– Меня сегодня пригласили в галерею, в Ритц-Карлтон. Не хочу идти, но надо. Я там в качестве свадебного генерала. Подгребай туда к семи вечера. Позвонишь мне снизу, тебя встретят. До вечера.
В отеле было какое-то помпезное мероприятие. Я не вникала. И так, после дня проведённого в универе, мозги завяли. Я дождалась Натэллу в баре. Успела запихнуть в себя две чашки эспрессо. Наконец-то Натэлла освободилась, нашла меня, взяла за руку и повела за собой.
Мы устроились за столиком в дорогом ресторане на первом этаже.
– Есть будешь? – спросила Натэлла.
– А ты?
– Я не ужинаю уже лет эдак пятнадцать.
– А я поела бы.
Мне принесли салат. От голода я хотела его проглотить, но в этой обстановке было неудобно. Пришлось строить из себя милую, нехотя жующую дамочку.
– Я вот что
Настроение моё рухнуло. Она была совершенно права. Я разозлилась на Романа именно из-за того, что он не захотел отстаивать такой шикарный гонорар. Сдался без боя.
– Да, – кинула я обречённо. – Эта вся история про деньги.
– Это плохо. Дружба, любовь, человеческие отношения это гораздо лучше, чем деньги тут и сейчас. Человеческие отношения принесут тебе во много раз больше дивидендов. Запомни, самая твёрдая валюта в нашей жизни, это не доллары, евро или фунты стерлингов. Самая надёжная валюта, это связи. Умей дружить, и не бойся отдать последнее. Вернётся с большими процентами.
Я слушала Натэллу и совсем забыла про свой голод.
– Я вчера думала, – говорила я, – поехать к Роману и извиниться, но не могу. Как я буду выглядеть? Вот если бы он…
– Дурочка ты ещё, – перебила меня Натэлла. – Вроде бы учишься на психолога, а как устроены мужские мозги не знаешь. Незачёт вам, Александра. Во-первых, уйми гордыню. Это одна из заповедей христианства. Во-вторых, разбуди своё женское начало. Нам, в отличие от мужчин, многое прощается. Мы слабый пол. Ну это мужики так решили. Не надо их переубеждать. Пусть так и будет. Ну и в-третьих, признайся, тебе же понравилось там работать. Понравилось?
– Да.
– Тогда зачем делаешь глупости? Зачем ты меня разочаровываешь?
– Прости.
Я не знала куда мне деваться. Мне было так стыдно перед этой женщиной. Я невольно представила, как бы мне о том же самом сказала маман. Нет, она бы так не сказала. Она бы сказала: «Правильно, дочь! Вытряхивай из него зарплату и больше не работай у этой тряпки. Мужик должен быть добытчиком. Для того их и создал Бог».
– Как же мне теперь быть? – наивно спросила я.
– Иди и признайся, что была неправа.
Как бы ни противилось моё гадкое нутро, но я решила сделать так, как говорила Натэлла.
На следующий день после занятий я заявилась в офис Корецкого. Лицо горело. Руки тряслись. Глаза было стыдно поднять.
– Роман, – сказала я с порога, – прости за грубость.
Он посмотрел на меня молча и, видимо, ждал продолжения. Что ещё тебе надо сказать? Я же извинилась. Что, мало?
– Я хочу вернуться на работу. Можно?
Он сидел какое-то время как истукан и лишь потом улыбнулся своей мальчишеской улыбкой. Я выдохнула.
– Конечно можно, – ответил Роман. – Если честно, я подумал, что ты пришла за деньгами. А у меня пока ещё ничего нет.
Конец ознакомительного фрагмента.