Агентство "Миф"
Шрифт:
– Илла, иди сюда. Сейчас будем учить тебя плавать.
– Я не хочу!
Завизжала Илла и стремглав выскочила из воды: прямо на нее плыло какое-то чудовище с открытой пастью и злобными глазами.
– Да не бойся ты, это морская черепаха. Она смирная, - рассмеялась демонесса.
– Ага, смирная, - не поверила Илла, - а пасть-то побольше, чем у собаки.
– Она травоядная, - хохотала демонесса.
– Смотри.
Эф одним прыжком взлетела на спину огромной черепахи. Та, похоже, этого даже не заметила. Ткнулась в берег панцирем
Несколько минут демонесса ждала, пока Илла решится. Но увидев, что девушка не собирается присоединяться к ней, взмахнула рукой и проговорила:
– Сама напросилась.
А Илла вдруг поняла, что летит по воздуху. Через секунду она уже стояла рядом с Эф, а черепаха, плавно развернувшись, потащила их в открытое море.
– Если утону, это будет на твоей совести, - проворчала Илламэль, стараясь удержать равновесие.
– Если утонешь, моей совести будет уже все равно, потому что Янн убьет меня, прежде чем я скажу "ква".
– Ну, тогда я за себя спокойна, - усмехнулась Илламэль.
Через несколько минут Илла забыла о своих опасениях: черепаха то медленно погружалась в воду, то всплывала к поверхности. Эффа показала ей необходимые движения, поддерживала на плаву, и она, поняв принцип, в скором времени уже довольно прилично барахталась в воде.
– Умница, Эль! До заплыва наперегонки еще далеко, но для первого раза очень даже ничего, - похвалила ее демонесса примерно часа через два.
– Теперь на берег. Есть хочу, как лев бороться. К тому же у нас, кажется, гости.
Илламэль резко обернулась к берегу: на шезлонге лежал какой-то полуобнаженный мужчина. С такого расстояния было трудно разглядеть, кто именно, но у Иллы сердце зашлось: может это Яннс нашел время побыть немного с ними?
И тут ее накрыло осознание: она же почти голая! Те малюсенькие лоскутки, которые Эффа назвала купальником, прикрывали только кое-где и кое-как. Выйти из воды в таком виде?! Лучше утонуть!
Илламэль побледнела и действительно начала погружаться в воду. Но черепаха, как назло, решила глотнуть воздуха, поднялась почти полностью над водой и вдруг радостно помчалась к берегу, даже буруны по бокам запенились. Видимо, тут не обошлось без помощи заклинаний демонессы.
– Стой!
– заорала не своим голосом Илла, распластавшись на панцире, как лягушка на солнцепеке.
– Ты чего?
– удивилась Эф, развернувшись в воде на спину - она плыла рядом с черепахой.
– Я не одета, - прошептала в ужасе Илламэль.
Эффа на мгновение замерла в недоумении, а потом расхохоталась так, что черепаха с испугу помчалась к берегу еще быстрей.
***
Тиннар вышел из портала на залитый солнцем песок. Снял рубашку и сапоги, подкатал брюки и улегся на шезлонг. Он наблюдал за тем, как демонесса учит плавать хрупкую девочку. Как она осторожно прикасается к ней, соизмеряя свою силу. Ведь Эф ничего не стоило выхватить огромную черепаху из воды и запустить ее миль на десять
Слабая и ранимая Илламэль и демонессу покорила своей непосредственной невинностью. Обычно чересчур резкая и надменная, гордая и властная Эффа становилась рядом с ней мягкой, осторожной и на удивление уравновешенной.
Яннс и Эффа были единственными детьми в традиционно многодетных семьях демонов. И влияние старшего брата, как впрочем и его самого, сильно сказалось на воспитании Эф. Всегда рядом с ними она участвовала в их юношеских играх почти на равных, несмотря на то, что была гораздо моложе.
Сейчас Эффа, наверное, чувствовала себя старшей сестрой Илламэль, ведь после свадьбы так и будет. Она взяла на себя обязанность подготовить девушку к жизни в высших дворцовых эшелонах знати. А там царят жестокие, порой откровенно хищные законы.
Тиннар наблюдал за смеющимися, беззаботно играющими в воде девушками. Расстояние не имело для него значения, и он видел светло-карие с золотыми крапинками глаза Илламэль, то восторженные, то испуганные, то радостные и довольные. Им было хорошо вдвоем - как родным людям.
Тинн улыбнулся такому сравнению - темные не люди. Взрывной и хищный нрав их вторых сущностей далеко не безопасен для других народов. До сих пор с этим как-то удавалось справляться, но после обнаружения "Сердца Хаоса" это будет почти невыполнимой задачей.
Илламэль стояла на спине поднявшейся к поверхности черепахи и вдруг грациозно вскинула руки, приподняла одну ногу и склонила точеную головку на изящно выгнутой шее - великолепно исполненное движение танцовщицы, которое она продемонстрировала, даже не осознавая, что делает.
Шанг видел, как вздрогнула Эффа. Она всей душой возненавидела Мэльлиту Ливит после ее побега. А Яннс был раздавлен, просто уничтожен этим поступком.
Но Тиннар ведь его предупреждал: нельзя запереть свободолюбивую птицу в клетку, пусть она даже и золотая. Птица или погибнет, или найдет способ вырваться на свободу. Так и случилось.
Тинн смотрел на Илламэль и сравнивал ее с другой женщиной. Та была властной до жестокости, сильной характером до сухости, красивой до невероятности. Многие были покорены ее неприступностью - ведь для демонов и похожих на них существ любовные игры доставляют такое же наслаждение, как и кровавые битвы. Покорить непокорного - все равно, что завоевать государство. И Мэльлита успешно этим пользовалась, вовлекая в свою игру сильных мира сего.
Был ли покорен ею Тиннар?
Да.
Но не ее саму любил до безумия Шанг - он не мог жить без ее таланта. Танец - вот, что делало Ливит в его глазах богиней. Эта женщина могла одним взмахом руки заставить забыть обо всем на свете.
Его поражали ее идеальные пропорции и красота линий, экзотичность, некая скрытая тайна. Она была для него неземным существом, заколдованным и околдовывающим. Ее танец завораживал красотой, трепетной одухотворенностью. Он уносил в дальние дали, в мир мечты, идеала, гармонии.