Аистова башня
Шрифт:
– Ну, пожалуйста… Дядя Рык… – жалостливо заныл Руська. – Вы ведь тоже зверь! Мы от охотников спасаемся.
– Охотники в нашем лесу? Где? – настороженно спросил волк.
Потом огляделся. На загривке дыбом поднялась шерсть, страшная пасть раскрылась, явив зайцам огромные жёлтые зубы.
– Там, – ничуть не смутившись, показал зайчонок лапой в сторону Круглой поляны.
Рык с облегчением выдохнул.
– Ф-фу, ну и напугал ты меня, заяц, – сказал он. – Нельзя ж так, право слово… Хорошо. В такой ситуации зверь должен зверю помочь. Всё верно. Но в другой я б на вашем месте поостерёгся… Так
Волк перевёл взгляд с Руськи на родителей.
Цезарь, немного осмелев, подошёл поближе.
– Простите, уважаемый Рык…
– Хрустович, – подсказал волк отчество.
– Нам бы, Рык Хрустыч, на ту сторону перебраться, а? – заяц просительно посмотрел на хищника.
– Пойдёмте за мной, – позвал без лишних вопросов волк и исчез в кустах.
– Мам, ты с нами? – позвал Руська.
Чуть заметная волчья тропа вела через овраг прямо на другую сторону. Естественно, без такого провожатого семья зайцев ни за что бы не осмелилась по ней пройти. Да и сейчас было страшновато. Но задачу надо срочно решать. И надежда только на Анатолия, к дому которого другой дороги не проложили.
Когда путники оказались уже внизу, Рык резко остановился и обернулся.
– Постойте. Уж не к старому ли аисту вы собрались? – спросил он.
– К нему, – ответил Цезарь, – а что?
– Ничего, – ответил волк. – Только он здесь больше не живёт. Переехал с неделю назад.
– Куда он переехал? – подала голос наконец-то пришедшая в себя Зоя.
– Да за Буреломы. Сказал, там ему спокойнее. Но на юг не улетел, это я точно знаю.
Зайцы встали, как вкопанные.
Известно, что иногда можно договориться с волками, найти общий язык с филином и даже с коршуном… Но в Буреломы! Туда идти уж совсем небезопасно. Дело в том, что эту часть леса обходят даже некоторые люди. И не только потому, что Буреломы расположены в местах труднопроходимых – за болотами. Но ещё и оттого, что обитатели их, мягко говоря, не очень-то дружелюбны. На Топком Месте перед Буреломами живёт не слишком добрая, зато невероятно многочисленная скользкая семейка – Гадюшины. А если через топь перебраться и удастся, среди поваленных деревьев можно запросто угодить в лапы хитрых плутовок Лискиных – мамы и дочки. Лизавета с Люсей зайцев очень любят! Только не с точки зрения приятности компании, а исключительно на завтрак, обед и ужин.
Рык Хрустович здорово озадачил Цезаря. Взрослый заяц стоял теперь растерянный и не мог придумать, как его семейству поступить. Может, вернуться домой? Может, ушли охотники?
Нет, эти ушли – придут другие. Несколько лет назад в лесу охотников было полным-полном. Тогда и звери здесь селились редко. Это в последние годы люди куда-то запропастились. И только лесные жители начали возвращаться, только-только вздохнули свободно, как – на тебе! Снова несчастье… Что прикажете делать? Новый лес искать? А запасы? Да и кто ж из приличных-то зверей, глядя на зиму, дом покидает? Так и вовсе без крыши над головой можно остаться. А то и вообще погибнуть.
– Что закручинился, Лопоухов? – спросил волк.
– Да вот думаю я, Рык Хрустыч, что теперь не только нам, но и вам житья в лесу не станет. Если человек с ружьём сюда вернулся, зверю места не останется, – грустно проговорил Цезарь и посмотрел на супругу.
– Это
В это время из-за кустарника раздался зов:
– Деда-а… Дед! Ну ты где?
А через минуту на тропинку, отряхиваясь от прилипшей сухой травы, вышел заспанный волчонок. Заметив Лопоуховых, он с опаской посмотрел на старого волка и перевёл взгляд на Руську.
– Привет, – сказал он, встряхнув головой. Наверное, чтобы окончательно проснуться. – Вас так много… Каким ветром в наши края?
– С добрым утром, – ответил зайчонок. – Познакомься, это мои папа Цезарь и мама Зоя.
– Здрасьте, – кивнул волчонок и, усевшись на землю, почесал лапой за ухом. – Я Жора. Волк.
Рык Хрустович улыбнулся. Волк! А как же?
– Ладно, зайцы, – вновь нахмурившись, проговорил Рык. – Пойдёмте, что ль, в Буреломы? Вместе. Помощь не только вам нужна. Самим, без Анатолия, чую, нам не справиться.
Через Топкое Место
Путь к Топкому Месту оказался не таким уж и близким. Да ещё издали слышалось эхо от страшных выстрелов – чуткие уши зверей различали тревожные звуки. Люди в лес заглянули серьёзные, такие без добычи ни за что не уйдут. Рык с Цезарем, прокладывавшие дорогу, то и дело оглядывались назад, проверяя, не отстают ли Зоя с детьми. Зайчиха, постоянно шпыняла малышей, скачущих от дерева к дереву. Зверятам, похоже, на все опасности было начхать.
Когда под лапами начала чавкать вода, неяркое осеннее солнце находилось уже в зените.
– Стоп, – скомандовал волк. – Выходим на болото.
– Ну наконец-то, – обрадовался Жора. – А я думал, что нам идти ещё и идти.
– Нет, мы почти на месте, – ответил Рык. – И давайте-ка поосторожнее. Ступайте за мной шаг в шаг, и только на кочки. Цезарь, идёшь последним. Следи, чтоб никто не отстал.
– Конечно, Рык Хрустыч, – согласился Лопоухов. – Жора пусть шагает за вами, потом – Зоя, а Руську я возьму на спину. Прыгай обратно, сынуля.
Отец снял со спины рюкзак и раскрыл его перед зайчиком.
Когда из-за длинных отцовских ушей показались Руськины ушки, компания не спеша двинулась по болоту. Но пройдя шагов тридцать, старый волк остановился. Прислушался и принюхался.
– Что-то не очень мне нравится это место, – с волнением в голосе проговорил он. – Может, обойдём?
– С удовольствием, – поёжилась зайчиха.
Было видно, что ей тоже не по себе. Но Цезарь покачал головой.
– Нет, Зоя, – решительно сказал он, – обойти не получится. Слева люди, а справа река. Так что придётся нам идти прямо. Ты, главное, держись за волками. Рык Хрустыч…
– Давай-ка, заяц, без отчеств, – попросил волк. – Так проще. Ладно, идём уже. И внимательно смотрим под ноги. Ненароком на Гадюшиных не наступите.
Волк снова двинулся по мокрой узенькой тропинке, осторожно наступая на кочки. Проверяя, нет ли подвоха. Остальные старались ступать след в след.
Долго ли шли, коротко ли, но оказались они в самом сердце Топкого Места. И тут же услышали злобное шипение.
– Кто тут? – вздрогнув, насторожился Рык.
В ответ зашипело ещё громче. Теперь можно было разобрать слова.