Агония

Грант Эдгар

Людей в самом Центре было немного, всего около шестидесяти человек, взвод охраны, технические специалисты для обслуживания приданной техники, систем хранилища и реактора, положенные на таких станциях медики, повара и прочий персонал. Охрану Центра решили ограничить всего взводом специального контингента ООН отобранного из хорошо проверенных в операциях и знающих толк в обеспечении безопасности объектов бойцов. От сложной автоматики было решено отказаться, так как она не могла нормально функционировать при температурах ниже пятидесяти градусов.

Основной периметр охраны Центра находился в тысяче километров и состоял из мощной группировки ВМФ, патрулирующей

по границе ледового щита, окружающего Антарктиду, и собранной из кораблей разных стран под объединенным командованием ООН. В состав этого интернационального флота состоящего из двух десятков кораблей входил даже американский авианосец и российская и китайская ударные подводные лодки оснащенными крылатыми ракетами. Кроме того над Антарктидой постоянно висели несколько спутников связи и наблюдения, обеспечивающих мониторинг как поверхности, так и воздушно-космического пространства.

Ни одно судно, ни один самолет не могли проникнуть внутрь этого периметра без специального разрешения и тщательного досмотра. Сделано это было для того, чтобы отбить охоту у какого-либо из государств попытаться единолично завладеть ядерными зарядами, хранящимися в Центре.

Со стороны жилого комплекса, тихо урча двигателем, подкатил ярко-красный автобус на гусеничном ходу и группа наблюдателей, только что прилетевших на самолете забралась внутрь в хорошо прогретый салон.

– Добро пожаловать в наш центр!
– сверкнув белозубой улыбкой, поприветствовал гостей молодой офицер ООН, судя по внешности и акценту - скандинав или немец, - Жаль, что вы прилетели всего на несколько часов. Завтра у нас лыжный марафон. Участвуют почти все, а вот зрителей совсем мало.

– Весело живете, - в тон ему ответил, присевший на сидение рядом с Алексом, полковник и ВВС США.

– Еще бы не весело! Погода отличная. Настроение тоже. Через неделю смена!
– Ооновец плюхнулся на переднее сидение и весело хлопнул водителя по плечу, давая понять, что можно начинать движение.

– Ну и дисциплина у них здесь, - проворчал полковник и покосился на Алекса.

– Представляю, что здесь было, когда год назад, когда в самый разгар зимы одной смене пришлось сидеть в Центре восемь месяцев, - Алекс понимающе покачал головой.
– Морозы тогда опускались ниже шестидесяти градусов, а ветер достигал пятидесяти метров в секунду. Даже антенны погнул. Да еще облачность висела сплошным массивом, так что спутник почти не пробивал. Ребята сидели почти месяц без нормальной связи пока не восстановили антенны.

– Да-а. Невеселое место, - протянул полковник, гладя на медленно проплывающий за тонированным окном снежный пейзаж.

– Как обстановка в Штатах?
– осторожно спросил Алекс.

– Какая может быть обстановка, когда страна практически разрушена, - полковник повернул голову и пристально посмотрел на Алекса.

Их группа инспекторов состояла из двенадцати человек, собранных ООН из стран, чьи ядерные заряды хранились внизу под толщей льда. Первый раз они встретились и познакомились на брифинге в австралийском аэропорту Хобарт на острове Тасмания, который служил базой воздушной связи с Центром. Основной целью их группы было произвести инспекцию хранилищ и сообщить национальным правительствам, что все ядерные заряды находятся в безопасности, под должной охраной и в количестве, отмеченном при их загрузке. Алекс помнил, что полковника сидевшего рядом с ним звали Грег Кимбел, во всяком случае, он представился именно так, и его документы это подтверждали. Кем он был на самом деле можно было только догадываться, потому что в такого рода инспекторские поездки откомандировывались в основном профессионалы имеющие отношение

к разведке.

– Какое трагическое совпадение, - тихо проговорил Алекс.

– Что вы имеете в виду?
– спросил полковник. Он знал, что Алекс из России, догадывался о том, что он не просто инспектор, но, наверняка, понятия не имел о его реальной должности и полномочиях.

– Я имел в виду падение корейских модулей. То, что они попали в этот остров и Йеллоустон.

– Вы серьезно считаете, что это было совпадение?
– Кимбел с интересом посмотрел на Алекса.

– А у вас другое мнение?
– с невинным видом спросил Алекс.

Презрительно хмыкнув, полковник отвернулся.

– Если вы считаете, что падение корейских модулей это не совпадение, а чей-то злой умысел, может, тогда и случай на базе ВВС Киртлэнд тоже не совпадение?
– тихим голосом задал вопрос в пустоту Алекс и почувствовал, как полковник, сидящий с ним рядом, внутренне напрягся.
– Ведь там, похороненными в горном массиве, остались больше тысячи ядерных зарядов из них, насколько я помню, восемьдесят четыре были практически готовы к применению. Мы до сих пор не имеем возможности проверить, там они или нет.

– Вы знаете официальную позицию нашего правительства по инциденту в Киртлэнд.
– спокойно ответил полковник.
– Она, кстати, была принята ООН и международным сообществом. Боюсь, я ничего нового не смогу вам сообщить.

– А я ничего такого и не ожидал. Просто хотел услышать ваше мнение, - пожал плечами Алекс.

Еще раз хмыкнув, Кимбел отвернулся и с безразличным видом уставился в окно.

Поздно вечером, когда группа инспекторов вернулась в Хобарт полковник Кимбел, прежде чем написать официальный отчет, отправил в оперативный центр ЦРУ короткое закриптованное сообщение, "Задержусь здесь еще на пару дней. Считаю - необходимо срочно начать подготовку груза и принимающей стороны к отправке. Морган".

Украина. Калинов. Львовская область.

Авиабаза армейской авиации

Вооруженных сил Украины.

26 апреля 2035 г.

Как только легкий транспортник, надрывно гудя турбинами и качаясь из стороны в сторону под порывами ветра, пробил нижний слой облачности, Морган прильнул к иллюминатору. Под крылом раскинулся мрачный, серый пейзаж Западной Украины. Холмы, перелески, поля, когда-то приносившие неплохой урожай, а теперь заросшие бурьяном, редкие заброшенные хуторки и вымершие деревни - все выглядело унылым и дышало запустением и безысходностью. Последний раз он был в этих местах почти двадцать лет назад в составе группы консультантов ЦРУ инспектировавших ядерные объекты молодой "европейской" Украины.

В то время "нэзалэжна" стала очень популярным местом для американских спецслужб, организовавших совместно с госдепом государственный переворот, и посадивших на правление прикормленных националистских марионеток. Казалось, что ЦРУ, наконец, за последние десятилетия удалось добиться хоть какого-то серьезного успеха, и этот успех считался особенно значимым потому, что был достигнут в противоборстве с заклятым врагом Америки - Россией. Основные цели операции, вроде, были выполнены. Украина окончательно отошла от своего восточного соседа и начала движение по "западному пути", подписала договор об ассоциации с Евросоюзом, договор о сотрудничестве с НАТО, стала стратегическим внеблоковым партнером США. События развивались, как нельзя лучше, и особенно радовало то, что платить за все пришлось Европе, которую Америка назначила главным экономическим куратором Украины.