Ах ты... дракон!

Белова Елена Петровна

– Горожане, мы переживаем удивительное событие. Впервые в... кхм, в известной истории произошло обретение магии столь многими. Конечно, будет нелегко, но стоит только представить... что за хрень?

Народ, уже более-менее притерпевшийся к летающим людям, золоченым палаткам (к сожалению, уже закончившимся) и марширующим строем жабам (забава недоросля Таукко, поваренка из гостильни), недоуменно заоборачивался. Мол, что там еще может быть такого, что градоправитель заинтересовался такими словами?

Над улицей Ракушек поднималось странное облако. Плотное, с удивительно четкими краями, оно двигалось плавно и стремительно, даже в чем-то

красиво. Только ощущение эта плавность отчего-то оставляла нехорошее. Так человек на шторм с берега смотрит или на хищника за решеткой. Ничего не скажешь, красиво... но подойти поближе и вступить в контакт боги упаси! Сразу вспоминалась куча всяких неотложных дел и ближайшая дорога к оным.

Сейчас был как раз такой случай. Облако двигалось с неприятной целеустремлённостью змеи, узревшей птичку. И было в нем что-то такое... неприятно знакомое.

Серое, белое, зеленое, синее. Снова белое. Быстро меняя цвета, оно вытянулось, распахнуло крылья... оскалило пасть... гигантская голова ощетинилась знакомыми шипами... и волна белого пламени затопила ближайшую крышу.

Толпа слитно охнула и шатнулась. Кое-кто присел, спешно закрываясь от страшного, кто-то заверещал и задергался, пытаясь унести ноги. Сторожа, доблестно охраняющая порядок (и почти сохранившая, что интересно!), тут же поделилась на верных долгу и не очень, хотя старшие вовсю орали, призывая к храбрости и порядку, не стесняясь хватать лишенных храбрости за воротник и трясти (видимо, пытаясь вытрясти эту храбрость откуда-то из пяток).

А "дракон" еще раз широко разинул пасть... и лопнул вдруг, рассыпавшись на быстро тающие тучки, клочья и капли. "Корона" закружилась в воздухе, раскидывая темные "брызги", "хвост" влепился в чей-то крышный обвод...

Вельхо, только-только изготовившийся к бою, растерянно опустил руку.

– Что это такое?

– Не знаю, - вельхо потер кожу - активированный знак требовал приложения, а до тех пор ощущался как ожог.
– Это обычная вида, то есть искусственное производное фантомного порядка... она не должна производить реальные эффекты!

– Но эта производит!
– с крыши валил пар и летели осколки - перегретая черепицы рвалась не хуже ореховой скорлупы.
– Что это такое?!

Пронзительно закричала девчонка рядом с седой дамой - маршировавшие по мостовой жабы - творчество поваренка - стали сбиваться с шага и злобно коситься на людей красноватыми глазами... А главное - они росли, росли с каждым шагом, как будто мальчишка с даром от Живы получил и часть способностей своего соседа-гончара, последние полчаса занимавшегося подращиванием своих горшков.

Погодите-как. Подращиванием...

Ближайшая жаба злобно зыркнула, казалось, прямо на не в меру догадливого мага. Подращивание...

Проклятие!

– Это может быть смешение магии!
– торопливо проговорил Пало.

– Что?
– нахмурился Правитель города.

Но вельхо говорил не ему, а скорей, себе, словно от проговаривания догадка скорей выкристаллизуется:

– Она непроизвольная, поскольку люди ее только что обрели, и разнородная... ох! И бесконтрольная, они ведь не учились. И если она смешивается, пятеро богов, это может быть очень опасно!

И это еще мягко говоря!

Получился когда-то у двух "куколок" одновременный отпечаток - медный человек с двумя головами. Уникальное

получилось творение. И тем, что человекоподобное, и тем, что было способно к передвижению на довольно большие расстояния, и тем, что обладало некой долей разума (а посему своих невольных создателей слушать не собиралось, а действовало самостоятельно и целеустремленно). Магии оно тоже не подчинялось - ни расплавить его, ни вернуть обратно, откуда бы оно не явилось, так ни у кого и не вышло. Единственный плюс от его присутствия был в том, что безумное изделие беззаботно-хулиганистой молодежи случилось в момент уборки и, видимо, поэтому полагало целью своего существования вытряхивание ковриков и спальных подстилок. "Личинки даже обрадовались поначалу. Но вскоре убедились, что минусы перевешивают. Беда в том, что двухголовый не нуждался ни в сне, ни в отдыхе, единственное, чего он желал, было помянутое вытряхивание, чем и занимался беспрерывно, днем и ночью, без всяких пауз, и матрасы с ковриками у "личинок" кончились даже скорее, чем терпение. Но оно тоже иссякло, когда за неимением должных объектов медноголовый принялся за полотенца, занавески, книги. Когда дело дошло до одежды, трещину дала даже тренированная выдержка вельхо. В отсутствие наставника (тот отправился за советом) непутевый отпечаток совместными усилиями выпихнули за дверь и направили в сторону болота, горячо надеясь, что на этом их мучения (и потери) закончатся. Как бы не так. Изгнание совершилось на третий день, а в ближайшую деревню он пришел на девятый... Где и продолжил свою полезно-вредительскую деятельность, вторгаясь в дом за домом и целустремленно убирая их в своей неповторимой манере: все более-менее похожие на тряпки изделия должны быть вытряхнуты и повешены на веревочку. Даже если в момент собственно уборки в них кто-то болтается и вопит.

Отловили ненормальный отпечаток старшие маги из Нойта-вельхо. Они и определили, что произошел редкий случай совмещения одномоментно совпавших чар сотворения металла и оживления, воплотив поистине уникальное создание. Чрезвычайно редкий случай, так как оживление метала относится к разделу "Невозможно, пытаться не стоит". Уникум до сих пор трудится в столице (там на него работы хватает), служа одновременно уборщиком для желающих и пугалом для непутевой молодежи...

Впрочем, рассказывать о промелькнувшем воспоминании юности Пало не собирался. Нужно срочно взять ситуацию под контроль, иначе "уникальным" станет весь город... точнее то, что от него останется.

– Не могу, - стоявший на коленях над телом моего соседа Терхо отвел от него руки и нахмурился, растирая предплечья.
– Славка... какое твое второе имя?

– Что? Ярослав... Ярослав Сергеевич Зимин.

Если бы не необходимость приглядывать за соседней крышей (откуда теоретически могли появиться драконоловы), я бы полюбовался выражением лица нашего "обесчещенного".

– Три имени?! У тебя...

Это было сказано с таким потрясением, будто Славка признался в тайном королевском происхождении. Мой сосед даже улыбнулся - по голосу почувствовалось.

– И у Макса.

– Правда?

Нет, ну нашел время! Как же я люблю частную медицину! На расстоянии!

– Терхо, какого черта?

– Макс, подожди, для них это важно...
– что-что, а терпение у Славки было железное. Еле лежит, губы кусает, а разговаривает - будто на уроке, четко, коротко, вежливо так...
– Да, у нас три, но давай я потом про наши традиции расскажу? А пока я просто Славка, а Максим - Макс. Почему сейчас ты не можешь восстановить чары?