Алчность

Берг Анита

— Скажите, доктор, вы давно здесь работаете? — вежливо поинтересовалась Винтер.

— Два года, но через шесть месяцев я уезжаю.

— Почему же? — улыбнулась ему женщина, но он не ответил ей улыбкой.

— Организм белого человека не приспособлен к такому климату, и через несколько лет вы неизбежно начинаете болеть. Но не беспокойтесь, этих детей никто не бросит: моя церковь пришлет другого врача.

— Доктор, это было очень печальное зрелище, и я хотел бы чем-нибудь помочь: скажем, пожертвовать больничное оборудование. Или игрушки — я не заметил здесь ни одной, — сказал Уолт.

Доктор

Буш неодобрительно взглянул на него:

— Спасибо, мистер Филдинг, но не надо. Мы и так уже получили от вас достаточно даров.

Вошел слуга, и доктор попросил принести всем лимонаду, забыв спросить, не хочет ли кто-нибудь чего-то другого. — Джейми, к примеру, после увиденного готов был отдать полцарства за добрую порцию виски.

Все они ощущали, что доктор подчеркнуто холоден с ними, но причина такого поведения была им неясна.

— Прошу прощения, доктор, но я не совсем понимаю, что вы хотите сказать: я не помню, чтобы передавал что-то вашей церкви, — чуть раздраженно произнес Уолт. — Кстати говоря, я вообще никогда не делал пожертвований ни одной религиозной организации.

— Я и не думал, что вы это поймете, мистер Филдинг. Дело в том, что эти дети — ваши жертвы, и за то, что с ними случилось, несете ответственность именно вы.

Джейми, Винтер и Дитер посмотрели на озадаченного Уолта.

— Это просто смешно, ведь я совсем вас не знаю. Да кто дал вам право так со мной разговаривать? — гневно проговорил американец, но это, похоже, не произвело на врача никакого впечатления.

— Насколько я понимаю, вы собираетесь отрицать то, в чем я обвинил вас? — осведомился он.

— Ну конечно, черт возьми! Мне ничего не известно ни про этих детей, ни про это место. Я попал сюда в первый раз в жизни — и в последний!

— А вы помните, что примерно десять лет назад одна из принадлежащих вам компаний пыталась разработать противозачаточное средство, которое нужно было принимать лишь раз в полгода?

— Да, помню. Мы тогда надеялись довести интервал между приемами до одного года, но затем свернули этот проект.

— И почему же, мистер Филдинг?

— Это средство не срабатывало, вот почему! — отрубил Уолт.

— Это показали проведенные вами анализы?

— Именно: как это иногда случается, лабораторные тесты показали, что средство неэффективно, — пожал плечами американец.

— А какие результаты принесли натурные испытания? — не отставал доктор Буш.

— Их не было: до этого дело попросту не дошло. Я уже сказал, что лабораторные тесты, то есть опыты на животных, провалились. Или вы против таких вещей? — с воинственным видом спросил Уолт, почувствовав в мужчине возможного противника вивисекции.

— Но в таком случае как вы объясните то, что только что лично видели? Ваш проект был свернут именно из-за рождения этих несчастных созданий, — сказал доктор.

Уолт непонимающе посмотрел на него, и Винтер заволновалась.

— Доктор, думаю, вы должны объяснить мистеру Филдингу, что вы имеете в виду. Какой смысл говорить загадками? — резко произнесла она. Похоже, потенциальная угроза напомнила ей о ее профессиональных обязанностях.

— Прошу прощения, если у вас сложилось впечатление, что я говорю загадками, мисс Салливан. Я думал, что мистер Филдинг меня

хорошо понимает. Его средства были испытаны на местных туземках, но как контрацептивы они оказались несостоятельны: были зачаты эти бедные калеки. Отсутствие конечностей — еще не самое страшное: у некоторых из детей, родившихся у тех женщин, не было лиц и даже мозга. Тем, кого вы видели, еще повезло, остальные умерли вскоре после рождения.

Повисло тяжелое молчание. На Уолта никто не смотрел.

— О, Боже, я понятия не имел! Вы должны мне поверить, я совершенно не знал о случившемся! — Уолт обращался ко всем присутствующим, но в особенности к Винтер. В его глазах даже появилось умоляющее выражение.

— В таком случае, не кажется ли вам, что вы должны были разузнать, к чему привели ваши опыты? Поскольку компания принадлежит вам, именно вы несете за все ответственность! — очень холодно, но все так же рассудительно произнес доктор. — Но вы, само собой, не захотели лично посетить здешние места? Вы просто послали сюда других. Без сомнения, вы решили не затруднять себя инспекцией и прочих принадлежащих вам лабораторий?

— В этом вы правы. Мои филиалы — во многих точках земного шара, ио в некоторых из них я ни разу не был. У меня нет времени, кроме того, в этом нет необходимости: на меня работают только самые лучшие специалисты, и я доверяю их профессионализму и отчетам, которые они мне предоставляют. По этому конкретному проекту я отчета не получал.

— Возможно, на будущее вам стоит более внимательно проверять результаты своих проектов — если, конечно, вы сейчас говорите правду.

— Разумеется, я говорю правду, доктор! У меня нет привычки врать! — Уолт резко встал, подошел к окну и застыл там, глядя на длинные низкие здания, стены которых скрывали столько горя.

В Винтер тем временем проснулся профессионал. То, что она услышала, было настоящей катастрофой, и если это просочится в печать, недруги Уолта раздуют настоящий скандал. В таком случае ущерб репутации Уолта и его бизнесу будет огромным — возможно, дело дойдет и до банкротства.

— Вы можете предъявить доказательства? — спросила она.

— Да, — ответил доктор, ничего не уточняя.

— Но это очень серьезное обвинение: лично я за всю свою жизнь не слышала ничего подобного.

— Правда, мисс Салливан? Без сомнения, вы принимаете противозачаточные пилюли, и, возможно, вам будет интересно узнать, что много лет назад, еще в 50-х годах, перед тем, как подвергнуть риску западных женщин, эти средства опробовали на индианках. Некоторые люди… — доктор на мгновение перевел взгляд на широкую спину Уолта, — некоторые люди считают, что жизнь индейцев не так важна, как жизнь белых людей.

— Но это ведь ужасно! — воскликнула Винтер, про себя решив обязательно проверить эту информацию, но с облегчением поняв, что Уолт с этим делом явно никак не связан: в те времена он был всего лишь школьником.

Уолт отошел от окна, встал перед ними и раздраженно проговорил:

— Я уже сказал вам, что ничего об этом не знал!

— Ну как вам нравится ощущать себя убийцей, мистер Филдинг?

— Вот черт! — потеряв контроль над собой, рявкнул американец: перед его глазами внезапно возникло синее лицо отца, показавшееся на поверхности.