Акарная

Нони Линетт

Алекс была слишком занята рассматриванием невидимых узоров и не сразу заметила, что они все на нее смотрели.

— Что? — резко спросила она. — Очень красивые цвета.

Кайден попробовал, но не смог сдержать улыбку, и Алекс определенно слышала, как кто-то засмеялся.

— Пошли, уведем тебя отсюда, — сказал Кайден и протянул руку, чтобы помочь ей подняться с кровати.

— Алекс, увидимся утром, — произнес Флетчер и добавил: — Кайден, потом возвращайся, чтобы я осмотрел твою лодыжку.

Кайден ответил согласием, а

Алекс сонно кивнула и поплелась к выходу.

— Это я? — спросила она, когда они медленно шли по территории школы.

Он уберег ее от столкновения со стволом дерева и вернул обратно на дорожку, перед тем как спросить:

— Что ты?

— Повредила твою лодыжку. Это произошло, когда я пнула тебя?

— Так точно, — ответил он, и в его голосе звучало что-то похожее на гордость.

— Прости, — пробормотала она в ответ.

— Не извиняйся, — ответил он, с легкостью поймав ее, когда Алекс споткнулась о трещину, и поставив обратно на ноги. — Ты прекрасно справилась.

— Но я покалечила тебя! — произнесла она, опять спотыкаясь, на этот раз о камень. Он поймал ее, снова. Алекс задумалась, почему ей не стыдно от того, какая она неуклюжая после лекарств. Вероятно, лекарство повлияло не только на способность идти прямо, но и на способность испытывать стыд. Неплохо.

— Ты целенаправленно нанесла мне удар, — отметил он. — Ты делала то, что должна была.

Алекс задумалась над его словами, пока он обводил ее вокруг клумбы.

— Я думаю, ты прав, — сказала она наконец, и он согласно улыбнулся. Как же ей нравилась его улыбка.

— Спасибо, — сказал он, улыбнувшись еще шире.

За что он ее благодарит? Она что, произнесла это вслух?

— Ага, — произнес он, слегка посмеиваясь.

— Ты можешь читать мысли! — вскрикнула она и при этом так резко остановилась, что умудрилась споткнуться о свои же ноги. Сделала она это настолько неожиданно, что Кайден не сразу сообразил, что ее нужно ловить, но в последний момент успел подхватить ее за талию и прижать к себе.

— Нет, мысли читать я не умею, — произнес он, отпустил ее и сделал шаг назад, оставаясь рядом, на случай если она опять начнет падать. — Но советую тебе сперва подумать, а потом говорить или перестать думать и говорить одновременно, просто на всякий случай.

Алекс зарычала, краснея от стыда, от которого ее не спасали уже даже лекарства.

— Эй, не переживай ты так, — произнес он. — Вероятно, завтра ты все равно ничего не вспомнишь.

— Но ты-то запомнишь!

— Ага, — в его глазах плескалось веселье. — И когда-нибудь, когда ты меньше всего будешь этого ждать, я напомню тебе обо всем этом и о том, как сильно тебе понравилась моя улыбка.

Алекс решила, что в этой ситуации лучше всего будет держать язык за зубами, и сосредоточилась на том, чтобы не упасть на ровном месте.

До дверей общежития они добрались без казусов, вербальных или физических, и остановились у входа.

— Как

думаешь, отсюда ты доберешься? — спросил Кайден.

Алекс еле сдержалась, чтобы не показать ему язык.

— Будет трудно, но справлюсь, я верю.

Она двинулась к дверям, но спустя мгновение остановилась и обернулась.

— Спасибо, что подтолкнул.

— Жду, не дождусь, когда тебе потребуется еще один толчок, — произнес он на удивление искренне.

Алекс продолжила путь, но больше не оборачивалась. Она и так знала, что он все еще стоит и ждет, пока она доберется.

Когда она добралась до комнаты и упала на кровать, ей в голову пришла мысль, что ребята из класса борьбы не такие и ужасные, как она всегда думала.

Глава 39

— Ба-бум. Бу-бум. Бу-бум. Бу-бум. Бу-бум. Бу-бум.

Алекс проснулась на следующее утро от пульсирующей боли в плече. Она попыталась вспомнить о словах Флетчера о том, что ей нужно зайти к нему за лекарствами, но что он конкретно говорил не вспомнила. Все ее воспоминания заканчивались на моменте, где ей вправляли плечо, а дальше все было в тумане.

— А как я вообще добралась до спальни? — задумалась она с тревогой.

Все, что она помнила, это просьбу Флетчера проводить ее до общежития. Но говорили ли они по пути сюда, она не помнила, лишь надеялась, что не натворила ничего, за что ей может быть стыдно.

Встав с кровати и увидев в каком она состоянии, Алекс не сдержала стона. Вся ее одежда была в грязи, которая оказалась еще и на кровати, и в некоторых местах в комнате. Странно, что Д.К. не разбудила ее, чтобы указать на весь этот беспорядок.

Алекс сняла постельное белье и поплелась в душ, с целью сперва привести себя в порядок, а потом уже пойти к Флетчеру за обезболивающим.

Уже двадцать минут спустя она помылась, надела чистую одежду и вышла из комнаты.

— Как ты себя чувствуешь сегодня? — спросил Флетчер, как только она переступила порог.

— Намного лучше, спасибо, — ответила она, приподнимаясь на кровати и слегка морщась от боли, которую принесло это движение. — Похоже я вчера просто отрубилась.

— Да, я дал тебе довольно сильное обезболивающее, — ответил он. — На самом деле, я удивлен, что ты смогла дойти до комнаты. Но Кайден сказал, что у тебя не возникло с этим никаких проблем.

Его слова успокоили ее. Она бы сгорела со стыда, если бы выяснила, что Кайдену пришлось нести ее.

— Я почти ничего не помню, — произнесла она.

— Это распространенный побочный эффект транквилизатора, — убедил ее Флетчер. — Но ты будешь в порядке. Давай посмотрим, как продвигается процесс выздоровления.

Он снова применил МедТех, чтобы сделать рентген. После тщательного осмотра голограммы доктор произнес:

— Все в порядке.

— А как долго оно будет заживать? — спросила она. — И когда перестанет так болеть?