Академия 2

Давление

— Чувствуете, дамы и господа?! Чувствуете как вибрирует воздух в ее присутствии?!

“Да-а-а-а!”, “Идель, ты лучшая!”, “Я хочу от тебя детей!”, “ Ударь меня своей хонкай-лапой!”

— …опасная, как яд королевской кобры! Неподражаемая…. — продолжал заливаться диктор.

Что происходило со зрителями трудно описать словами. Трибуны гудели, орали, свистели. Казалось, что люди вот-вот начнут выпрыгивать на песок.

В сторону Идель летели цветы, разноцветные ленты, какие-то бумажки, плюшевые игрушки и даже чьи-то

трусики. А я обратил внимание, что среди обычных гостей стал популярен розовый цвет волос. Своим диким поведением во время матчей занозе удалось непросто вызвать чувство симпатии, но буквально влюбить в себя.

— Ох и удивила ты нас всех, Идель. Ох и удиви-ила, — Тереза покачала головой. — Но я рада, что у тебя все получается. Твои успехи греют мое маленькое сердечко, ня. Продолжай в том же духе!

— Буду стараться, — хонкай легонько поклонилась и выжидательно уставилась на поднос с платиновым знаком отличия. Но Тереза по каким-то причинам не спешила его отдавать.

Княжна в нетерпении начала переминаться с ноги на ногу и поглядывать в сторону медальки.

— Госпожа Тереза, ам… а можно? — богиня войны выглядела как школьница в буфете, которая смотрит на сладкую булочку, но вспоминает наставления мамы о вреде мучного.

— Ха-ха, конечно, можно! Даже нужно! Но-о-о… не сейчас.

В этот момент, неожиданно для Княжны, стадион сначала охнул, зашептался, а затем взорвался громкими криками. Зрители повскакивали со своих мест и стали тыкать куда-то пальцем.

– “Хо-о, а вот и наш “друг” Джек.” — Идель видела глазами Княжны. Картинка хоть и была смазанной, но некоторые детали все-же можно было разобрать.

— Что он тут делает? — Княжна удивленно хлопала ресницами и смотрела на приближающегося мужчину.

– “Не поняла? Я думаю, он против того, чтобы ты получила эту медаль. Говорила же… топор войны, который мы зарыли, так просто не откопать. А теперь тебе придется выбрать: драться или отдать свою награду ему.

Сложный выбор.

Княжна не хотела драться, но и свою награду отдавать тоже не хотела. Хонкаю очень нравилось, когда ее хвалили, а эту медаль была своего рода квинтэссенцией похвалы. Знаком отличия того, насколько она молодец. Насколько она больший молодец, чем все остальные молодцы.

А между тем, Джек подошел вплотную. Остановился, ухмыльнулся и посмотрел на Терезу. Княжна проследила за взглядом мужчины и увидела, что тот направлен в сторону медали.

— Д-джек? — аж сердечко кольнуло. Так не хотелось выбирать.

— Никогда не думал, что скажу такое…

***

Немного ранее.

— Я не буду этого делать! Схренали я?! Почему не все остальные?!

Фу Хуа скрестила руки и покачала головой. — Это ведь несложно, Джек. Я чувствую, что между вами… как бы сказать…

— Сосиска пробежала, — помог договорить фениксу.

— Хм… какое странное выражение, но… да. Пусть будет так. Я чувствую,

что между вами пробежала сосиска. И мне хотелось, чтобы этой сосиски больше не было.

— А её, спасибо всем святым, уже нет, но вот осадочек остался. Боюсь мне будет сложно выполнить то, что ты от меня просишь.

“Немыслимо! Это просто немыслимо!”

Я пребывал в некотором шоке от слов Фу Хуа. День начинался так хорошо, а потом она внезапно придавила меня своей просьбой выйти на арену и поучаствовать в награждении занозы.

— Джек, — Фу Хуа тихо произнесла мое имя, подошла ближе и, обхватив мои ладони, стала растирать пальцы. — Что-бы между вами не случилось, это уже давно в прошлом.

— Такое не забудешь, уж поверь. — мне тоже пришлось сделать голос тише. — Идель по своей природе неблагодарна, с весьма скверным характером и желанием портить все и вся.

— Неправда, — взгляд феникса встретился с моим. — Возможно, она была такой когда-то, но Идель изменилась.

Я отмахнулся. — Кто угодно, но только не она. Даже не проси меня этим заниматься, и вот… — я все-таки попал в ловушку. Фу Хуа склонила голову и едва улыбнулась. Пепельные глаза смотрели на меня из под аккуратных длинных ресничек. — Вот не на-а-адо так делать. Не надо!

“Знаю эти бабские приемчики. Где только успела научиться?”

— Хах, — она отпустила мои ладони. — Хочешь я докажу тебе, что она изменилась?

— Валяй, но имей ввиду, что скоро ее награждение и времени у тебя мало.

— Она знает кто такая Дженнифер, Джек. — Фу Хуа рискнула использовать последний аргумент.

— Э-э? В смысле знает? Откуда?

— Мне пришлось, — лицо феникса стало каким-то уж очень виноватым. На такую даже ругаться не хотелось.

У меня не было слов. — Она тебе угрожала что ли?

— Джек, а что бы ты ответил, если бы тебя спросили: почему эта девушка ведет себя как Джек, говорит как Джек, двигается как Джек и чуть ли не пахнет Джеком? Чтобы ты сказал? Уже не говорю о куче безумных теорий, которые она выстроила вокруг непонятной Джеко-девушки. Я, конечно, пыталась выкрутиться, но… врать у меня получается не очень, да и доводов было слишком много. Побоялась, что это может перерасти во что-нибудь нехорошее.

— Ладно, ладно… Я тебя не виню, — поднял руки в примирительном жесте. — И как долго, вернее, с какого момента она это поняла?

— Почти с самого начала.

А вот это меня не на шутку озадачило. То есть она знала, что Дженнифер это и есть я, но ничего не сказала. Ни шуток, ни подколов… Более того, она продолжала помогать мне в учебе.

— С ума можно сойти… — в памяти всплыл момент, когда Идель увидела застрявшего кролика и потом еще полчаса не могла остановить истерику.

— Так что скажешь, Джек? Мне кажется ваша вражда затянулась. Я бы попросила ее сделать первые шаги, но думаю она их сделала уже предостаточно.