Альда
Шрифт:
Оставив Алекса отцу, который как раз был во дворе, девушки взяли с собой двух стражников и, торопя лошадей, поскакали к тракту. Выдернутые из теплой караулки стражники двигались позади, бросая неприязненные взгляды в спину девицам, у которых шило в одном месте. Всякому умному человеку понятно, что в холод дома надо сидеть. Еще бы собрались на охоту, тогда понятно, а то колдун. Тьфу!
Достигнув тракта, некоторое время ехали по нему до места, где нужно было свернуть в лес.
— Примерное направление я помню, — сказала Альда подруге. — И сколько времени ехать — тоже. Останетесь на той поляне, где нас прошлый раз дожидались стражники. А насчет тебя я спрошу, можно ли тебе ехать. В прошлый раз он мне велел прибыть одной.
— Странник, живущий на вашей
— Это не тот случай, чтобы ставить его на место или кичиться своим происхождением. Если ты его увидишь сама — поймешь. Поехали.
По лесу передвигались значительно медленней, но ехать было недалеко, и вскоре они уже были на памятной по прошлому посещению поляне.
— Ждите, я постараюсь, если это будет зависеть от меня, не задерживаться.
Бри на этот раз никто не останавливал, и девушка доехала верхом до самого дома отшельника. Она спешилась и хотела привязать кобылу к дереву.
— Не надо ее привязывать или стреноживать, — раздался знакомый спокойный голос. — Никуда она с этой поляны не уйдет. И ее здесь никто не тронет.
Альда обернулась и увидела на пороге дома отшельника, одетого все в то же одеяние.
— Вы все-таки решились, — констатировал он. — Что же, прошу в дом. А спутников вы с собой напрасно взяли: дело у нас с вами будет не быстрое, а им там мерзнуть зря.
— Может быть…, — начала Альда.
— Нет, ваша подруга здесь будет вам мешать. Пусть уж ждут, раз приехали, ничего с ними не случится. А она может приехать в другой раз, если не уймет своего любопытства. Проходите быстрее, не будем зря терять времени.
Альда прошла в сени, где сбросила меховую куртку, и далее в большую полутемную комнату, где ей было предложено сесть на низкий мягкий стул, очень похожий на те, которые она видела в замке герцога. Сам отшельник уселся напротив точно в такой же.
— Я уже говорил вам в прошлый раз, что будущее не определено, и мы творим его повседневно своими поступками. И увидеть можно будет лишь то, что может случиться с человеком скорее всего. Ритуал для такого не слишком сложен. Я буду вам помогать и увижу все то, что увидят ваши глаза. Сидите спокойно и слушайте внимательно. Я буду задавать ритм, а вы должны следовать ему своим дыханием. Постепенно ритм будет ускоряться и ваша задача из него не выйти. Смотреть при этом вы должны мне в глаза, не отрываясь. Вот, собственно, и все, остальное я сделаю сам. Я начинаю, будьте внимательны. Вздох по удару и сразу резкий выдох.
Он взял в руки небольшой бубен и начал одной рукой слегка ударять по нему с одинаковой частотой. Альда послушно делала вдох при глухом вибрирующем звуке и сразу же выдыхала воздух. Постепенно частота ударов стала возрастать. Для девушки исчезло все, лишь дробь ударов и внимательные глаза напротив, которые, казалось, закрыли собой все видимое пространство. Грудь Альды ходила ходуном, на лице выступил обильный пот, капли которого, стекая, намочили ворот рубашки, начала кружиться голова, глаза уже ничего не видели, кроме вспыхивающих в такт ударам разноцветных кругов. Внезапно для нее все исчезло. Альда словно нырнула во что-то большое и мягкое. Было тепло, тихо и спокойно. Хотелось так лежать целую вечность, ни о чем не думая. Но откуда-то, разрушая безразличие, начал прорываться чей-то голос. Слова были непонятны, ясно лишь было, что от нее что-то требуют. Это было неприятно, но голос не унимался, и чтобы это прекратить, она решила выполнить требуемое. Ее решение словно послужило сигналом: все вокруг начало меняться. Она снова обрела вес, и обнаружила себя стоящей в большом зале под руку с каким-то мужчиной. Картина налилась красками, поле зрения скачком расширилось, и Альда увидела два десятка пар, которые кружились в танце в центре зала. В отдалении стояла толпа богато одетых мужчин и женщин. Она хотела повернуться, чтобы рассмотреть своего кавалера, но не смогла этого сделать: тело ей не подчинялось. Стояние на месте закончилось, ее спутник повел ее куда-то, и она послушно за ним последовала. Они подошли к высокому резному стулу,
— Что это было? — сделав над собой усилие, спросила она отшельника, который рассматривал ее с пристальным интересом.
