Акито
Шрифт:
Мы повалились на землю. Девушка била меня по груди своими кулачками, пытаясь остановить меня.
– Прекрати... я сейчас лопну от смеха.
– И некоторое время спустя я прекратил свои злодеяния. Рухнув рядом на землю, залюбовался прекрасным звёздным небом.
Вот так мы и лежали, успокаиваясь, созерцая ночное небо.
– Вон звезда упала, ты успела загадать желание Юрика?
– Привстав на правую руку заглянул ей в лицо. Сияющее радостью глаза, чуть покрасневшее личико с такими милыми ямочками на щеках и растрепанными, рассеянными по земле волосами, вызывали чувства нежности и умиление.
– Успела.
– Обнадёжила меня
– Какое желание ты загадала, если не секрет?
– Чтобы многие выжили на Марсе.
– Удивила, таким необычным желанием.
– Честно, и я этого хотел, но даже если и многие уцелели, то, как их оттуда спасти?
– Горестно вздохнул я.
– В этом, как раз и заключается первая основная миссия Надэсико.
– Обрадовала меня такой неожиданной новостью.
– То есть, мы полетим спасать беженцев?
– Да!
– А сможем ли? На Марсе пришельцы сделали свой плацдарм и их там очень много.
– Сомневаясь, выразил свою мысль.
– Сможем, с таким мощным и маневренным боевым крейсером, мы просто обязаны выполнить возложенную на нас надежду. Если не мы, то кто? Большими войсками наши бравые вояки уже пробовали, и ничего не вышло, а лучше нашего Надэсико просто нет. Ждать нового поколения боевой техники от Корпорации Нергал - лучшего производителя оружия, слишком долго и не факт, что получиться нечто гораздо лучше нашего крейсера. Ожидание же будет иметь высокую цену - потерей жизни выживших людей с каждым днём.
– Чтож, я безудержно рад, такой грандиозной и безусловно необходимой операции, как спасение выживших людей на Марсе. В свою очередь, почувствовал сильную потребность поучаствовать в этом. Так, что непременно вступлю в команду Надэсико.
– Горячо и пылко заверил я капитана.
Повисла тишина, каждый задумался о своём. Не знаю, о чём думает Юрика, моя же голова была поглощена мыслями о том, что полезного смогу сделать здесь, когда стану членом экипажа крейсера. Конечно, труд повара, безусловно, важен, вот только как не банально это не прозвучит, хочется участвовать в схватках против джовианцев. Лупить их и в хвост и гриву. Может это и звучит по-юношески, однако есть ещё одно обстоятельство: не могу простить этих захватчиков - пришельцев. Джовианские ящеры посылают на войну беспилотные боевые модули, и те не зная жалости, уничтожают всё на своём пути. Именно по этой причине, стараюсь не смотреть новости, потому как, видя, какие они приносят беды и боль мне становиться плохо. Плохо оттого, что я бессилен, что-либо сделать - изменить, вмешаться, уберечь, защитить кого-либо, а смотреть на такие вещи беспристрастно не могу. Именно поэтому мне бы хотелось, непосредственно принимать участие в боевых столкновениях, нежели смотреть на это со стороны, сжимая кулаки от злости и глотая слёзы в бессильной ярости.
– Ааах...
– протяжно заразительно зевнула Юрика, элегантно прикрыв ладошкой рот.
– Пора на боковую.
– Констатировал я, еле сдерживая свою зевоту.
Девушка сонно на меня посмотрела и кивнула, соглашаясь со мной. Галантно подав ей руку помощи, помог встать. Вежливо меня, поблагодарив, капитан пошла, отключать установку.
Возвращались мы назад, той же дорогой. При выходе из лифта я пожелал ей приятных снов. Юрика, как оказалось разместилась уровнём выше.
Придя в свою каюту, по быстрому переоделся в спальное трико (привык спать в штанах) улёгся в кровать. Слегка прикрылся одеялом, так как в каюте было относительно
Глава 2. Знакомство с мисс Хомвей.
Что это - землетрясение? С потолка посыпалась штукатурка. Послышался глухой удар, снова сыпется штукатурка. Удар, удар... Прозвучал взрыв исходящий откуда-то сверху, штукатурка сыпется не переставая. Толчок, помещение затрясло.
Такое ощущение, как будто к нам рвётся какой-то великан. Я теперь чётко понял, почему на нас падает всякий мусор, все удары исходят снаружи по потолку. Звучит серия взрывов. Да, что же здесь происходит. Никак не мог я понять. Воюют там, что ли?..
– Мама, мне страшно...
– заплакал мальчик, находившийся неподалеку от меня.
– Всё хорошо, не бойся, - успокаивала ребёнка мать.
Перестав палиться в потолок, оглянулся вокруг себя. Рядом со мною стояла мать с плачущим ребёнком. Я находился в каком-то закрытом помещении. Здесь так же находились люди, которые расположились небольшими группами.
Решил пройтись. Под не прекращающий шум и тревожный людской гул, начал осматривать помещение. Тут напрочь отсутствовали окна. Несущие колоны, подпирающие потолок были очень мощными. По потолку и по стенам шли стальные балки, укрепляющие их. Тускло горели лампы, и казалось, они ни сколько освещают всё вокруг, сколько поглощают свет. Кое-где на полу лежали ящики разных размеров. Некоторые из них были аккуратно сложены, другие же наоборот располагались хаотично повсюду.
В этом склепе находилось около 70 человек. Среди них присутствовали военные, медики, рабочие - люди совсем разных специальностей. Возрастная категория и пол были разными. Здесь тебе имелись и старики, и дети, а так же молодые мамаши со своими мужьями, юноши и девушки. В общем, тут собрался самый разномастный люд. Однако кое-что их объединяло - на лицах у всех отображалось беспокойство, тревога, волнение. Кто-то из них сдерживал свои эмоции, другие же тихонько плакали, некоторые мужики громко ругались и махали руками.
Проходя, мимо группы военных из трёх человек я услышал их разговор:
– Штаб, штаб...
– Пытался связаться с ними по рации, один из военных.
– Может, рация сломалась?
– Предположил, другой.
– Нет, скорее всего, мешают помехи или враги перекрыли частоты.
– Высказался третий военный.
– Возможно, их уже нет в живых.
– Вмешался в разговор пожилой и уже лысеющий мужчина - одетый в тёмную рубашку и чёрные брюки, который сидел от них неподалёку. Судя по одежде - явно гражданский.
– Ты это о чём это старик?
– С волнением в голосе спросил самый молодой из военный.
– О том, что людей на поверхности - нет.
– Не гони мужик.
– Возмутился другой военный.
– Не нагнетай обстановку. Просто там...- указал пальцем в потолок - все заняты, но наверняка скоро ответят.
– Штаб...
– Продолжил тот, что держал рацию в руках.
– Блажен тот, кто верует.
– Тихо пробормотал сидящий пожилой мужчина и приложился к фляге. Отпив немного скривившись, крякнул.