Шрифт:
Кто был ничем, тот станет всем
Интернационал
1. Славик зигзагами приближался к нашему столику. Очередные 100 грамм.
– Ты что-то толковал про агитпункт? – спросил я, подставляя рюмашку. –А ты знаешь, это ведь первое слово, которое я прочел в моей жизни. Меня выводили гулять, и я читал вывески. АГИТПУНКТ, СЛАВА КПСС, ПАРТИЯ НАШ РУЛЕВОЙ.
Первые слова в моей жизни. Правда, мама сказала,
– Слушай, кретин, ты совсем готов? Я тебя спрашиваю, тебе нужна общественная нагрузка?
– я дружинник. У меня отгулов на второй отпуск набралось.
– У меня тоже предостаточно. Но тебе, как СНС, нужна индивидуальная общественная нагрузка. Вчера на партхозактиве поднимали этот вопрос. Кстати, инициативу проявила ваша Захарова.
– Терпеть ее не могу. Во все дырки затычка.
– Ваши чувства взаимны. Если не хочешь проблем, бери нагрузку.
– Ты хочешь что-то предложить?
– Наконец, дошло. Слышал, Семенов из лаб-1 увольняется?
– Он же мудак и полный бездельник, куда его понесло?
– В ВУЗ на преподавательскую деятельность, доцентом берут.
– Туда ему и дорога, пусть учит, раз работать не хочет.
– Черт с ним, но он мой зам. По агитпункту. Я – зав, а он – зам. Зав.
– Ты предлагаешь мне стать твоим замом?
– Какой ты сообразительный, однако.
– Моя очередь.
Я встал и, преодолевая качку, направился к бармену. Разлили.
– Ты забыл, что я беспартийный? – спросил я.
– Я в партии, этого достаточно. – Эти слова Славик произнес по-партийному, жестко и твердо. – Я напишу характеристику и представлю твою кандидатуру в райком. Все будет тип топ. Там агитпункты Николай курирует, мой кореш. Между прочим, если задумаешься о партии, поможет.
– Знаешь анекдот? – Хаим приходит домой. – Сара, я в партию вступил. – Вечно, Хаим, ты во что-то ступишь. Ха-ха. Правда, смешно?
– Не балагурь.
– Ты скажи, какие обязанности у твоего зама?
– Да, ерунда. Вместе составляем квартальный план мероприятий. По образцу предыдущего квартала. Час работы. Утверждаем в райкоме у того же Николая. Ты или я, у кого время. И следим за состоянием агитпункта. Два раза в неделю уборщица приходит. Дежурные по агитпункту. Агитпункт должен быть открыт для посетителей с 10 утра и до 8 вечера. И всегда, я, ты или дежурный должны быть. Когда лекция, повесить объявления. В предвыборную компанию, дел, конечно, прибавляется.
– а лекторы откуда?
– По плану мероприятий. От райкома. Успехи страны или международное положение. Не пожалеешь. Всегда есть возможность смыться без шухера. Я – в агитпункт. Возрази, мать твою за ногу.
–
2.
Агитпункт – обычная 2-комнатная квартира на первом этаже многоэтажки. Прихожая, санузел, кухонка и две комнаты. Большая и маленькая. В большой – стол во всю длину, стулья, телевизор в углу, диван. На столе красная скатерть, на ней – подшивки, Правда, Известия, Комсомолка, еще всякая хренотень. Стопка журналов Коммунист. Отдельно – стопка Политбюро на толстой ламинированной бумаге самого высокого качества.
В маленькой – стол с компьютером, платяной шкаф со всяким и разным, сейф в углу с нашей бухгалтерией. Ключи от комнатки только у Славки и у меня. Всегда заперта.
Обычно, нет никого. На окнах плотные шторы, тишина. Иногда – звоночек в дверь, – дяденька, можно в туалет? – У тебя, что, дома нет? – Не дотерплю, дяденька, пустите. – Вот повадились. Иди. – Спасибо, дяденька.
Прихожу, сменяю дежурную, та с радостью исчезает. Подремлю малость на диване, сажусь за компьютер, что в маленькой комнатке, вдвигаю свою дискетку и погружаюсь в работу, схемы, программы. Много продуктивней, чем на моем рабочем месте. Тихо, спокойно. Нет девиц с их ухажерами и телефонными разговорами. Бесконечные чаепития, торты, дни рождений, сплетни. Надоело.
Только расположился, сосредоточился, как звонок в дверь. Открываю, Славик с Николаем. Тот самый, что нас курирует в райкоме. Мужик без булды, лет сорока, как и все мы. Залысины, взгляд острый, говорит по делу. Чувствуется райкомовская закваска.
3.
Николай огляделся. Чисто, порядок. На стене – план мероприятий. Чуть выше – политбюро крупным плакатом.
– Хороший компьютер? – спрашивает.
– Таких компьютеров во всем НИИ раз-два и обчелся. Пентиум. Мечта наукообразных, – закивал я головой.
– Пройдет время, спишем. Вход у нас какой-то невзрачный, – продолжал он. – Надо бы стелу сделать. Яркую, чтобы огни бежали, загорались, гасли, внимание привлекали. Понимаете, о чем я ?
– Понятно, понятно, – заспешил Славка, – как Сань, справимся?
– Ничего сложного, контроллер и тиристорный блок, – ответил я, – но надо согласовать с начальством.
– Это я беру на себя, – произнес Николай.
– А я дам людей для изготовления и установки, – вставил Славик.
– Ну и прекрасно. Буду ждать результатов. Ну, так что, пара-тройка часов у меня есть, распишем, есть настроение?
Я уже знал, что Николай маниакально любит преферанс, и потому мы со Славкой изобразили на лицах радостное нетерпение.
Появилась пуля, распечатанная на принтере. Подшивки в сторону, на скатерть – политбюро, тыльной стороной вверх. Поле битвы подготовлено. – А блатные все тусуют и тусуют, – приговаривает Николай, раздавая карты.