Алая нить
Шрифт:
Рядом, в вагоне красного игрушечного поезда брата, стояла дюжина картин в рамах. Картины были сложены вместе и прислонены к стене. Некоторые написаны маслом, над ними работал дедушка, когда вышел на пенсию. Другие представляли собой семейные портреты нескольких поколений. Банки с краской, оставшиеся после ремонта дома, сложены на полке, на случай если понадобится что-нибудь подкрасить. Одна книжная полка забита коробками из-под обуви, содержащими налоговые декларации и деловые отчеты за двадцать лет. На каждую коробку приклеены подписанные
Мать сдвинула кое-какую мебель так, что древняя кушетка дедушки Эджворта, с ножками в виде львиных лап, расположилась в центре чердака. Напротив — старое потертое кресло отца. Две скамеечки для ног с безобразными, заостряющимися книзу ножками, служили полками для вещей, которые мама вытащила из потрепанных чемоданов, лежавших перед ней открытыми. Голова Марианны Клэнтон была обвязана полотенцем.
— Я подумала, что следует покопаться в этих вещах и что-то решить.
— Решить что? — рассеянно спросила Сьерра.
— Что выбросить, а что оставить.
— Почему именно сейчас?
— Мне нужно было начать уже несколько лет назад, — ответила мать с грустной улыбкой, — я просто все время откладывала.
Она оглядела захламленную комнату:
— Здесь так всего много. Частички чьих-то жизней.
Сьерра погладила старую табуретку, которая стояла в небольшой кухоньке еще до реконструкции. Она вспомнила, как пришла домой из детского садика, вскарабкалась на нее и наблюдала за мамой, которая пекла печенье.
— Недавно звонил Алекс и сказал мне, что принял приглашение работать в Лос-Анджелесе.
Мать посмотрела на дочь снизу вверх. В ее глазах появилось страдание.
— Думаю, этого следовало ожидать.
— Следовало ожидать? Почему?
— У Алекса всегда были огромные амбиции.
— У него хорошая работа. Он получил заметное повышение в прошлом году, и он зарабатывает неплохие деньги. Ему дали медицинскую страховку и отличную программу по пенсионному страхованию. У нас чудесный новый дом. Нам нравятся наши соседи. Клэнтон и Каролина довольны школой. Живем рядом с родителями. Я даже не знала, что Алекс ищет другую работу, пока он не позвонил мне сегодня, — ее голос дрогнул. — Мама, он был так взволнован. Слышала бы ты его. Он сказал, что эта новая компания сделала ему фантастическое предложение, и он принял его, даже не посоветовавшись со мной.
— Что это за компания?
— Компьютеры… Игры… Штуки, в которые Алекс обожает играть, когда дома. Он встретил этих парней прошлой весной в Лас-Вегасе на конференции по вопросам сбыта. Он даже никогда не рассказывал мне о них. Хотя он утверждает, что рассказывал, но я не помню. В последнее время Алекс обдумывал свою идею, касающуюся ролевых игр в Интернете. Игроки могут связываться друг с другом по сети, создавать армии и сценарии сражений. Он сказал, что это как раз то, что нужно его новым работодателям.
— Также начинала и компьютерная компания «Эппл».
— Здесь другое дело. Эти парни еще не успели доказать, что их бизнес будет успешным. Я не понимаю, как Алекс может отказаться от десяти лет на руководящей должности в «Хьюлетт-Паккард», когда вокруг такая безработица! Я не хочу ехать в Лос-Анджелес, мама. Все, что я люблю, находится здесь.
— Ты любишь Алекса, дорогая.
— Я бы с удовольствием пристрелила его! С каких это пор он стал принимать такие важные решения, не посоветовавшись со мной?
— А ты бы стала его слушать?
Сьерра просто не могла поверить, что мать задала такой вопрос.
— Разумеется, я бы его выслушала! Почему он не подумал, что это имеет ко мне прямое отношение? — она смахнула гневные слезы со щек. — Ты знаешь, что он мне сказал, мама? Он сказал, что уже позвонил в риелторскую компанию и что к вечеру придет женщина, которая занесет наш дом в список. Представляешь? Я только что посадила нарциссы вдоль всей ограды на заднем дворе. И если он настоит на своем, я даже не увижу, как они расцветут!
Мать долго молчала. Она сложила руки на коленях и ждала, пока Сьерра занималась поисками носового платка в сумочке. Сьерра высморкалась.
— Это несправедливо. Алекс никогда не принимал во внимание мои чувства, мама. Он просто все решил и сказал мне, что это обсуждению не подлежит. Вот так. Хочу я этого или нет, мы переезжаем в Лос-Анджелес. Его совершенно не заботят мои чувства, он думает только о том, чего ему хочется.
— Я уверена, Алекс не принимал необдуманного решения. Он всегда рассматривал проблему со всех сторон.
— Но с моей стороны — никогда. — Страшно расстроенная, Сьерра ходила по комнате, рассеянно взяв плюшевого медвежонка, которого в детстве часто обнимал брат. Она прижала его к груди. — Алекс вырос здесь, как и я, мама. Я не понимаю, как он может отказаться от всего и при этом радоваться.
— Возможно, к нему не так хорошо относились, как к тебе, Сьерра.
Сьерра обернулась и изумленно посмотрела на мать.
— Его родители никогда не были жестоки с ним.
— Я не имею в виду Луиса или Марию, они замечательные родители. Я говорю о тех многочисленных людях, которые с презрением относились к его латиноамериканским корням.
— В таком случае, нужно кое-что добавить к тому, что ждет его в Лос-Анджелесе. Смог. Пробки. Массовые беспорядки. Землетрясения.
Марианна улыбнулась.
— Диснейленд. Кинозвезды. Пляжи, — перечислила она, и стало совершенно очевидно, что мама смотрела на все более позитивно. Папа всегда называл ее неисправимой оптимисткой, особенно когда был страшно раздражен и у него не было настроения замечать что-либо хорошее в ситуации. То же сейчас чувствовала и Сьерра.