Агентство "Миф"
Шрифт:
Шанг указал на самый край горизонта, где небо сливалось с землей. Илламэль вгляделась в темно-алые разрывы между тучами. И увидела: из-за бардовых облаков к ним летели драконы!
– О боги! Мы полетим? Я увижу земли Тени!
У Иллы не было слов.
Шанг тепло улыбнулся и снова прижал ее к себе. Ветер на вершине скалы был ледяным. И хотя Илла по-прежнему была в боевом костюме, пусть потрепанном и в многочисленных подпалинах от яда, но все еще защищающем от непогоды, ей не хотелось отстраняться от темного лорда.
"Ведь это в последний раз, - подумала Илламэль, - прижимаясь к его
Драконы подлетели ближе и опустились рядом со скалой. Лорд Шанг осторожно перевел Иллу по крылу ящера на его спину и усадил впереди себя. На втором уже восседал лорд Прак.
Через миг ездоки взмыли в небо. Внизу длинной цепью тянулись Сумрачные Горы. Но через минуту драконы изменили направление и полетели навстречу заходящему Светилу.
***
Ужин проходил в доме лорда Шанга. Это был не замок. Небольшой каменный и уютный домик всего из трех этажей незаметно пристроился к берегу лесного озера. Лес был тропическим. Яркая зелень, теплая погода, благоухающие цветы - что может быть лучше для отдыха после смертельных приключений?
Илламэль вышла из ванной комнаты в длинном халате лорда Шанга - женских вещей в доме его не оказалось ... и почему-то ей это очень понравилось.
Но в то же время она чувствовала себя неуютно, в чужом доме, в мужской явно интимной одежде. Илламэль очень хотелось получить назад собственное платье. О чем она решительно и заявила, найдя лорда Шанга на террасе у накрытого к ужину стола.
– А мне все нравится, - лукаво улыбнулся лорд, оглядывая Илламэль чувственным взглядом, - и в любом случае твоя одежда пришла в негодность ... так что ...
Лорд Шанг развел руками в притворном сожалении. Илламэль только и осталось, что одарить его суровым взглядом.
Гур рассмеялся и указал на стул:
– Садись.
Илламэль села, ей подвинули стул, обошли стол, сели и пожелали приятного аппетита.
Илла вдруг поняла, что действительно сильно проголодалась. Протестовать не было никакого смысла, поэтому она приступила к ужину, пожелав лорду приятного аппетита.
Ели молча. Когда первый голод был утолен, Шанг поднял бокал и провозгласил тост:
– За удивительную девушку, за ее храбрость и находчивость. За ту, которая не побоялась выступить против чудовищ подземелий Тени. Должен признать: не всякий мужнина смог бы так же хладнокровно сражаться с порождениями Тьмы. За тебя, моя хорошая. За твою светлую головку ... в которую приходят весьма неординарные мысли.
Илла удивленно посмотрела на лорда Шанга.
– Твои выводы насчет того, что наш противник не использует магию, оказались верны. Более того - он специально выстроил портал таким образом, чтобы никто из магически одаренных не смог проникнуть в его логово. Вот только он не учел одного - тебя, прелесть моя.
Того, что ты догадаешься, а потом и решишься на столь безрассудный поступок как броситься сломя голову в его тайное пристанище.
Честно говоря, я зол. Зол, потому что ты никак не хочешь понять - это для тебя смертельно опасно.
Ты в курсе, что пока ты находилась под своеобразным домашним арестом, мы с Яннсом предотвратили четыре попытки выкрасть тебя?
Илла
– Да, да, - покивал, подтверждая свои слова Шанг.
– Знаешь, меня это все больше напрягает. Такое чувство, как будто ему известно обо всех наших планах. Он всегда на шаг впереди. Чтобы мы не задумали - он успевает принять превентивные меры.
– Значит, это кто-то из тех, кто входит в очень узкий круг доверенных вам лиц, - потрясенно прошептала Илламэль.
– Настолько свой, что вы даже мысли не допускаете о его измене.
Шанг внимательно посмотрел на Иллу и вдруг тряхнул головой, словно хотел выбросить из нее все неприятные мысли.
– Да боги с ним, - проговорил он, улыбаясь загадочно.
– Рано или поздно мы выявим и уничтожим этого паршивца. Сегодня я хотел поговорить с тобой о другом.
Илламэль отложила вилку и нож, сцепила перед собой пальцы и приготовилась слушать.
– Я люблю тебя.
Илла едва не поперхнулась.
– Люблю с того момента, как увидел. Но ... Толли не дал мне никакой возможности быть рядом с тобой. Это ... долгая история и, возможно, я когда-нибудь расскажу ее тебе.
Но после того как ты разорвала помолвку ... столь радикальным способом, у меня появился шанс. И я его не упущу.
Илламэль потрясенно молчала. Лорд Шанг признался в любви ... Но ... но правда ли это?
Все, что Илламэль знала о Темных, подтвердилось поведением лорда Толли. Их никогда не интересовало мнение девушек, не входящих в их избранных круг. Любовницы из простонародья менялись лордами как перчатки. Никого не заботило, любит ли она, хочет ли таких отношений. Лорды попросту брали свое. Правда, они никогда не оставляли девушек без средств к существованию ... справедливости ради это следовало признать. Насытившись очередной любовницей, Темные выдавали бывшую протеже замуж, иногда очень выгодно. Так что многие из простых людей были совсем непрочь таких связей ... видели в этом возможность поправить свое положение ... и, как ни странно, в народе это было даже престижно. Ну как же на дочь или сестру обратил внимание такой высокородный господин.
Вот только Илламэль не входила в число, тех, кто желал о подобном повышении статуса. Никогда. Даже тайно грезя о лорде Толли, она не хотела таких отношений. И когда он предложил ей стать его женой - это было верхом ее ожиданий и грез. Потому-то она не и смогла тогда отказать ...
Но чем это закончилось? И чем это грозит ей сейчас?
Тиннар сказал что любит ... может и так, а может и нет. Вечное соревнование между этими двоими - вот главный критерий их поступков в отношении ее.
– Ты молчишь, - немного обиженно проговорил Гур.
– Во всей это истории меня волнует лишь один вопрос: почему я?
Шанг усмехнулся:
– Ты всегда задаешь правильные, но очень неудобные вопросы, любовь моя. Я не смогу ответить тебе сейчас, но когда-нибудь ты все узнаешь. В данный же момент мне важно услышать твой ответ на весьма волнительный для меня вопрос: Илламэль Ивитт, вы будете моей женой?
– Нет.
Илла даже не задумывалась, отвечая. Она так решила. Уже давно. Сразу после разрыва с лордом Толли. Лучше быть одинокой, чем испытывать такую безысходную боль.