— Королевский дворец в столице, — ответил он. — Время вопросов еще не наступило. Сейчас я вам дам во что переодеться, а сам выйду. Вся ваша одежда промокла насквозь. Если вы в таком виде выйдете на холод, никакого будущего у вас уже не будет. Все снятое развесите потом в соседней комнате на крючках. Пока мы с вами будем беседовать, все высохнет. А я вам заварю горячий чай с медом.
Он встал и вышел во вторую комнату, которая, по-видимому, служила ему и кухней, и спальней, и почти тотчас вернулся, неся в руках халат.
— Будет немного великоват, но вы запахнитесь поплотнее и обвяжитесь поясом. Давайте быстрее, если не хотите, чтобы ваши спутники околели от холода. А я пошел готовить чай.
Немного поколебавшись, Альда сняла костюм, косясь на прикрытую дверь, потом стянула мокрую нижнюю рубашку и быстро нырнула в предложенный ей мужской халат. «Немного великоват» — оказалось мягко сказано: девушка обернула его вокруг себя дважды и с облегчением завязала пояс. Только она закончила, как открылась дверь, и в комнату вошел отшельник, неся в руках две чашки с чаем.
— Могли бы и спросить, перед тем, как входить, — сердито сказала Альда.
— Зачем? Я и так знал, что вы уже оделись. Идите развешивать одежду. Там крючки возле печки, увидите.
Альда собрала свои вещи и прошла во вторую комнату, где находилась жарко натопленная печь. Поодаль стояла застеленная кровать. Небольшой столик воле кровати завершал обстановку. Найдя крючки, она развесила одежду, поместив рубашку ближе к печке.
— Задавайте свои вопросы, — сказал отшельник, когда она взяла со стола чашку с чаем и уселась в свое кресло.
— Прежде всего, как вас зовут? Не привыкла беседовать с человеком, имени которого не знаю.
— Если для вас это так существенно, можете звать меня Зар.
— Вы видели все, что видела я?
— Я видел немного больше. Когда сознания двух людей сливаются, они многое могут узнать друг о друге. Вы, в отличие от меня, этого делать пока не умеете.
— Выходит, что вы теперь многое обо мне знаете?
— Я знаю о вас все, Альда. Даже многое из того, о чем вы сами уже забыли. Но вас не должно это тревожить: меня интересуете только вы, а не ваши тайны.
— Но как же так можно, Зар, — беспомощно спросила она. — Знать о человеке все? Зачем вам это? Зачем вам мои мечты и сомнения? Это не просто плохо, вот так залезть человеку в душу, Это отвратительно!
— Успокойтесь и выслушайте меня внимательно. Вы были бы абсолютно правы, если бы подобное проделал кто-нибудь из ваших знакомых или просто посторонний человек.
— А вы теперь уже не посторонний? И с каких это пор?
— С тех пор, как частица вашей личности поселилась здесь, — Зар постучал себя в грудь. — Поверьте, я далеко не всех сюда пускаю. За последние сто лет таких было трое, вы — четвертая.