Ах ты... дракон!
Шрифт:
– Я ему сонной травы насыпала! И все! Не надо из меня чудовище делать!
– Тихо-тихо. Ты дальше говори...
Отец на бунтарские дочкины речи сверкал короной и качал головой, мама вздыхала и утешала, что это третий уровень, что его просто надо переждать и все наладится, старший брат вспыхивал и пытался спорить... Ритху одинаково бесили все, а особенно те Старшие, кто утешал или лез с советами. Пусть сначала в своей взрослой жизни порядок наведут, а потом советуют. И запреты... о Небесный Пламень, сколько в Стае глупых запретов!
Чуть что нарушишь - опять вызывают к Старшим и вычитывают: нельзя грызть слой-дерево, нельзя руду месить, пока тебе не стукнет тридцать зим, нельзя в снежниках спать... нельзя улетать от Следящих, они отвечают за твою безопасность. И грубить нельзя, девочка, ну разве мы тебе зла желаем...
От этих укоризненных глаз скалы хотелось уже не плавить, а грызть! Все неправильно, все так глупо устроено!
А люди по-другому живут...
С человеком Ритха познакомилась случайно. Они оба нарушили тогда закон, если честно. Это озеро было ничейным, ни ей, ни ему не положено было там появляться. Но Ритхе в тот день не везло с охотой, а у озерца можно было встретить оленя. А человек заплутал и очень хотел пить... поэтому рванулся к воде прямо по корке грязи, которая вдруг провалилась под ногами. Когда драконка увидела его, то даже не сразу поняла, что это человек. Липкая затягивающая грязь дошла ему почти до ушей, а пытаясь вырваться, он вымазался весь, и только глаза еще жили в этой черноте, что была его лицом. У него были очень яркие глаза...
Конечно, она его вытащила. И отнесла к воде. А он помог ей укрыться от Следящего. А потом они разговорились.
– Он тоже очень удивился, что я разговариваю, - Ритха зябко укуталась в крылья.
– Очень...
Удивленный человек упросил драконку согласиться на еще одну встречу. А потом еще на одну... и еще. Они рассказывали друг другу о своих народах, удивлялись, как много глупостей накопилось из-за этой вражды и отгороженности. Он не знал, что драконы разговаривают, что они могут принимать человечий облик...
– Что?!
– ошалел маг.
– Что, правда?
Ритха только фыркнула.
– Но... быть же не может!
– Отъемся - покажу. Сейчас можешь не верить. Разрешаю.
Она не знала, как людей много, как ценят у них самое обычное кусковое золото, как они свою еду сами выращивают - специально кидают в землю семечки и растят. Не знала, какие у них потрясающе красивые пещеры.
Он не отрываясь слушал "Летопись Крылатых и дел их", потрясенно-недоверчиво переспрашивал... она изумлялась, как все перепутано в человечьей истории про обретение магии...
–
Ритха невесело усмехнулась.
– А от кого, по-твоему, вы ее получили? Только мне про богов врать не надо...
– Но...
– Парень, подумай: если я у тебя магию забрать смогла, то могу и вернуть, так? А могу и лишку передать...
– Правда можешь?
– Если будешь прилично себя вести, мы подумаем, - влез я.
– Достал уже перебивать на каждом слове!
Скоро она срывалась к озеру каждую неделю. Обманывая Следящих, нарушая запрет на разговор с человеком, даря ему золото, Ритха чувствовала себя взрослой, самостоятельной, умной - куда умнее Старших с их замшелыми законами! И если им с Арриеком удастся помирить людей и драконов, то это будет ее великое дело, ее подвиг, который не забудут до угасания Небесного Огня! Если на драконов перестанут охотиться...
Однажды Арриек пропал. Вернулся он лишь через две недели и какой-то не такой - похудевший, мрачный, весь напряженный. Глядя в сторону, предложил встретиться с его "учителем" - так люди, кажется, называли своих Старших. Он, мол, может помочь советом.
И как-то сдавленно попросил принять человечий вид. Протянул накидку - людям среди людей положено надевать искусственные шкурки - и стало темно.
Потом она видела Арриека еще два раза. Первый - когда он уговаривал Ритху послушаться "учителя" и сделать то, что он просит... то есть завалить человечью пещеру, где держали драконку, золотом, вдохнуть в "учителя" побольше магии, согласиться лечить кого скажут - это, мол, как раз поможет примирению рас. Если драконы докажут свою полезность, то король, конечно, будет рад заключить мир...
Но в голосе бывшего друга не было убедительности. Он говорил, снова глядя куда-то в сторону, много, горячо, как-то лихорадочно, постоянно оглядываясь назад, словно опасаясь пинка в спину. И А Ритха тогда еще не поняла, насколько сильно влипла - и не сдержала нрава, высказав все, что было на языке. И за накидку, которая оказалась специальной противомагической сетью, и за подлость, и за дикое предложение родить драконенка - у них, мол, есть от кого... ну уж нет! Родить - и отдать этим? Да пошли они!
Потом Арриек мелькнул еще раз - если это был он, конечно. Раньше она никогда не слышала, чтобы маг кричал. А этот орал, что ему обещали другое, что он не согласился бы, если бы знал. Хотя это могло быть и бредом - к тому времени Ритхе уже было слишком плохо, чтобы она могла ясно соображать. А от крика, кажется, еще сильнее болела голова.
Сколько прошло дней, она не знает. Через некоторое время ей уже было все равно, кто приходит, что требует и что при этом кричит - было одинаково больно и одинаково противно... только умереть хотелось поскорее. Вырваться было никак, подать о себе весть - никак. Сейчас она бы отдала всю оставшуюся у нее жизнь - только чтобы рядом промелькнул хоть один Следящий, хоть на миг - только чтобы племя узнало, что случилось, чтоб хотя бы не ждали...