Александр Флеминг
Шрифт:
Но одно отлично сделал автор. Он показал, что путь великих достижений в науке тернист и драматичен.
Он разоблачил творимые некоторыми писателями легенды о случайности научных открытий. Об этом очень остроумно в свое время рассказал знаменитый паразитолог Рональд Росс.
Он пишет в своих мемуарах, что, к сожалению, некоторые думают о великих открытиях примерно так: «У ученого осталось полчаса до обеда. Он посмотрел на часы и сказал себе: „Ну что же, я, пожалуй, спущусь в лабораторию и сделаю открытие“. Биографы должны посвящать читателя в сложные перипетии и невероятные трудности, которые предшествуют открытиям ученых.
Андре
Труд Флеминга и был таким. Он гипнотизировал его сотрудников.
Издание книг, подобных книге Моруа, помимо познавательного, имеет огромное воспитательное значение, и прежде всего для молодежи. Эти книги прививают любовь к науке. «Помните, – писал И. П. Павлов нашей молодежи, – что наука требует от человека всей его жизни. И если бы у вас было две жизни, то их бы не хватило вам. Большого напряжения и великой страсти требует наука от человека. Будьте страстны в вашей работе и в ваших исканиях». Но для успеха дела одной страсти ученого мало. Необходима высокая степень организованности творческого труда. И вот эту замечательную черту Александра Флеминга Моруа показал с большим блеском. С первых до последних страниц Флеминг проходит перед нашим взором как исключительно организованный, творчески целеустремленный, всегда собранный исследователь.
Поэтому его эксперименты безупречны по научной точности, заключения его объективны, он нетороплив в темпах и выводах, но хватка у него, как у экспериментатора, железная – важное наблюдение он не выпустит из рук. Он не прошел мимо открытия лизоцима, ни тем более пенициллина... Он быстро ухватился за этот знаменитый случай с чашкой Петри, где зеленая плесень «забила» культуру стафилококка, превратила ее in nothing. У кого из нас в раннюю пору занятия микробиологией не было таких неудач, но все мы проходили мимо подобного явления и с досадой выбрасывали такую чашку, забывая указания И. П. Павлова, что надо изучать не только то, что удается, но и то, что не удается.
Изучение причин неудачи эксперимента очень часто приводит великих мастеров науки к замечательным открытиям.
Моруа удалось ярко отразить еще один важный момент, характерный для научного созидания в наше время: без коллектива, охваченного творческим энтузиазмом, и без технического оснащения трудно продвигать до конца даже ценные научные открытия.
Мы видели, что в Англии идеи Флеминга не нашли необходимой материально-технической поддержки, но в работу включилась знаменитая Оксфордская группа, возглавляемая биохимиком Э. Чэйном и австралийским патологоанатомом Г. Флори.
Без их остроумных технических предложений (Чэйн) и проверки в клинике (Флори) пенициллин как лекарство получить не могли.
Чэйну и Флори удалось, наконец, блестяще решить проблему пенициллина как лечебного препарата.
В книге, к сожалению, эта решающая фаза исследований, научная, техническая сторона, не получила яркого и эрудированного освещения; в основном все сводится к общим фразам. Зато житейская сторона (туристские поездки Флеминга, поведение друзей, описание приемов, встреч, оваций и т. п.) занимает довольно много места, описывается с излишними, на наш взгляд, подробностями.
Однако не следует забывать, что А. Моруа интересовала прежде всего личность А. Флеминга, и, как художник-мастер, создавший оригинальный жанр биографий великих людей, А. Моруа вполне справился со своей задачей: читатель, начав
Книга Моруа о Флеминге и его открытии глубоко поэтична.
И поэтому прощаешь автору отдельные медицинские неточности, например когда речь идет о механизме действия пенициллина (стр. 208) и несколько поверхностное в историко-биологическом плане освещение открытия пенициллина.
В июне 1961 года мне довелось встретиться в Париже с самим автором замечательной книги.
Я застал его за пишущей машинкой, немного утомленным после большого дня непрерывной работы. Но выглядел он моложе своих лет, может быть, потому, что собран, подтянут, безукоризненно одет.
Моруа впечатлил меня своей глубокой вдумчивостью (вернее вдумыванием) в то, что он говорит и что слышит. Он немногословен, но слова его очень убедительны и весомы. Его серьезное лицо, вся его внешность как-то гармонируют с рабочей атмосферой писателя, особенно с царством книг, окружающих его (в огромном зале стоят стройные ряды стеллажей его уникальной библиотеки).
Моруа весь в литературном труде, он – писатель, ушедший в свой титанический труд.
Он был очень рад узнать, что русский перевод его книги через несколько месяцев выйдет из печати (готовилось первое издание «Жизни Александра Флеминга»), и просил передать его советским читателям и почитателям горячий авторский привет. Я пользуюсь случаем, чтобы исполнить его просьбу.
Действительный член АМН СССР
профессор И. Кассирский
Словарь специальных терминов
Агар-агар.Вещество, содержащееся в морских водорослях и применяемое в бактериологии для приготовления твердых или полужидких питательных сред для выращивания микробов.
Анатоксины.Микробные токсины, лишенные токсичности под действием нагревания или формалина. Эти измененные токсины применяются для прививок против многих заболеваний, таких, как дифтерия, столбняк и т. д.
Анафилаксия.Состояние повышенной чувствительности организма к тому или иному веществу.
Антисептика.Способ уничтожения болезнетворных микроорганизмов при помощи химических веществ.
Антитела.Вещества белкового происхождения, которые вырабатываются организмом в ответ на введение антигенов и которые способствуют созданию в организме иммунитета.
Антигены.Животные или растительные белки, микробные токсины.