Алебардист
Шрифт:
— Удар сзади! Задира нанес вам 31 очко повреждений. Вы убиты!
Тьфу, блин! На свою же уловку повелся. Поделом мне!
— Внимание! Вы потеряли опыт. Ваш уровень уменьшился.
— Внимание! Вы уронили предметы: хвост лисы, листья антидота — 2 шт.
Вот и первый дроп с меня. Да еще кучу денег сам высыпал на землю.
Краски мира померкли. Застыла на несколько мгновений прощальная картинка-негатив
«Эх, больше всего жалко слетевшие при смерти бафы. — Сидя на площади „родной“ деревни, я анализировал: — А ведь вовремя сообразил бы иначе повести бой, реально бы всех положил. Стыдно вдвойне, потому что по „стратегии и тактике“ на военной кафедре мне только пятерки ставили».
Ладно, чего уж причитать, после драки кулаками не машут. Восстанавливаемся, сдаем в магазин барахло, докупаем эликсиров, и снова в путь!
И теперь хоть бы до темноты успеть добраться до Тримфорта. Ну почему в стартовых локациях нет телепорта?
— Эй, — окликнул меня приятный девичий голосок. — Чего такой кислый?
— Настя! — растянулся я в улыбке. — Подросла, возмуж… то есть округлилась, ну, в смысле, преобразилась, такой фигуристой пятнадцатилеткой стала. Казалось бы, всего год-левел тебя не видел, а какая ощутимая разница! Без пяти минут (нет, скорее левелов) привлекательная молодая женщина! Не, я, конечно, в курсе, что девочки-подростки в этом возрасте созревают быстрее нас, но чтоб так сильно преобразиться! Ващ-щ-ще, красотка ты, короче!
— Твой неумелый комплимент принимается, — кивнула подруга. — Кое-кто, смотрю, тоже время не терял? Шестнадцатый уровень уже.
— Минуту назад был семнадцатым, пока на уродов с красными никами не напоролся.
Главная «ночная фурия» насторожилась:
— Где? Сколько их? Уровни? Имена? Профы? Клан? Вещи какие-нибудь упали с тебя?
Ответил, мне не жалко. Их.
Настины глаза остекленели — видимо, в чате с кем-то общается. Через минуту девушка ответила:
— Все, в ближайшем будущем они никого не побеспокоят. Послала туда своих «львиц». Пусть сольют их раз по пятьдесят.
— А не слиняют? — засомневался я. Обидчики мои, конечно, сволочи, но не дураки ведь постоянно с точки воскрешения возвращаться на собственную погибель?
— He-а, у нас для таких случаев отработана пара-тройка безотказных схем.
— Точно! И чего сразу не догадался? — шутя, хлопнул я себя по лбу. — Надо было сказать, кто моя подруга, и ПК-кашки сами подохли бы от ужаса.
— Ха-ха! То в восхищении красоткой обзываешь, то утверждаешь, будто настолько страшная, что от одного упоминания обо мне у убийц инфаркт случится.
— Беру свои слова обратно и уточняю: они не от боязни бы померли, а от зависти.
— Вот, другое дело! Итак, несколько свободных часиков на саба у меня есть, составишь компанию?
— С удовольствием!
— Насть, кстати, не пойму, а какой кайф от ПК-шества? Опыт за убийство игроков не идет. Ради выпадения вещей? Так ведь с персонажей, имеющих положительную карму, вываливается что-либо редко и мало, по сравнению с тем, что может высыпаться с самих киллеров.
— ПК точат предметы. Оружие в основном.
— Как это?
— Есть несколько способов улучшения характеристик экипировки. Первый — с помощью так называемых «заточек». К примеру, для клинков они представляют собой лоскут плотной материи с нанесенным абразивным слоем.
— Типа наждачной бумаги? Ага, плавали, знаем.
— Для магических «пушек» — это специальные одноразовые заклинания. Для стрелкового — похоже на пакетик с ремкомплектом, в котором лежат улучшенная тетива, разные натяжители и прочие фуськи для арбалетов. И т. д. и т. п. Но чем сильнее желаешь увеличить параметры предмета, тем дороже обходится процесс и тем выше риск переточиться — попросту испортить вещь, вообще оставшись ни с чем.
— В общих чертах понятно. А другой способ?
— Создание проклятых предметов с помощью убийства персонажей. Оружие как бы питается жизненной энергией поверженного игрока и за счет этого растет. Несмотря на то что прогрессия тут геометрическая: чтобы заточить на +1, потребуется один покойник, на +2, еще двое, на +3 — уже четверо, и так далее, каждый раз количество смертей удваивается, тем не менее арифметически это выгоднее.
— Почему?
— Посчитай: шанс удачной заточки с каждым шагом делится пополам. Сначала вероятность сто процентов, потом пятьдесят, двадцать пять… К концу остается чуть меньше пяти сотых процента.
— В смысле, «к концу»?
— Улучшать вещь можно не до бесконечности. Потолок — плюс двенадцать. В идеале для максимума требуется столько же заточек, при самом худшем везении — свыше четырех тысяч, и то при условии, что после плюс девяти предмет не рассыплется, ибо в этот момент к испытанию фортуны уже подключается еще одна составляющая — вероятность поломки.
— Гм, а как выглядит в цифрах соотношение успеха к неудачи?
— Два к одному.
— То есть потеря происходит всего в одном случае из трех?
— Верно. Между тем далеко не всех вдохновляет такая пропорция. Многие на даном этапе и останавливаются. Хотя отчаянных тоже хватает. Ведь оружие на +9 бьет приблизительно в два с половиной раза больней, но на +10 уже в пять раз сильней, на +11 — в десять, а на +12 наносит урон, аж в двадцать раз превосходящий свой «нулевой» аналог!
— Ого! Впечатляет.
— Теперь вернемся к математике. Максимально заточенный предмет, а им может быть не только пушка, но и бижа с броней, продается примерно в триста раз дороже себя изначального. Эмпирически установлено, что с учетом одной поломки в среднем на такую прокачку потребуется приблизительно пять тысяч заточек. Цена каждой примерно равна одной десятой от стоимости вещи. В итоге получаем множитель пятьсот, а никак не триста. Но кто будет продавать в убыток? — задала риторический вопрос Настя и сама же на него ответила: — Никто.