Ах ты... дракон!
Шрифт:
Просто пронаблюдав происходивший перед глазами процесс.
Бедный дракончик, который намертво уперся и не поддавался, когда его уговаривали вместе три вельхо, один драконовер и целая толпа дичков, сдался перед девицей неполных семи лет (или восьми?), стоило ему услышать безапелляционное требование отпустить. Отпустил мгновенно, ошалело поджал крылья и растерянно застыл, глядя, как его кратковременная подопечная отряхивается и поблескивает коронкой. И еще успевает допекать
Как, ну вот как это называется?
Откуда у малявки такое самообладание?
Выползла же вся перепуганная, глаза по блюдечку, казалось, Штушу своего вот-вот придушит, не со зла, а просто потому что вцепилась в него со страху сильнее, чем в соломенную куколку...
И что? Миг, другой, взгляд на драконыша, на толпу, что таращилась на детенышей примерно в шесть сотен любопытных глаз... и все. Преобразилась. Непролитые слезки мигом высохли, явно помятое крылышко расправилось и легло на бочок, головка мило вздернулась и коронка заблистала милейшим золотистым светом с просверками розового. Словом, являла собой такое трогательное и нежное существо, что именование "кровавая тварь" в отношении этого милого создания было совершенно невозможно.
– Все мальчишки - вредины!
– выдало существо.
– Дядя Пало, он меня обнимал! Вы видели?
"Уже не дедушка" не нашел что ответить. Чуть ли не в первый раз за всю жизнь. Собственно говоря, он очень слабо представлял себе, что сказать дракончику-девочке, которая жалуется, что дракон-мальчик напал на нее, чтобы обнять. При этом напрочь игнорируя тот факт, что она - дракон, а здесь вообще-то земли людей, которые драконов обычно терпят только в виде нелегальных драконьих ингредиентов...
Драконий детеныш тоже, кажется, растерялся - замер и встопорщил гребешок, пытаясь вникнуть в суть претензий.
Существо покосилось на ошалелого парнишку и аккуратно добило его фразочкой:
– Я за него замуж не пойду.
Что?
Толпа среагировала раньше вельхо. И, разумеется, раньше онемевшего от неожиданности драконыша:
– Вот так - не успел моргнуть, - взлетел над полигоном веселый молодой голос, - а тебя уже оженили.
– Шустрая девчоночка, - поддержал мужчина постарше.
– Все бабы одинакие, - философски отозвался уже немолодой мужик, бывший сторожник.
– Разок приобнял - и все, женись!
– Держись, парень, не поддавайся!
– Стал быть, теща моя - всамделе дракон...
– не оставлял надежды прояснить семейную родословную несчастливый зять.
– Тесть говорил, он ее и обнять еще не успел - глянул тока, а она уж и свадьбу надумала как проводить, и имена детям подобрала.
– Все они драконы,
– Драконицы. Или драконихи. Или... как правильно, остай вельхо?
– Драконицы, - совершенно самостоятельно ответствовал язык почтенного чародея. Хозяин языка в это время пытался понять, каким образом толпа, опасное и трудноуправляемое множество людей, так легко и спокойно перешла от опаски к сочувствию и доброй насмешке.
– Замуж?!
– волшебное слово наконец вернуло несчастному драконышу дар речи.
– Я не...
– Не хочешь жениться?
– коварно перебила "жертва".
– Нет!
– Чиррррррр!
– возмутился Штуша, пикируя на голову хозяйки.
Поддержка оказалась кстати. Или некстати?
– Так ты еще и жениться не думаешь?
– повысила голос бывшая "внучка".
– А зачем тогда обнимался?
– Я...
– на этот раз паренек сообразил, в какую ловушку его загнали, и закрыл рот, соображая, что все-таки ответить, чтоб не увязнуть еще глубже.
Но глубина женского коварства еще себя не исчерпала:
– Я ж говорю - вредины!
– заключила невеста, задрав нос.
– Бессовестные вредины!
Толпа уже хохотала:
– Ага, вот и спасай таких!
– А я бы спас, - мечтательно протянул новый голос.
– Она холесенька...
– Дожили, и этот уже в женихи... Ты до пяти лет хоть дорасти, жених!
Выступление самого юного кандидата в спасатели стало толчком: к разговору подключилась женская половина:
– Правильно, девчоночка, держи его покрепче! А то они такие: чуть отвернешься - а его уже и нету. Дела у них, видишь ли! Знаем мы эти дела!
– Правильная девица. Это по-нашему.
– Ой, а смотрит-то как, смотрит... подрастет - и за ней парни наперегонки с драконами бегать будут.
– Кто бегать, кто летать...
– Видишь, дочка, как надо? А ты все: мамонька, мне рано еще с парнями, мне рано замуж. Вот тебе и рано!
– Мам!
– Учись, дочурка, как парней правильно в угол загонять... Чтоб не улизнул. Некоторые парни не понимают, где их счастье, пока их по лбу не шарахнешь...
– Обязательно по лбу?
– деловито уточняет пышечка в полосатом платье.
– Это потому у папы там все время шишка?
– Если твой папа не прекратит бегать трактир вдовы Ханни, то шишек у него станет две! И рога из них прорежутся! Слыхал, муженек?
– Слыхал-слыхал. И я, и половина соседей...
– уныло отвечает бывший сторожник.
– Чему дочку учишь...
– Чему надо учу!
– По лбу, значит, - хищно улыбается мамина дочка.
– Я запомню.