Акито

Клыков Тимофей Кирсанович

– Всё щас помру...
– С несчастным видом сполз с велосипеда, больше страдая от жары, нежели от усталости.

– Бедный Акито.
– Вмиг подскочила ко мне заботливая Юрика.
– Давай, теперь я сяду на велосипед.
– Предложила разделить со мною муку моих страданий.

– Нет.
– Твёрдо ответил я.
– Ты снова хочешь вспотеть от жары?
– Проговорил я, тяжело дыша.
– Я не приму такую жертву с твоей стороны. И потом мне станет неприятно оттого, что моё старание пропадет впустую, и ты вновь будешь мучаться

от жары. Нет уж, дудки, уж лучше я один сегодня буду страдать от жары.

– Акито ты такой хорошенький.
– Бросилась она меня обнимать, не смотря на то, что я был взмокший от пота.

Признаться честно, такие объятия мне очень понравились, и поэтому я не стал отстранять от себя девушку. Тем более что капитан в порыве своих эмоций начала тереться своей щекой об мою. Нежные чувства заполонили мою грудь, и я покрепче прижал её к себе.

Да, такая награда за мои старания была более чем приятна. И я уже не чувствовал усталости вовсе, а про жару забыл и вовсе.

– Спасибо тебе Юрика, - Мягко отстранил от себя девушку.
– Ты мне придала сил для нового подвига.

С такими словами я встал и снова сел на велосипед. Девушка довольная тем, что приободрила меня, вернулась к своему стулу и ярко улыбаясь, закрыв глаза, начала крутить головой в разные стороны. Отчего её сиреневые волосы взметнулись и красиво развеялись на воздухе. Создалось впечатление, будто мы находимся на лугу и всю троицу обдувал нежный и слегка прохладный ветерок. И главными, и самыми прекрасными цветками являлись наши девушки.

Рури-тян наши обнимашки с капитаном хорошо видела, и я точно увидел отблеск некого чувства вспыхнувшего в её глазах, но до конца так и не смог его распознать. Потом она тоже прикрыла глазки и счастливо заулыбалась краешками губ.

Мастер Ури-пи на всё происходящие не обращал ровным счётом никакого внимания.

Я, сделав ещё несколько заходов, после чего окончательно выдохся. Сев близко напротив кондиционера, который ещё хранил прохладу, начал приходить в себя.

– Простите меня девушки, но я больше не в состояния садиться за этот агрегат.
– Махнул головой в сторону велосипеда.

– Да нет, это мы тут засиделись, правда, Рури?
– Легонько теребя за локоток, Юрика подталкивала её ответить потверждающе.

– Да, нам давно пора вернуться на свои рабочие места.
– Согласилась с ней Рури-тян и с такой неохотой встала, что всем стало ясно - она явно не хочет уходить отсюда.

Я бы конечно ещё бы покрутил педали, но, увы, и в самом деле сильно устал. Попрощавшись с Ури-пи, мы вышли из мастерской.

Вечером, перед сном, я вновь принёс прохладу девушкам, а себе жару. Джун к нам сегодня так и не присоединился.

На следующий день Джун пошёл вместе с нами к главному механику. На вопрос, где он был вчера, тот уклончиво отвечал, что вынужден был срочно отлучиться и уладить кое-какие дела.

– Сегодня твоя очередь садиться крутить педали.
– Обрадовал я друга, как только мы

вошли в помещение. По дороге мы всё детально ему разъяснили, поэтому он знал, что ему предстоит.

– Почему это?

– Так ведь я вчера трудился, значит сегодня твоя очередь.
– Популярно объяснил я ему.

– Так мы с тобой не о чём подобном не договаривались.
– Хитро усмехнувшись, оставил меня не удел.

– Значит, ты предлагаешь, что бы девушки сели за руль велосипеда?
– Грозно навис я над ним.

– Нет.
– Полностью меня, игнорируя, помог девушкам освободить стулья и одно резное деревянное тёмно-коричневое кресло с мягкой обивкой, оказавшиеся тут не знамо как.
– Предлагаю тянуть нам втроем жребий, намекая, что и Ури-пи не помешало бы нам помочь.

– Э нет молодежь, так дело не пойдёт.
– В этот раз прекрасно нас, расслышав, мастер уверенно отказывался от предложения Джуна.
– Я для вас создал это устройство, поэтому будьте столь любезны, распределите между собой, без моего участия, обязанности по предоставлению ножной тяги для работы кондиционера.

Такой ответ не понравился заместителю, но Урибатейк был в чём-то и прав.

Вместо жребия сыграли в камень, ножницы, бумагу. Выигравший оттягивает свою очередь на один день, а проигравший тотчас запрыгивает на велосипед. Я проиграл. Возмущённо погрозил Джуну кулаком, с громким вздохом сожаления, направился к пыточному агрегату.

На следующий день уже я, наслаждался прохладой, а Джун пыхтел, крутя педали. Во время перерыва, пока друг отдыхал, поковырялся в куче запчастей, в надежде отыскать нечто интересное. Долго не мог ничего найти, но вдруг мне улыбнулась удача, и я вытащил на свет две пары забавных очков. Они напоминали лыжные маски, которые закрывали не только глаза, но и брови со лбом. Так же имели металлические ремешки, что защёлкивались на затылке.

Вся изюминка была в рисунке на чёрных стёклах. На них как мелом - белыми линиями, изображались глаза. Одни я сразу надел на себя, предварительно хорошо осмотрев рисунок, он был очень смешным. Тонкой линей были нарисованы широко распахнутые глаза, как бы в удивление. Толстые густые брови, пять тонких длинных ресничек, и зрачки глаз, смотрящие в разные стороны, создавали прямо таки комичное зрелище. Видя, их я уже начинал смеяться.

– Друзья, глядите - Повернулся к ним в очках, при этом показал язык и оттянул себе уши.

Сначала повисла тишина, затем раздался оглушительный хохот. Смеялись все, даже усталый Джун. Юрика вытирала слёзы, выступившие от сильного смеха, Джун держался за живот, а Рури-тян прикрыв рот ладошкой, звонко смеялась. Дабы добавить веселья, подбежав, быстро натянул на голову Джуна другие очки. На них зрачки смотрели прямо, но курьёзно расширенные. Брови же были выведены одной тонкой линей. И если вначале у переносицы были как у всех, то вот заканчивались очень уморительно, завивались к верху, образовывая спираль.